Читаем без скачивания Календарь - Сергей Сергеев

— Не признавать, правил же не существует, — бросила ему в спину Василиса, отслеживая его проход мимо поворотом головы.

— Без Яны как-то некорректно, по крайней мере, — буркнул из глубины кресла Святослав.

— Тогда не знаю, но мне уже не хочется играть, — искренне призналась Василиса.

Дальнейшее обсуждение так и не нашло конструктивного русла. Говорили обрывками, оппонировали друг другу, чётких и ясных позиций не обозначили, кроме одной, прекратить игру. Ян тяготился ролью капитана, нервничал, старался выглядеть достойно, потому своих идей не генерировал, и что-то предложить альтернативное коллективу не смог. Решение озвучила Василиса:

— Нужно провести видеоконференцию с Мамоновым.

— Это значит прервать игру. "Демоны" не согласятся, — произнося это, Ян осознал: альтернативы нет. Он остановился у своего кресла и надел транссканер на голову.

— Ничего, сделают паузу, иначе — ультиматум, отказываемся играть, — Василиса поняла, что Ян принял её сторону, и теперь поддерживала его морально.

Экран голограммовизора засветился. Вместо привычной голограммы видеоизображение. Улыбающийся и цветущий Мамонов. За его спиной лишь игровые персонажи, партнеров по игре не видно.

Выслушав их претензии, он предъявил встречные:

— Про какую честность и порядочность ведёте речь? Вы сами первые лишили мою команду Коляна, можно сказать, одного из ключевых игроков, теперь мы просто уровняли составы.

— Антон, что за бред ты несёшь? — возмутилась Василиса.

— Вот вам сканролик, для подтверждения моих слов, зацените, потом пойдём дальше.

На экране прокрутился эпизод, где Мессинг уводит Николаева. У "римлян" после окончания сюжета наступило гробовое молчание.

— Прекращайте игру, бегите, сообщайте администрации, куда подевали Коляна, очень качественный финал, вас не только забанят как лохов, но из колледжа попрут, — давил на психику Мамонов.

— Мы не знаем где ваш Николаев, и тем более не делали этого, — не сдавалась Василиса.

Но подозрительно молчавшие партнёры Святослав и Ян, в перепалку не вступали, и своим поведением насторожили её.

— В ту ночь, и именно в то время, управляли игрой Самойлов и Тёмкин. Именно они впервые подключили к игре страстик, так что теперь задавайте вопросы своему Мессингу, вы же хотели самостоятельности ваших персонажей, так получите, — рушил все их защитные аргументы Антон.

— Хорошо, мы разберёмся, но куда ты дел Яну? — Василиса многозначительно посмотрела на Яна.

— Наверное, туда, где и Колян, хотя я в этом не уверен.

— Что ты предлагаешь? — наконец-то подал голос и Ян.

— Играйте, спасайте своего капитана. Вам ещё нужно пройти десять этажей, а на техническом сделать свой выбор. Я оставлю вам сканролик, как это делала Яна. Не пройдете — поражение. Жертва вашего капитана напрасна.

— Что за новый игровой персонаж Мамон? — подключился Святослав.

— Хозяин Инкуба и Суккуба, объединив их в одно лицо, получаем их хозяина, читайте мифологию, там всё есть, — задорно и по-деловому ответил их оппонент.

— С Яной — это не по правилам, жизнь — не игра, — Василиса снова вернулась к тому с чего и началась полемика. Её трудно было сбить с пути, возможно, Яна не того поставила капитаном.

— Весь наш мир — это самая настоящая игра с постоянно меняющимися правилами. У кого инициатива и сила, тот диктует закон. О чём вы говорите? Спросите у своих персонажей. Августа — об успешном воплощении таких постулатов; Власова — о неуспешном; о несбывшихся, так и оставшихся в мечтах — Мессинга.

Прав тот, у кого больше прав. Банально. Это — банальная правда. Сильный вам всегда докажет что земля имеет форму чемодана, и когда вы согласитесь, он докажет обратное. Слабый — лакмус для сильного. Это всё равно: как ненависть — для любви; как тьма — для света; как для добра — зло. На этом всё, базара больше не будет.

Мамонов отключился. Экран погас. Последнее слово осталось за ним. Теперь на них давила уже тишина.

Все трое перерабатывали информацию, полученную из сканроликов. Человек перемещается в киберпространство, виртуальность становится реальностью, как и визуализация мысли.

Неожиданно экран вспыхнул снова, и на фоне вида земной поверхности из космоса поплыл текст:

Ницшанская цивилизация.

Построй свою цивилизацию, поставь себя не на уровень бога, а на уровень суперчеловека, сделай всё по образу и подобию своему.

Хотели поиграть, развеяться, но развеяться не просто так, а победить, самоутвердиться. Значит, вы сделали правильный выбор. Значит, вы уже живёте игрой, и играете жизнью и в жизнь.

Хотите писать сценарии? Пожалуйста, пишите, но и жизнь не стоит на месте, и не подстраивается под вас, а пишет вам свои. Игра в жизнь или жизнь игра, это условности. Главное — это то, чего вы хотите достичь в своих мечтах. А что получится в реальности, зависит от того: как вы сумеете стереть грани условностей, как будите сиюминутно контролировать своё эмоциональное состояние.

Всё условно. Игра — условность. И жизнь — условность, заранее понятная только одному богу, и в самом конце объяснится вам, такие принципы и в игре. Так в чём же дело, почему вы ищете условности всю жизнь и во всём? В жизни вы играете в игры, в играх — в жизнь. Сингулярность условности.

Лишайте себя условностей, и тогда игра не покажется, а станет вашей жизнью. И вы сами пишите сценарий и сами управляете своей жизнью, так вперёд сделайте свою жизнь по образу и подобию вашей мечты.

Текст уплыл, заставка немного повисела и свернулась, экран погас.

— Это что было? — спросила изумлённо товарищей Василиса, — это заставка игры? Приглашение поиграть?

— Ты угадала, — подтвердил Святослав, — что-то такое я уже читал однажды.

— Дурная философия, — возмутилась Василиса, — мне Яна что-то говорила про убийство бога в себе, но я не включилась тогда.

— Давайте думать о том, что нам делать, а не философствовать, — предложил Ян раздраженно. Ему не хотелось обсуждать ещё и это.

— Давайте, тогда лишим себя условностей, активируем персонажи и поговорим с ними, — иронизировала Василиса, — играть так играть.

— А что, это идея, заодно спросим объяснения по Коляну и Яне, — на полном серьёзе поддержал её Святослав.

— Согласен, — подал голос "за" и Ян.

— Да вы что, ребята, совсем уже заигрались? — возмутилась Василиса, — а впрочем, делайте как хотите.

Персонажи ожили, по-деловому рассовали артефакты в магнитные ловушки. Глядя на них, Ян и Святослав убрали у своих кресел пустые банки.

"Бомбилы" держались троицей, Бастет обособлено. Ян и Святослав наладили информационный обмен с искусственными интеллектами персонажей посредством транссканеров. И не зря. Картина прояснялось, всё дело в визуализаторе мыслей, интеллект получает оцифрованную мысль как сигнал на задание, выполняет программирование в соответствии с помыслами и приступает к его реализации. Нужно очень хотеть чего-то, машина всё сделает за вас (кибернетика), а удовольствие получите вы. Чтобы стать голограммами, нужно хотеть этого, машина вам поможет и нарисует картинку и будет поддерживать иллюзию не только визуально, но и психологически, скорей психология играет большую роль, если машина настроится на вашу волну, тогда и визуализация не нужна, всё будет происходить в вашем сознании и с закрытыми глазами.

— Давайте коллективно войдём в голографическое состояние, посмотрим, что происходит в действительности, возможно, нарисуются какие-нибудь новые идеи по игре.

— Попробовать можно, но….

— Нам всё равно разрушать этот фрактал фракталов только в таком состоянии, так что, давай, Вольф Григорьевич, приступай.

Маэстро взмахнул полой накидки, создавая грань разделения. Стена стала голубой и светящейся. Никто не решился шагнуть в новую реальность, все ждали. Так как ожидание чуда, есть процесс мыслительный, голограмма стала расползаться, как пятно чернил на промокашке. Когда все заметили это, расползание стало приобретать лавинообразный характер. Уже через минуту вся стена, часть пола и потолка занялись голубым мерцанием. Участь первого кресла на пути светящейся волны ничем не отличалась от стены и потолка. Волна подбиралась к людям. Василиса ойкнула, когда голубой поток коснулся её ноги, и сделала пару шагов назад, но было поздно. Очаг распространения образовался в новом месте, там, где она остановилась. Сначала засветилась её туфелька и пол вокруг, потом ступня и голень. Василиса игриво завизжала, сбивая волну с себя руками, но тут же засветились и руки.

— Как классно, — только и сказала она.

Мальчишки, проявляя сдержанность, без эмоционального сопровождения превратились в светящиеся голограммы. Наконец волна поглотила всё, что было доступно их взору, но вместе с ней пришла уверенность, что она продолжает распространяться и за границами этой комнаты.