неплохие возможности для выхода из создавшейся ситуации.
ВВП Японии в номинальном выражении в 1998 г. составлял 4,9 трлн. йен. По размерам же национального дохода на душу населения (33,7 тыс. долл.) она занимала одно из первых мест в мире, значительно превысив соответствующий показатель таких стран, как Германия, Швеция или Великобритания.
Япония оставалась крупнейшим мировым кредитором. В 1998 г. японские прямые зарубежные инвестиции составили 5,2 трлн. йен, а чистые внешние активы, которые в 1990-е годы постоянно росли (исключение — 1994 год, хотя в долларовом выражении падения не было), оценивались в 133 трлн. йен. С середины 1989 г. Япония прочно удерживала первое место среди развитых стран по размерам официальной помощи развитию. По расходам на НИОКР (по официальному валютному курсу) она занимала в конце 1990-х годов второе место в мире после США, намного опережая следующую за ней Германию.
Япония является одним из крупнейших экспортеров и импортеров в мире после США и Германии. В 2000 г. на нее приходилось 7,5 % общего объема мирового экспорта и 5,7 % — импорта. Уровень конкурентоспособности японской продукции еще достаточно высок, хотя в мировом рейтинге по этому показателю она переместилась с 14-го в 1999 г. на 21-е место в 2000 г. В течение рассматриваемого периода страна имела активный торговый баланс, который в отдельные годы достигал 14 трлн. йен (107 млрд. долл.). За ней осталось также и первое место в мире по золотовалютным резервам, которые на конец 2000 г. превысили 360 млрд. долл. В Японии сохранялась высокая норма личных сбережений (хотя это и не всегда положительно влияет на экономику в условиях недостатка потребительского спроса): частные финансовые активы населения в 1997 г. оценивались в 1230 млрд. йен, или 9,7 млрд. долл. В то же время в стране сохранялся низкий уровень налогообложения (самый низкий среди развитых стран: поступления от налогов составляли лишь 29 % ВВП против 42 % в странах ЕС).
Можно также добавить, что огромный государственный долг Японии в сопоставлении с ВВП на самом деле ненамного больше, чем в других развитых странах. Так как его надо подсчитывать исходя из цифр чистого государственного долга, т. е. за вычетом из суммарных долговых обязательств всех активов государственного сектора, ибо половина государственных ценных бумаг находилась в фондах, являющихся собственностью правительства. Кроме того, лишь 10 % ценных бумаг японского правительства находилась в руках иностранцев (в США, например, 40 %). Учитывая менталитет японцев, правительство не очень беспокоилось, что жители все сразу внезапно предъявят их к оплате (как это могут сделать иностранцы). И еще один штрих. Самым большим должником Японии являются США в виде накопленных японскими инвесторами облигаций их государственного займа. Продажа хотя бы половины этих облигаций, имеющихся в портфелях японских финансовых институтов, позволила бы раз и навсегда покончить с «плохими» долгами. Япония, конечно, никогда не поступила бы так (ибо это привело бы к резкому снижению курса доллара и соответственно краху ее собственных финансовых рынков), но при этом она вполне могла отвергать вмешательство в ее внутренние дела как со стороны США, так и международных финансовых институтов.
И наконец, нельзя не отметить, что в Японии в течение многих лет продолжал оставаться сравнительно низкий уровень безработицы, хотя в годы рецессии он поднялся весьма значительно: в 1997 г., например, этот показатель составил 3,4 % против 4,9 в США, 5,7 — в Англии, 11,4 — в Германии и соответственно 12,3 и 12,5 % в Италии и Франции. В 2001 г. уровень безработицы перешагнул пятипроцентный барьер, что было прямым следствием проводимой реструктуризации промышленности. Последняя не может также не повлечь за собой серьезные изменения в трудовых отношениях, стабильный и мирный характер которых руководители крупного бизнеса на протяжении десятилетий признавали доминантой развития экономики. Система трудовых отношений, основанная на консенсусе и компромиссе, обладает высокой адаптивной способностью. И неудивительно, что в этой стране в течение 1990–1999 гг. в результате забастовок ежегодно терялось максимум лишь три рабочих дня, в то время как в Швеции — 50, США — 40, Англии — 29 и Германии — 12 дней.
Базисная триада развития и регулирования трудовых отношений, сложившаяся в период высоких темпов роста, про должала действовать и в 1990-е годы, но при этом постоянно шел процесс трансформации и модернизации этих отношений в целом и их отдельных компонентов.
В условиях неблагоприятной конъюнктуры особенно остро проявлялись негативные стороны системы пожизненного найма. Она поставила работника в слишком большую зависимость от предприятия, что во все большей степени становится неприемлемым для молодежи, стремящейся получить возможность менять место работы.
Фирмам, в свою очередь, нередко было экономически невыгодно сохранять прежние отношения со своими работниками. Кроме того, для динамичного развития хозяйства сейчас настоятельно требовалось перемещение работников из неконкурентных отраслей и секторов в новые, быстро растущие. В современных условиях уже невозможно приспосабливаться к переменам в экономике традиционными методами, не увольняя наемных работников, а перемещая их в рамках одной компании, снижая заработную плату, ожидая выхода их на пенсию по достижении предельного возраста работы для данного предприятия или по возрасту вообще (как это было, например, во время структурной перестройки в 1970-1980-е годы). В конце XX в. большинство фирм даже поощряли наемных работников к тому, чтобы они раньше уходили на пенсию. Компании, как правило, строили свои планы реструктуризации с расчетом на досрочный уход работников на пенсию и замораживание заработной платы, но не прибегали к массовым увольнениям по американскому образцу.
В 1990-е годы рынок труда в Японии, как и в других развитых странах, начал сталкиваться с трудностями из-за сокращения рождаемости и быстрого старения населения. Правда, по классификации, используемой экспертами ООН, японское общество еще не было самым старым среди развитых стран, но скорость процесса выделяла Японию из их числа: только с 1995 по 1998 г. доля лиц старших возрастов выросла с 14,3 до 16,2 %. И перспективы в этом направлении далеко не утешительные. По прогнозам, к 2015 г. доля лиц старше 65 лет возрастет до 25,2 %, а к 2050 г. — до 32,3 %.
Правительство и предприниматели принимали меры, чтобы адаптировать систему занятости к такой демографической ситуации и сформировать общество наемных работников «без возраста». При найме приоритет решено было отдавать индивидуальным достоинствам претендента без различия возраста, пола и прочих условий. Пристальное внимание к проблеме старения населения обусловлено и тем, что она влечет за собой серьезные социально-экономические последствия, являясь в целом тормозом экономического развития, увеличивая бремя социальных расходов и вызывая необходимость изменения менталитета, прежде всего, молодого поколения, на которое как раз и падет основная социальная нагрузка.
Предвидя нехватку в будущем рабочей силы, правительство приняло законодательные меры, чтобы привлекать на работу в Японию иностранных специалистов, делая их пребывание в
