— Вот все осколки от ноги и руки.
— Эй! Мы ведь договорились! — возмутилась Фос, прожигая меня негодующим взглядом.
— Обманывать — плохо. А обманывать Рутил — запрещено, — ответил я с улыбкой и потрепал оруженосца по волосам. — Я об этом говорил.
— Хн, — недовольно хмыкнула дева в ответ.
— Правильные слова, — удовлетворенно произнесла Рутил, шагая к Фос с небольшим ведерком смолы. — Однако учитель всё равно узнает об этом, если ещё не знает, конечно.
— Ну и пусть, — решила продолжить гнуть свою линию пострадавшая. — Мы ведь не просто балуемся, а занимаемся очень важными вещами!..
— Которые учитель не одобрил, — добавил медик, приступая первым делом к склеиванию отколотой ноги.
— Но не запретил, — ответила Фос, пакостливо улыбаясь. — Если учитель увидит мой прогресс, он точно изменит своё решение и позволит мне участвовать в дежурствах вместе с остальными. В этом я не сомневаюсь.
— Не думаю, что это так работает, — выразила сомнение Рутил, работая с ногой.
— Пока не попробуем, не узнаем наверняка. Я уже многому научилась благодаря Ребису и Циркон, — возразила Фос.
— Это правда? — обернувшись ко мне, спросила медик.
Фос также заинтересованно смотрела на меня, ожидая услышать ответ.
Как странно это не прозвучало бы вслух, но Фос стала неким «камнем преткновения» между мной и Конго. Монах не хотел, чтобы Фос связывала свою жизнь с таким опасным делом, как сражения с лунарянами. А узнав про наши с ней тренировки, которые перешли на новый уровень, он решил вовсе поговорить со мной и убедить отказаться от этой затеи, чтобы я не давал Фос ложных надежд. С самой Фос он уже вёл беседы, но та была упряма в своём желании. И я признавал, что его аргументы имели смысл. Из Фос в текущих реалиях, откровенно говоря, не получится боец по многим объективным причинам, с которыми я был согласен.
1. Сложный своенравный характер.
2. Хрупкое и слабое тело
3. Неуклюжесть и рассеяность.
4. Неумение работать в команде.
Тем не менее, у меня был свой взгляд на эту ситуацию.
Как и Конго, я не имел права запрещать Фос делать что-либо. Все самоцветы были равны друг перед другом. Иерархии как таковой не существовало. Если Фос желает научиться владеть мечом, я ни за что не буду стоять на её пути, а наоборот, помогу ей в этом деле. Учитывая наше текущее положение, я считаю, что каждому самоцвету необходимо уметь защищать себя. Конго слушались его из-за чувства уважения и любви, как своему учителю, но это не значит, что его слово является законом. Фос пошла против его просьбы прекратить тренировки, и мотивы этого решения были связаны с этими чувствами к своему учителю. Она хотела, чтобы Конго наконец увидел её потенциал, чтобы её признали и исполнилась её давняя мечта.
Но несмотря на всё это, мы так и не смогли прийти к согласию, и тренировки продолжались, вызывая легкое недовольство со стороны Конго, который больше не затрагивал эту тему.
Мы не признавались в этом, но мы оба переживали о судьбе этого непоседливого самоцвета, но видение «защиты» было разным. Бездействие, запреты и бессмысленные поручения, чтобы занять Фос лишь чем-нибудь, с его стороны ни к чему хорошему не приведут. Возможно, Конго понимал это, но не находил другого выхода из ситуации или просто не хотел.
— Кхм, прогресс определённо есть, но этого пока недостаточно, чтобы противостоять врагу с луны, — честно ответил я, избегая использования некоторых эпитетов, чтобы никого не обидеть. — Предстоит ещё много работы в этом направлении, но Фос непременно справится. Я в неё верю. У меня уже есть некоторые идеи, с помощью которых она сможет сражаться, минимизируя риски, о которых так беспокоится Конго.
— Правда⁈ — удивлённо воскликнула Фос, чуть подпрыгнув на месте.
Это вызвало недовольный взгляд Рутил, которая едва удержала ремонтируемую ногу на месте.
— Будешь дёргаться, — с угрозой в голосе произнесла медик, — Другой стороной ногу склею и заставлю бегать вокруг школы полдня. Понятно?
— Угу… — коротко кивнула Фос, с опаской глядя на Рутил, но быстро переключилась на меня. — А о каких идеях идёт речь? Какое-то новое оружие, да?
— Да, что-то вроде того, — подтвердил я, сложив руки на груди. — Зимой я сосредоточусь на этом вопросе, а также на других интересных идеях. У меня ведь будет много свободного времени.
— Везёт… А вот я спать буду…
— Не будешь помогать Антаркт?
— Конечно, помогу, — ответил я на вопрос Рутил. — Но всё равно у меня будет немало времени на свои мысли. Мне и засыпать-то не нужно, поэтому я готов уделить целые ночи своим задумкам.
— Если несложно, по возможности проводи побольше времени с Антаркт, — продолжила говорить она, вставая на ноги и принимаясь за пострадавшую руку Фос. — Мы с ней очень редко пересекаемся и почти не разговариваем, из-за особенностей её тела. От силы пару недель под конец зимы можем составить ей компанию, пока её тело вновь не превратилось в жидкость. Это на самом деле её сильно волнует, хотя она не показывает вида.
— А я её всего пару раз видела за всё время, но она показалась мне такой строгой и отстранённой, — добавила Фос, аккуратно двигая склеенной ногой.
— Я планирую многое обсудить с ней, так что не волнуйтесь…
* * *
Последние дни осени прошли незаметно, и зима вошла в свои права с первыми холодами. Всего одной ночи ей хватило, чтобы усеять снежным покровом весь наш остров и заморозить озеро возле школы. На острове стало светлее от отблесков снега, но небо затянули пушистые облака, не оставляя места для солнечного света. Пришла пора самоцветам погрузиться в зимний сон, к которому готовились так долго.
Вместе с Конго мы отправились в зал, чтобы пожелать спокойной зимы и хороших снов.
Когда мы вошли, кристальные девы уже ожидали нас, выстроившись в ряд посреди зала, который представлял собой одну большую кровать с кучей подушек, одеялами и натянутыми простынями на стены. Самоцветы были готовы улечься спать и уже переоделись в красивые белые платья, которые служили в качестве ночнушек. Кажется, что никакая дизайнерская мануфактура не создаст таких уникальных и красивых нарядов, какие были на их
