было бы удобно их привезти?
Заулыбавшись, я называю домашний адрес. Уточнять имя отправителя нет нужды – я и без того его знаю. Два дня подряд Родион желает мне доброго утра и спокойной ночи, а вчера вечером прислал курьером мой любимый шоколад с марципаном. В разлуке он ведет себя совсем как в начале наших отношений: романтично и внимательно.
– А по-моему у вас все очень даже неплохо, – замечает Вика. – А как ты смотришь на то, чтобы завтра по магазинам прогуляться? Мне нужны брюки и советчик с чувством стиля. Если пойду одна, то как обычно ерунду куплю.
– Спасибо за доверие, – улыбаюсь я, польщенная очередным завуалированным комплиментом. – Буду рада присоединиться.
Мы обмениваемся номерами, после чего я в приподнятом настроении еду домой. Такой взрослой и самостоятельной я не ощущала себя, пожалуй, ни разу. Всю жизнь рядом со мной кто-то находился: мать, отец, домработница, Родион… Сейчас я впервые оказалась предоставленной самой себе и это мне очень и очень нравится.
Поставив в вазу букет, доставленный курьером, я решаю поблагодарить отправителя.
«Цветы очень красивые. Спасибо за настроение».
Ответ Родиона приходит почти сразу же.
«Рад, что понравилось. Ты дома?»
«Да. Недавно вернулась из университета».
«Я у родителей. Решил никуда не ходить и посмотреть телек. Вспомнил сегодня наше первое свидание. Помнишь, как официант суп на меня вылил?:)»
Не в силах спрятать улыбку, я печатаю:
«Помню. У тебя было такое злое лицо, словно ты его убить готов. Но ты сдержался».
«Хотел произвести на тебя впечатление:) У меня потом яйца неделю ныли. Суп-то горячий был».
Прикрыв рот рукой, я хихикаю.
«Бедняга».
«Думаешь, почему я к тебе не приставал? Ждал, пока прибор снова заработает».
«А я думала, потому что ты джентльмен».
«Ну в этом-то нет сомнений».
Подложив под голову подушку, я смотрю в потолок, ловя себя на том, что по-прежнему улыбаюсь. Время словно повернуло вспять, перенеся меня назад в прошлое, когда наша переписка вызывала столько трепета и тепла.
Дзынь!
В расчете увидеть сообщение от Родиона, я подношу экран к глазам. Под кожей расползается ток. Мне написал Север.
«Поужинать со мной поедешь?»
Этот лаконичный вопрос без приветствия заставляет меня вскочить. Из уютной неги, в которую меня окунула наша переписка с Родионом, я проваливаюсь в адреналиновую яму. Что мне ему ответить? Конечно, нужно отказаться. Согласиться – слишком нечестно и подло по отношению к Родиону. Он съехал к родителям, чтобы дать мне возможность побыть одной и разобраться в своих чувствах. Ужин с Севером запутает все сильнее.
«Через десять минут буду проезжать мимо тебя. Поторопись с ответом».
Биение сердца перемещается к вискам. Я заношу палец над клавиатурой и резко его одергиваю. Заношу снова и опять убираю. Ненавижу себя за неконтролируемую тягу к этому мужчине, сметающую любые моральные принципы. Ненавижу себя за то, что так хочу согласиться, наплевав на все.
Дзынь! Словно отрезвляющая пощечина, на экране вновь всплывает имя Родиона. Сделав несколько глубоких вдохов, я разворачиваю окно мессенджера.
Если сообщение Севера лишило меня наметившегося спокойствия, то это в буквальном смысле опрокидывает на лопатки.
«Линда, я тебя очень сильно люблю и больше никогда не хочу расставаться. Давай поженимся, а?».
43
От прочитанного я настолько теряюсь, что не придумываю ничего лучшего, как выключить телефон. Ночь провожу, не сомкнув глаз. Вполне ожидаемая перспектива выйти замуж за Родиона, неожиданно сильно меня испугала. Еще месяца три назад я бы не задумываясь ответила «да, согласна», а сейчас…
Просыпаюсь я в шесть утра, взбудораженная, невыспавшаяся и по-прежнему растерянная. Утро оказалось ничуть не мудренее вечера в моем случае. Я только-только начала нащупывать новые смыслы в жизни и слышать свои желания. Боюсь, что свадьба с Родионом обнулит эти достижения.
Завтракаю я торопясь, то и дело ожидая, что в дверь раздастся звонок и на пороге появится Родион. Может быть, про женитьбу он в шутку заикнулся, и я зря так разволновалась? Не доев приготовленный омлет, я включаю телефон и вызываю такси до университета. Вдогонку моментально приходят вчерашние сообщения.
«Малышка, ты куда пропала?»
«Малышка, я тебя напугал?»
Вздохнув, я пишу Родиону, что уснула, и прячу телефон в сумку. Север больше ничего не писал.
В перерывах между лекциями, потерянно блуждая по территории университета, я испытываю острое желание поговорить с папой. Так много сложного происходит в последнее время, что мне требуются его мудрый совет и поддержка.
Эта мысль не отпускает меня и после занятий, поэтому я решаю связаться с его адвокатом. Когда-то он пообещал, что в случае крайней необходимости сможет организовать внеочередной разговор с папой.
– Денис, здравствуйте! – от волнения мой голос скачет. – Это Линда. Помните меня?
– Помню, разумеется, – сдержанно отвечает динамик. – Чем могу быть полезен?
– Мне нужно срочно переговорить с папой. Сегодня.
Секунды в ожидании его ответа тянутся невообразимо долго.
– Я подумаю, что смогу сделать и перезвоню в течение получаса, – обещает он, после чего отключается.
Не слишком рассчитывая на удачу, я бреду в университетский кафетерий, где простояв в очереди минут двадцать, покупаю не слишком вкусный какао и сажусь с ним за свободный столик. Завидев звонок от адвоката, едва не опрокидываю содержимое стакана на себя.
– Телефон вашему передадут в течение часа, – без лишних слов сообщает он. – У вас будет десять минут на разговор.
Едва не расплакавшись от облегчения и радости, я целую минуту сбивчиво и эмоционально благодарю Дениса, чем, кажется, его смущаю.
– Это моя работа, – бормочет он, перед тем как попрощаться.
Долгожданный звонок раздается, когда я еду домой в такси. От звука знакомого голоса, глаза стремительно влажнеют.
– Линда, у тебя все в порядке? Денис сказал, что-то срочное.
– Привет, пап, – прислонившись лбом к стеклу, шепчу я. – Ничего плохо не случилось, не переживай. Просто хотелось тебя услышать. Как ты?
– В порядке все. – Его тон становится немного раздраженным. Видимо, папа за меня переволновался. – Рассказывай, как дела.
– Еду с учебы… – Неожиданно растерявшись, я не знаю, как перейти к сути и потому решаю сказать, как есть: – Вчера Родион мне замуж предложил выйти.
– А, вот в чем дело, – звучит более миролюбиво. – Хорошие новости. Дату уже выбрали?
– Нет. – Я закусываю губу, глядя на проносящиеся в окне фасады новостроек. – Я еще не дала ответ. Поэтому и звоню, чтобы посоветоваться.
– Ты же знаешь мое мнение. Родион толковый парень. С Винокуровыми будешь как за каменной стеной.
– Пап… – мямлю я, не зная, можно ли говорить о таком в телефонном разговоре. – По поводу Максима Аркадьевича. Я нашла одну статью в интернете и там про него
