ехать к Ла Маркас, если он знал, что они подают на нас в суд? Или он что-то нашел?
– Извини, – сказала Дейзи, понурившись.
– Ты не сделала ничего плохого. Я просто не хочу, чтобы ты впутывалась в это сильнее, чем уже успела. Будет несправедливо, если у тебя возникнут неприятности только из-за того, что ты работаешь на меня.
– Если бы это было проблемой, я бы нашла другую работу.
Нелла на секунду закрыла глаза.
– Тебе стоит это сделать.
Дейзи застыла с растерянным выражением, но быстро взяла себя в руки, когда вернулась Элайза.
– Мне надо бежать. – Она все еще всматривалась в лицо Неллы, как будто искала что-то. – У меня свидание.
– Молодец, – выдавила Нелла, пытаясь не думать о визите Кларксона к Ла Маркас. – У всех сегодня свидания. У тебя! У Джетта! – Она рассмеялась, как киношная суперзлодейка, и Элайза, подлив воды, поднесла ей стакан ко рту, едва не выбив ей при этом зуб.
Дейзи с трудом удерживала на лице вымученную улыбку. Они с Перл были последними из их компании, кто остался в пабе, хотя стрелка часов не добралась еще и до восьми. Похороны явно окончательно всех вымотали. Иен ушел, продержавшись лишь пять минут после сцены с блузкой.
– Нам тоже пора двигать, – сказала Элайза, когда Перл, крепко обняв Неллу на прощание, пробилась сквозь толпу вслед за Дейзи.
Музыканты начали второй сет, а очередь за напитками превратилась в потный трехслойный человеческий сэндвич.
Нелла покачала головой.
– Не хочу, чтобы люди подумали, будто я ухожу, потому что мне стыдно сидеть здесь в лифчике.
– Никто так не подумает, – успокоила ее Элайза, наливая еще воды в стакан Неллы. – Если кто-то и недоволен, то лишь тем, что ты и его не сняла.
Нелла посмотрела на себя. Лифчик был темно-пурпурный, с мягким кружевом и полными, приподнимающими груди чашечками, что выглядело уместно под блузкой с высоким воротником, которую она выбрала для похорон, но теперь определенно делало ее похожей на героиню контента для взрослых.
– Мне не на чем уехать, – призналась она, протыкая лайм из своего пустого мохито шпажкой с ананасом из пинаколады подруги.
Элайза закатила глаза.
– У тебя всегда есть транспорт.
– Не сегодня. – Лайм оказался слишком ломким; он развалился пополам, и зеленая мякоть упала к остаткам растаявшего льда. – У Джетта действительно свидание. Я не врала. – Что бы сказал Джетт о визите Кларксона к Ла Маркас? Сказал бы просто, что у нее паранойя – опять?
– Удивительно, – своим фирменным невозмутимым тоном произнесла Элайза. Однажды она прошла онлайн-тест на психопатию и отказалась сообщить Нелле результат, но, скорее всего, потому, что была разочарована, когда выявилось несоответствие критериям.
– Вовсе нет, – пожала плечами Нелла. – Джетт свободен, молод, он не совсем… ну, он…
– Ходячий секс?
Нелла поперхнулась напитком.
– Ты не можешь отрицать, что он хорош собой, – сказала Элайза.
– Я и не отрицаю. С чего бы мне это отрицать?
– Ты раньше как-то не поднимала эту тему.
– У тебя медсестра – горячая штучка, так что, мне допрашивать тебя, почему ты раньше об этом не упоминала?
– Какая медсестра?
– Кристи.
– Кристи разводит аксолотлей.
– Горячая и находчивая, хотя я, честно говоря, не знаю, что такое аксолотль…
– То, что Джетт на свидании, еще не значит, что тебе не на чем уехать. Он никогда не отказывался тебя подвезти, ни разу.
– Теперь все по-другому. – Нелла не привыкла скрывать что-то от Элайзы, но почему-то так и не смогла рассказать ей о том, что крикнула Джетту после похорон. Не сообщила и о его решении уйти.
– Ерунда. – Элайза отправила в рот тающий кубик льда. – Позвони ему. Он приедет. Бросит эту свою…
– Не приедет. Да я и не хочу, чтобы он приезжал. Он заслуживает…
Заслуживает чего? Нормальной жизни? Неужели он чувствовал, что не может жить полноценно, работая на ее семью? Должно быть, он всех их ненавидит – особенно ее.
– Если попросишь, приедет. Он у тебя на крючке, ты его вокруг пальца обвела.
– Неправда! – Нелла грохнула стакан на стойку. Барменша подняла голову и посмотрела на нее. Ей также удалось привлечь внимание нескольких подвыпивших байкеров, чьи взгляды задержались на лифчике. Отрывать им головы Нелла не стала – во-первых, потому что ее задела реплика Элайзы, а во-вторых, потому что интерес байкеров ей даже польстил.
– Я не использую Джетта.
– Я не сказала, что ты его используешь. – Элайза покатала во рту льдинку. – Я к тому, что ты, возможно, не замечаешь некоторых вещей, которые касаются работников твоей семьи.
Работников. Ей словно влепили пощечину мокрой ладонью. Но ведь Джетт не просто работник, разве нет? Может быть, они и не друзья, но их отношения выходили за рамки «работодатель-подчиненный». Что-то среднее, как серая, мутная промежуточная зона, где вода никогда не бывает нужной температуры.
А еще ей осточертело, что все вокруг считают ее манипулятором, как какого-нибудь злодея из комиксов Marvel. Эйвери сказал это в полицейском участке, Джетт обвинил в том же, когда она сообщила ему о симпатии Сирены. А теперь Элайза заявляет, что она поступает так с ним?
Да пошли они все.
Она достала телефон, показала экран Элайзе, чтобы та знала – это не блеф, и нажала кнопку «Вызов» рядом с именем Джетта. Подождав три секунды, она ткнула в красную кнопку «Завершить вызов».
Нет, так нельзя.
– А теперь смотри, – сказала Элайза.
Нелла подумала, что подруга собирается продемонстрировать какой-нибудь мерзкий трюк с выплевыванием льда, но вместо этого Элайза достала свой телефон в желтом чехле с Пикачу и поднесла его к уху.
– Что ты…
Элайза приложила к губам Неллы холодный палец, и ее лицо расплылось в доброжелательной улыбке.
– О, здравствуйте, мистер Рэндалл. Это Элайза Гульбрандсен. Да… ага, верно, та самая ветеринар, лучшая подруга, единственная и неповторимая. Да, слушайте, мистер Рэндалл… Ладно, Джетт… Это потому что вы родились в самолете? Неважно. У Неллы сел телефон… Да, ага, она вам звонила… Угу… Да, он разрядился тут же, без всяких предупреждений, мы даже не знали, что он того гляди умрет. Она сказала, что не хочет вас беспокоить, но, понимаете, тут кое-что случилось, мы остались без верхней одежды и… Хорошо, спасибо, мистер… спасибо, Джетт… Пока-пока.
Элайза положила телефон и вставила свой пустой стакан в стакан Неллы.
– Какого черта, Лайз?
– Он уже едет. – Элайза отправила в рот последний кубик льда. – Мне даже не пришлось его упрашивать.
– И что именно ты доказала?
– Теорию. – Элайза расплатилась за выпивку – они заказывали в счет, как звезды в каком-нибудь американском ситкоме.
Обычно Нелла активнее настаивала на своем, но Испытание № 4 гласило: «Закон кита и планктона: Счет оплачивается по очереди, независимо от разницы в достатке».
К тому же, Элайза
