Лавров не проснулся. Искушение осмелело, овладевая Алёной, будто наваждение. И она, обхватив обеими ладонями голову Валеры, принялась неторопливо легко целовать его лицо. Брови, сомкнутые веки, длинные ресницы, защекотавшие губы девушки, щёки, подбородок и, наконец, его губы, яркие, чуть выпуклые, очерченные кромкой. Из сердца Алёны излилось тепло, едва она приникла к его губам, действуя по-прежнему настороженно, словно воруя с чужого цветка нектар, ей не предназначенный. Алёна почувствовала, что он пробуждается, уловив движение его ресниц. Валерка не удивился приближенному к нему лицу девушки, поскольку не совсем проснулся. Медленно отстранившись, Алёна погладила его по волосам, неожиданно для неё оказавшихся довольно жёсткими.
— Валера, иди ложись, — тихо произнесла она.
После тяжёлой работы и травмы Лавров, разомлевший от тепла и необыкновенно приятного ощущения дома, где его любят и ждут, позабыв, что собирался уехать, не задумываясь о том, где ляжет сама Алёна, позволил ей увести себя в спальню. Там он машинально снял с себя пуловер, опустив его прямо на чистый пол; слегка поморщившись от боли в ноге, стянул джинсы и улёгся на прохладную поверхность постельного белья, которым Алёна предварительно застелила разложенный широкий диван.
Разместив на диване своего гостя, хозяйка ещё долго не ложилась. Сначала собрала с пола его одежду и повесила в шкаф в коридоре. Затем не спеша вымыла в кухне посуду. Приняв душ, снова надела домашний костюмчик — шорты и футболку без рукавов. Долго сидела в кухне на месте Валеры, затем всё-таки зашла в комнату. Лавров спал в том же положении, в котором Алёна оставила его, когда убирала вещи. Валерка лежал на животе у самой стены, подсунув под подушку обе согнутые в локтях руки и уткнувшись в неё лицом. Места на диване оставалось ещё вдоволь, но Алёна прилегла на самом краю. Сон не шёл. Она так и лежала неподвижно, стараясь не менять положения тела, чтобы не потревожить Валеру. Но вскоре незаметно уснула, когда время близилось к полуночи.
* * *
Он проснулся посреди ночи от того, что из окна, на котором не оказалось гардин, струился яркий свет от фонарей, окружающих площадь перед зданием областной администрации. Лаврову часто доводилось пробуждаться у одной из своих многочисленных подруг, и он никогда не напрягался по этому поводу. Но сегодня Валера никак не мог сообразить, что его потревожило. Медленно осмотрев залитую светом комнату, он наткнулся взглядом на одинокую картину на стене, бледно-голубые обои на которой, подсвеченные синеватым светом с улицы, создавали стойкое ощущение, будто находишься в ледяном дворце. Впечатление усилилось неожиданно охватившей Лаврова дрожью. Однако это был не озноб. Внезапная кратковременная дрожь оказалась не чем иным, как откликом тела Валерки на отчётливо различимый женский силуэт неподалёку от него. На краешке дивана спала Алёнка. Девушка лежала лицом к Валерке, на боку, вытянув в одну линию левую ногу и руку, согнув другую руку в локте и ногу в колене, создав тем самым опору своему телу. Левая рука очутилась под головой, потому что единственную подушку Алёна отдала Валере, так же как и одеяло, которое он вскоре откинул, поскольку в комнате было тепло.
Пододвинувшись к ней, Лавров взял её за руку, лежащую ближе к нему. Сжав ладошку, потянул к себе. Девушка не проснулась, даже когда он нежно расцеловал по очереди её пальчики, только вздохнула прерывисто, словно она плакала перед тем, как уснуть. А Валерка уже не владел собой, едва успев подумать, что подобных ощущений ему никогда не приходилось испытывать. Тонкий, ускользающий аромат свежевымытых, ещё чуть влажных волос девушки сводил Лаврова с ума. Он обнял Алёну, порывисто, словно опасаясь, что она упадёт с края дивана, к которому очень близко оказалась. Но прижал к себе уже бережно, неторопливо целуя её лицо. Проснувшись, Алёна не казалась испуганной. Она ещё не совсем точно уловила грань между явью и сном, более склоняясь ко второму. Оставив свои недолгие сомнения относительно сна и реальности, она обняла Валеру обеими руками. Обхватив его торс, Алёна крепко прижалась к нему. Приняв это за смелость и призыв, Валерка отчаянно поцеловал девушку. Отстранившись через некоторое время, снял с Алёны одежду. Переворачивая её в своих руках, Лавров обвивал нежное тело серпантином поцелуев.
Они оба почти потеряли ощущение реальности, безропотно позволяя затянуть себя в безумный водоворот и раствориться в нём, сгорая, словно маленький беспомощный астероид восторженно сгорает в иридирующем оперении кометы. Вскинув голову, Лавров внезапно увидел, как за окном взметнулись салютом, разлетаясь по синеющему небу, мириады сверкающих золотом ослепительных звёзд.
* * *
Освободив Алёну от тяжести своего тела, Валера не выпустил её из объятий. Не пытаясь выскользнуть, Алёнка льнула к нему, пытаясь продлить мгновения счастья быть рядом. Ей всё казалось, что вот сейчас небо сделается синее, ярче, разливаясь зарёй, и минуты блаженства растают без следа. Поэтому Алёна так отчаянно цеплялась за ночь, желая, чтобы утро подольше не наступало. Она не знала, что счастье не стремится ускользнуть вслед за ночью, потому и не верила в зарождение взаимности, сомневаясь в том, что смогла заронить в сердце Лаврова ответные чувства.
Между тем надо было пройти в ванную. Они оба совершили это с бесконечной бережностью по отношению друг к другу, причём совершенно не подозревая об этом. Обняв возлюбленную, Валера уснул достаточно крепко. Руки его ослабели настолько, что Алёнка смогла беспрепятственно вынырнуть из них, соблюдая предельную осторожность в опасении разбудить любимого. Спустя полчаса так же заботливо проделал подобные манипуляции Валера. Девушка спала уже не на краю, придвинувшись ближе и занимая головой уголок подушки. Лавров тихо перебрался через неё, ступив на пол здоровой ногой. Не спеша захромал в ванную. Вернувшись, опять улёгся к стене. Обняв Алёну, придвинул к себе, удобнее размещая её голову на подушке. Она слегка озябла, пока он мылся, пил в кухне воду и ковылял обратно. Собираясь закутать Алёнку в одеяло, Лавров передумал. Вместо этого, крепко прижав её, обнял всем телом. Не прошло и минуты, как он забылся крепким счастливым сном.
Они проснулись одновременно, пропустив раннее утро. Алёнка зашевелилась в его руках. Валера удержал её, словно опасаясь, что она убежит. Но Алёна не пыталась подняться с кровати. Обратив к Валере взгляд своих лучистых серых глаз, она еле слышно произнесла призыв, от которого у Валерки помутилось в голове. Покоряясь желанию возлюбленной, он поцеловал её, закрывшую глаза от предчувствия блаженства. И оно состоялось, унеся обоих в пучину волшебного водоворота.
Алёна лежала неподвижно, словно опасаясь расплескать наполнившее её до краёв счастье.
