— Да.
— Суставы? — не менее лаконично уточнил Алонсо, проявляя осведомлённость в обсуждаемом вопросе.
— В порядке.
— Уверены?
— Мне есть с чем сравнивать.
Алонсо понимающе кивнул.
— В таком случае пора отсюда убираться. Вы знаете, сколько их в доме?
— Обычно они дежурят по трое, — ответил Дамиан. — Если все "гости", кроме этих двоих, ушли, — он кивнул на палача и дознавателя, — значит, вернее всего, осталось два человека.
— Хорошо. — Алонсо прищурился, принимая информацию к сведению и прикидывая план дальнейших действий. — Вы сможете сами идти?
— Да. — Дамиан ответил вполне уверенно. — Но… меч, боюсь, не удержу.
— Это не понадобится.
Я перезарядила возвращённый наёмником арбалет. Сам Алонсо уже снова держал в правой руке меч, а в левой — длинный кинжал.
— Идём наверх, — распорядился он, распахивая дверь.
Я поднималась по ступенькам следом за наёмником, Дамиан — за мной. Добравшись до верха, мы замерли и прислушались. Логичнее всего было уйти через ту самую комнату, через которую мы проникли в дом. Но в районе парадного входа было подозрительно тихо. Сделав нам знак дожидаться на месте, Алонсо крадучись двинулся туда, где коридор сворачивал направо, в сторону двери.
— Ну, и долго вас можно ждать?
Знакомый голос бесцеремонно разорвал воцарившуюся в доме тишину.
— Дэн! — облегчённо выдохнула я. — Это свои, — пояснила я, обращаясь к Дамиану, и мы поспешили присоединиться к остальным.
Чтобы выйти из дома, надо было миновать небольшую прихожую. Здесь стояла пара стульев, узкий стол и, на полу, корзина с едой, из которой торчало горлышко винной бутылки. Двое охранников лежали возле самой двери, один с перерезанным горлом, другой с торчащим между лопаток кинжалом. Дэн, только что похлопавший Алонсо по плечу, взялся за ручку двери.
— Скорее, — призывно мотнул головой он. — Всё уже готово.
Я не была уверена, что именно он имеет в виду, но всё встало на свои места, как только мы вышли наружу. Прямо перед домом стояла запряжённая парой лошадей карета. Дэн распахнул дверь, предоставляя нам с Дамианом забраться внутрь первыми, после чего они с Алонсо тоже заскочили в карету. Экипаж моментально тронулся с места. Ещё только собираясь поставить ногу на ступеньку, я успела обратить внимание на кучера. Он был одет по-мужски: брюки, рубашка, грубые сапоги, кожаная перевязь, а из-под широкополой шляпы тут и там выбивались золотисто-рыжие волосы.
Карета быстро набирала ход. Мы стремительно удалялись от злополучного дома. Окошки были плотно занавешены, поэтому я не могла видеть, куда именно мы направляемся, а отодвинуть короткую тёмную занавеску не решалась. Нэт знает, что делает, а нам с Дамианом лучше не светиться. Один раз карета резко дёрнулась, и у меня душа ушла в пятки, но нет: наёмница всего лишь притормозила перед поворотом.
Какое-то время мы ехали молча, прислушиваясь к доносящимся снаружи звукам, ожидая погони или попытки преследователей нас перехватить. Я вцепилась Дамиану в локоть, он накрыл мои пальцы своей ладонью.
— Откуда Нэт достала карету? — спросила я у сидевшего напротив Дэна несколько минут спустя, когда напряжение немного спало.
— Да мало ли, — беззаботно пожал плечами тот. — Почём мне знать, где эта карета плохо лежала? Плохо стояла, вернее.
— Одним словом, тебе, Ники, подробностей лучше не знать, — с ухмылкой уточнил расположившийся рядом с Дэном Алонсо.
Я скорчила рожицу. Уж если я не гнушаюсь тем, чтобы мчаться во весь опор в украденной карете, значит, не мне и читать наёмникам нотации о греховности воровства. Быть может, степень моей греховности и зашкаливает в последнее время, но я уж точно не собираюсь уподобляться этому ублюдку Джастину, который с лёгкостью отправляет человека на дыбу, но при этом даже краем глаза боится увидеть результат. Это воспоминание заставило меня сильнее сжать локоть Дамиана.
Наёмники временами бросали на Дамиана любопытные взгляды. Я не знала, следует ли знакомить людей в подобных ситуациях, учитывая, что они принадлежат к совершенно разным сословиям, но всё-таки решила, что так будет правильно.
— Дамиан, это Дэн, а это Алонсо, — представила я, указывая сперва на одного наёмника, а затем на другого. — Они… — мне почему-то не хотелось называть их наёмниками, — …согласились нам помочь.
К моему удивлению, Дамиан протянул каждому из них руку. Возможно, успел привыкнуть к тому, что рамки социальной иерархии порой размываются во время военных действий?
— Дамиан Телбридж, — сказал он, даже пропуская при этом "виконта". — Я ваш должник, господа.
— Это ненадолго, — нарочито небрежно отмахнулся Алонсо. — Ваша супруга обещала нам весьма хорошее вознаграждение. Так что в скором времени мы будем квиты.
Я покосилась на мужа, отчего-то засомневавшись, как он отреагирует на эти слова. Дамиан усмехнулся.
— Тем лучше, — заявил он. — Не люблю подолгу оставаться в долгу. Это бывает чревато самыми неожиданными результатами.
— Ты чем-то недоволен?! — возмутилась я, отлично понимая, на что именно он намекает.
— В тот раз мне невероятно повезло, — сказал Дамиан, глядя мне в глаза с такой нежностью, что всё моё возмущение разом сошло на нет.
К нежности по-прежнему примешивалось удивление, и он в очередной раз недоверчиво качнул головой.
— Мы-то ладно, а вот с вашей женой расплатиться и вправду будет непросто, — совершенно неожиданно для меня заметил Дэн.
— Дэн, а ну-ка заткнись! — набросилась я на него и тут же прикусила язык.
Всё-таки в обществе наёмников я научилась разговаривать не вполне подобающим образом.
— Вынужден поддержать напарника, — с усмешкой заявил Алонсо. — Поверьте, виконт, у нас очень богатый и чрезвычайно разнообразный жизненный опыт. Нас нанимали самые разные люди с самыми разными целями, в том числе и аналогичными. Такой самоотверженности мы ещё не встречали.
— Приплачивать тебе за лесть я всё равно не собираюсь, так что зря распинаешься, — пробормотала я, краснея.
Самоотверженность? Я просто делала то, что было нужно. Не принимала трудных решений, не наступала себе на горло, просто действовала так, как было необходимо мне самой. Какая же тут самоотверженность?
— Знаю, — серьёзно кивнул Дамиан, отвечая не на моё бормотание, а на слова наёмников. И с лёгкой улыбкой добавил: — Придётся расплачиваться всю жизнь.
Мы благополучно выехали за пределы города, миновали расположившуюся рядом деревню и остановились на границе леса. Нэт соскочила с козел и распахнула дверцу.
