Британского Содружества, при этом вопрос о разделе обсуждался на удивление мало. После ожесточенных дебатов 7 января 1922 года Дойл Эрен ратифицировал договор с небольшим перевесом в голосах (64 против 57). Де Валера оставил пост председателя и вышел из Дойл Эрен вместе со многими своими сторонниками. Хотя Свободное государство должно было оставаться в Британском Содружестве до 1948 года, внутреннее управление Ирландией по большей части перешло к Дойл Эрен. А провинция Северная Ирландия осталась составной частью Соединенного Королевства.
8
Создание двух Ирландий
(1922–1966)
Официальный раздел Ирландии произошел в 1921 году, но всю первую половину ХХ века политическая независимость северной и южной частей острова друг от друга только возрастала. Взаимное недоверие и враждебность, а также существенная разница экономических и социальных условий неизбежно вели к возникновению двух совершенно разных обществ. В некоторых областях, в том числе в сельскохозяйственной и рыболовной отрасли, две Ирландии сотрудничали, а культурные организации, связанные со спортом, музыкой, искусством и даже профессиональным изучением истории, нередко действовали на «общеирландской» основе. Но это сотрудничество почти терялось на фоне бросающихся в глаза политических различий и поэтому не привлекало большого внимания публицистов и ученых.
С 1922 до 1949 года Ирландское Свободное государство пережило еще два конституционных преобразования, в итоге превратившись в современную, полностью независимую Республику Ирландия. Северная Ирландия осталась частью Соединенного Королевства, хотя у нее был собственный парламент и руководящий исполнительный орган. Ирландское Свободное государство (и позднее Республика Ирландия) испытывало некоторые трудности с самоидентификацией, выбирая между статусом преимущественно сельскохозяйственной или современной промышленно развитой страны. Северная Ирландия уже обладала относительно модернизированной индустриальной экономикой. При этом немаловажной особенностью североирландского общества было неравенство между протестантами и католиками, которое привело к устойчивому недовольству и в конечном итоге – насилию, продолжавшемуся с конца 1960-х до конца ХХ века. В первые годы после заключения договора, разделившего остров на две части, Северной Ирландии были выделены субсидии на развитие сельского хозяйства и социальное обеспечение. Ирландскому Свободному государству больше не нужно было платить британскому правительству налоги и беспокоиться о поддержке оставшихся без работы тружеников промышленности Белфаста. Поэтому поначалу казалось, что в экономическом отношении обе Ирландии только выиграют от раздела.
Экономики обеих Ирландий в этот период переживали подъемы и спады, широким шагом переходя от протекционизма к режиму свободной торговли. Но даже в экономической сфере национальный вопрос занимал крайне важное место. Правительство и общество Северной Ирландии неустанно напоминали о своих связях с Великобританией (между Северной Ирландией и Британией, разумеется, был установлен режим свободной торговли, в то время как товары Свободного государства облагались пошлинами). Передовая промышленность Северной Ирландии и более высокий, чем в Свободном государстве, уровень жизни служили источником законной гордости. Экономическая политика Свободного государства также несла на себе отпечаток национальных идей. В частности, в 1930-е годы было объявлено, что экономической целью Свободного государства является создание самодостаточной, преимущественно аграрной страны, воплощавшей, по мнению политиков, идеал Ирландии. Имон де Валера, в 1932–1948 годах занимавший пост премьер-министра, в своих публичных выступлениях рисовал образ «Ирландии, о которой мы мечтали». Это была «земля, пестреющая уютными усадьбами, где в полях и деревнях кипит усердная работа, где слышны звонкие крики играющих детей и смех прелестных девушек… а у очагов ведут безмятежные беседы мудрые старцы». Эти романтические образы совершенно не сочетались с разворачивающейся в Европе модернизацией. Но они хорошо отражали чаяния ирландских националистов. В действительности ни разработанная на юге программа самодостаточности, ни копирование Северной Ирландией элементов британской экономической политики не принесли желаемых результатов. На юге протекционизм и самодостаточность, вероятно, были действительно необходимы в первые годы существования экономики новой страны, и поначалу эта политика была успешной, но в конечном итоге она создала гораздо больше проблем, чем смогла решить. Что касается Северной Ирландии, в послевоенный период она испытывала общие с Великобританией экономические трудности.
Дебаты в Дойл Эрен по поводу Англо-ирландского договора 1921 года задали ирландской политике конфронтационный тон, характерный для Ирландского Свободного государства все первые годы его существования. Сторонники договора называли себя «Куманн на Гэйл», а противники договора во главе с де Валерой сохранили название «Шинн Фейн». Эти последние считали договор предательством по отношению к той Республике, которую провозгласил Патрик Пирс во время Пасхального восстания 1916 года. Поскольку Дойл Эрен ратифицировал договор, де Валера и его последователи отказались признать авторитет этого органа и вышли из него. Артур Гриффит, как глава «Куманн на Гэйл», 10 января 1922 года был избран президентом Дойл Эрен. Помимо конституционной борьбы между двумя основными партиями, существовала также серьезная проблема с ИРА. После того как британские военные и полицейские силы начали покидать места своего расположения по всей стране, ИРА захватывала эти посты. Майкл Коллинз продолжал по большей части контролировать Ирландское республиканское братство, многие члены которого занимали высокие посты в ИРА. Поэтому Коллинз смог убедить около половины ИРА присоединиться к новой Армии Свободного государства. Другую половину ИРА составляли воинственно настроенные республиканцы, которые остались верны силам, выступавшим против договора. Поляризация основных вооруженных сил в Свободном государстве через некоторое время привела к опустошительной гражданской войне между сторонниками и противниками договора. Члены ИРА, выступавшие против договора, создали собственные военные формирования (которые сторонники договора называли Нерегулярными войсками). В апреле 1922 года эти Нерегулярные войска заняли здание Четырех судов в Дублине и устроили там штаб-квартиру. После неудачных переговоров Майкл Коллинз, как глава Армии Свободного государства, 28 июня 1922 года приказал обстрелять здание Четырех судов. Эта атака, хотя и вполне успешная, еще больше расколола общественное мнение, и многие не воюющие члены «Шинн Фейн», включая де Валеру, присоединились к Нерегулярным войскам.
Так началась Гражданская война в Ирландии. Хотя Армия Свободного государства без труда выиграла несколько сражений в окрестностях Дублина, Нерегулярные войска вскоре развернули партизанскую войну в других районах страны. Католическая церковь призывала людей согласиться с Англо-ирландским договором 1921 года и называла убийство солдат Свободного государства в ходе войны «душегубством», повинные в котором не смогут получить причастие и отпущение грехов на исповеди. Однако позиция церкви в отношении национализма и национального идеала была не столь однозначной, как может показаться. Некоторые священники и епископы симпатизировали силам, выступавшим против договора.
Самые тяжелые бои развернулись летом. 22 августа Майкл Коллинз попал в засаду в графстве Корк и был убит. Но через некоторое время стало ясно, что Армия Свободного государства оказалась слишком сильным противником для Нерегулярных войск, и 30 апреля 1923 года те объявили о прекращении огня. 24 мая де Валера приказал своим последователям сложить оружие. Тем временем 12 августа 1922 года умер от кровоизлияния в мозг Артур Гриффит, председатель Дойл Эрен. Смерть Коллинза и Гриффита оставила Свободное государство без основных руководителей. Новый глава Свободного государства Уильям Косгрейв занял крайне жесткую
