для сельскохозяйственного производства много дополнительных акров и увеличить поставки продовольствия почти на 17 %. Но, находясь на западной окраине Европы и на жизненно важных судоходных путях из Нового Света, Ирландия не смогла полностью избежать разрушительных последствий войны. В 1940–1941 годах случайные немецкие бомбы падали на графства Вексфорд, Уиклоу, Килдэр, Лаут и Монаган. В мае 1941 года Дублин подвергся бомбардировке, в результате которой погибли 34 человека. В 1943 и 1958 годах немецкое правительство выплатило компенсацию за эти бомбардировки.
За исключением отказа открыть доступ к ирландским портам (что дало бы Германии повод атаковать цели на территории Ирландии), нейтралитет Эйре был, безусловно, дружественным по отношению к союзникам. Немецких летчиков, потерпевших крушение в Ирландии, интернировали, в то время как летчиков союзников спасали и возвращали в Британию. Немецких шпионов арестовывали, в то время как британским воздушным разведчикам разрешали сажать свои гидросамолеты на базе в графстве Лимерик. При этом Ирландия продолжала поддерживать дипломатические отношения с Германией. Одним из самых спорных действий де Валеры во время войны стал визит в немецкое посольство в Дублине, где он оставил запись в книге соболезнований в связи со смертью Гитлера в мае 1945 года. Несколькими месяцами ранее он сделал то же самое в американском посольстве после смерти Рузвельта, но, поскольку к этому времени в новостях уже появились сообщения о нацистских лагерях смерти, многие (в том числе многие жители Ирландии) посчитали это демонстрацией бессердечного пренебрежения к жертвам Холокоста. В конце войны, 13 мая 1945 года, премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль в радиообращении резко раскритиковал правительство де Валеры за то, что оно не позволило союзникам использовать ирландские порты. Черчилль также отметил, что Британия проявила большую сдержанность, не захватив эти порты силой оружия. В ответ де Валера в радиообращении от 17 мая заявил, что Черчилль, по-видимому, считает интересы Великобритании неким моральным императивом, позволяющим игнорировать права других стран. Более того, сказал он, Черчиллю следовало бы посочувствовать Ирландии, стране, которая противостояла тирании сотни лет, в то время как Великобритания противостояла Германии всего два года, прежде чем в войну вступили США. Ответ де Валеры был встречен в Ирландии с восторгом и, несомненно, сгладил тот ущерб, который нанесли его политической репутации соболезнования в немецком посольстве. Но война сильно ударила по ирландской экономике. Программа обязательной обработки земли истощила значительную часть сельскохозяйственных угодий, а нормирование в каком-то смысле способствовало остановке промышленного развития.
В 1948 году состоялись выборы, на которых взяла верх коалиция «Фине Гэл» и других партий. Это межпартийное правительство пыталось решить послевоенные проблемы, в том числе промышленного развития страны, нехватки жилья и неравномерного доступа граждан к системе здравоохранения. Оно также пыталось разобраться с вопросом республики, преследовавшим ирландскую политику с 1916 года. Конституция де Валеры сделала Ирландию республикой во всем, кроме названия, и новый премьер-министр Джон Костелло считал, что завершение этого процесса погасит пыл воинствующих республиканцев. По его словам, это должно было «убрать ружья из ирландской политики». Межпартийное правительство Костелло отменило Закон о внешних сношениях 1936 года и 21 декабря 1948 года приняло Закон о Республике Ирландия. Он устранил последние дипломатические полномочия, которые британский монарх еще имел в Ирландии, и изменил английское название страны на «Республика Ирландия». Решение официально вступило в силу 18 апреля 1949 года, в Пасхальный понедельник. Затем 2 июня 1949 года британское правительство во главе с премьер-министром Клементом Эттли приняло Закон об Ирландии. Этот документ признавал, что Республика Ирландия больше не входит в число британских доминионов, но также заявлял, что Северная Ирландия останется частью Соединенного Королевства до тех пор, пока этого будет желать парламент Северной Ирландии.
Экономическая политика правительства Свободного государства и Эйре в этот период состояла в усилении режима протекционизма и введении новых пошлин, расширении программ социального обеспечения и льгот для мелких фермеров и сельскохозяйственных рабочих. Находясь у власти, де Валера расширил основания для выплат по безработице, включив в число получателей пособий больше людей, увеличил пенсии всех видов (включая пенсии для вдов и сирот, а также пенсии по старости) и приступил к реализации масштабного проекта государственного жилищного строительства. Однако это не смогло полностью защитить юг от всемирной депрессии 1930-х годов. Некоторые социальные службы, в частности здравоохранение и образование, по-прежнему получали недостаточно финансирования. Характерной особенностью политики де Валеры в сфере промышленности и торговли были протекционизм и попытки утвердить национальную самодостаточность. В 1930-е годы эти меры, казалось, дали толчок развитию местных отраслей промышленности, однако на деле государственная защита во многих случаях оказалась избыточной. Экспорт резко упал, и сопутствующее отсутствие доходов ощущалось крайне остро. В послевоенные годы охраняемые государством отрасли также испытывали трудности. Хотя включение режима государственного протекционизма в ответ на экономический спад было характерно для всей Европы и южная Ирландия просто следовала этому примеру, самодостаточность оказалась для нее недостижимой целью. В 1930-х годах юг экспортировал в Британию примерно такой же процент своего внутреннего рынка крупного рогатого скота, как и Северная Ирландия. Поэтому, несмотря на стремление к самодостаточности, торговля с Великобританией была по-прежнему жизненно важна. И государство, несомненно, расширяло свои полномочия, чтобы наиболее эффективно проводить новую экономическую политику.
Северная Ирландия (1932–1966)
Как мы видели, 1930-е годы выдались для Северной Ирландии нелегкими в экономическом отношении. Одна из главных проблем заключалась в том, что британское правительство, само увязшее в серьезных экономических трудностях, не уделяло экономике Северной Ирландии необходимого ей внимания. Но даже с учетом этого условия жизни в Северной Ирландии были в целом лучше, чем на юге. Заработная плата постепенно росла, система социального обеспечения была более развитой, чем в Свободном государстве. В первые десятилетия века Северная Ирландия (как и Свободное государство) развивалась относительно медленно из-за длительного упадка тяжелой промышленности. В сельских районах был затруднен доступ к чистой воде, молодежь серьезно страдала от туберкулеза, жилья и больниц не хватало. Эти лишения (особенно безработица) одинаково ударили по протестантским и католическим общинам и привели к усилению межконфессиональной розни. Начало 1930-х годов омрачилось нападениями на парады оранжистов и репрессиями против юнионистов, а серьезные беспорядки в Белфасте летом 1935 года окончились гибелью нескольких человек. Парламент Северной Ирландии принял ряд принудительных мер по борьбе с насилием (наподобие тех, которые были приняты де Валерой на юге). Большое значение также имела реакция Севера на драматические события в Свободном государстве и Эйре в 1930-х годах. Северные националисты в целом с удовольствием наблюдали за рождением, как они полагали, Ирландской республики. Вместе с тем в полной мере подтвердились опасения юнионистов, подозревавших, что националисты так и не перестали мечтать об объединенной Ирландии. На протяжении 1930-х годов премьер-министр Северной Ирландии сэр Джеймс Крейг (позднее виконт Крейгавон) стремился укрепить связи с Великобританией. Он хотел получить гарантии того, что Северная Ирландия останется в составе Соединенного Королевства.
Начало Второй мировой войны стало крайне важным моментом для Северной Ирландии. Провинция
