ни двигаться, ни видеть, ни дышать…
Резкий рывок – и голова Вики оказалась над поверхностью болота. Она глубоко вздохнула, хватая ртом пропитанный зловонием воздух, который показался ей слаще любого нектара. Мингир крепко держал веревку, которой Вика обвязалась, чтоб подстраховать его. Еще рывок, и вся Вика целиком показалась на неверной болотной тропе. Правда, сапоги ее так и остались в глубине трясины.
Спасители осторожно подползли к ней. Оба, и Лоис, и Мингир, были с ног до головы перемазаны коричневой болотной жижей, чистым оставался только Павел, не участвовавший в спасательной операции. Вика смотрела на них, с ужасом понимая, что сама она выглядит не лучше, с головой искупавшись в болоте. Как настоящая женщина, даже на краю гибели она думала о своей красоте.
Вику трясло, зубы выбивали мелкую дробь от пережитого шока и озноба. Девушка промокла до нитки и теперь на холодном горном ветру мгновенно продрогла. Мингир бегло осмотрел ее и, не увидев серьезных повреждений, удовлетворенно кивнул:
– Хорошо, что ты завязала добрый узел. Он тебе жизнь спас.
– Это ты мне жизнь спас, – Вика выдавила из себя, стуча зубами.
– Я же твой телохранитель, – лучник сдержанно улыбнулся и принялся распутывать связывающую их веревку.
– Ну, и видок у вас у всех. И запах соответствующий, – Павел стоял на твердой части тропы и, скривившись, смотрел на ковыряющихся в грязи спутников.
– Помолчал бы, умник, – Лоис вскинулся на него, но Мингир тут же пресек готовую начаться ссору:
– Вообще это ты нас сюда завел, так что нечего на парня фыркать. Скажи спасибо, что цел остался.
– Спасибо, – охотник процедил сквозь зубы.
– Фу, запах действительно чудовищный, – Вика брезгливо сморщила нос. Вонь над грязевым болотом быстро усиливалась, словно набирая густоту и тяжесть.
– Чую, не к добру это, – Лоис проговорил и тут же, словно в подтверждение его словам, на болоте прямо в центре котловины начал вспухать огромный грязевой пузырь.
***
Пузырь вырастал над топью, словно гигантский нарыв, вот-вот готовый вскрыться. Путники, завороженные невероятным зрелищем, застыли, глядя на проснувшийся грязевой вулкан. Первым опомнился Мингир. Он схватил Вику за руку и бросился по тропе в обратную сторону. Лоис тоже быстро сообразил, что ничем хорошим это зрелище не грозит. Павел, чертыхаясь и оскальзываясь, рванул следом за всеми.
Болотный волдырь все рос, словно надуваемый изнутри неведомой силой. И вот, достигнув размеров двухэтажного дома, он, наконец, прорвался, исторгнув из себя поток жидкой грязи.
– Быстрее, пока нас не накрыло! – лучник на бегу крикнул остальным.
Легко сказать, быстрее, но бежать по вязкой топи было невероятно трудно. Волна липкой жижи катилась вслед путешественникам, и краешек ее уже почти достиг последнего из них.
– Мы утонем! – Павел истерично взвизгнул, через плечо обернувшись на неотвратимо накатывающую погибель.
– Туда! – Лоис вытянул руку в сторону ближайшего валуна, возвышавшегося над грязевым болотом.
Мингир, резко дернув Вику за руку, побежал к спасительному камню. Стрелок практически волоком тащил за собой босую девушку, благо он был выше и значительно сильнее ее. Наверно, если бы Вика не смогла бежать, он бы попросту унес ее в охапке.
И в тот момент, когда казалось, что спасение совсем близко, бежавший позади Павел запнулся, коротко вскрикнув, и кубарем покатился в грязь.
– А, чтоб тебя! – Лоис резко затормозил, тоже едва не оступившись, и повернулся к упавшему. Мингир оглянулся на крик, но останавливаться не стал.
Павел не смог подняться сразу, барахтаясь в грязи, разбрызгивая ее во все стороны. Охотник бросился к нему на помощь.
До лежавшего Павла Лоис и поток грязи добрались одновременно.
Парнишка умудрился встать на четвереньки и почти уже поднялся, когда тугая волна настигла его, и он, поскользнувшись на текучем потоке, снова упал лицом в грязь. Парень отчаянно рванулся, с чавканьем выдрав тело из вязкого плена.
– Руку давай! – Лоис устоял на ногах, и теперь пытался поднять Пашу. Оба они были с ног до головы испачканы скользкой вулканической грязью, и охотник никак не мог ухватить ладонь приятеля.
– Не бросай меня! – парнишка вновь попытался встать на ноги, протягивая Лоису руку. Уровень зловонной жижи поднимался все выше, доставая уже до колена.
– Живее! Шевелись! Отдыхать потом будешь! – понимая, что время на исходе, охотник схватил Павла за шкирку и рывком поставил на ноги. Хватаясь друг за друга, с трудом держа равновесие в прибывающем потоке вулканической грязи, они побрели к скале, с трудом переставляя ноги.
Мингир и Вика к этому моменту достигли валуна, и лучник практически зашвырнул на него девушку. Вика вцепилась в скользкий камень, обламывая ногти, сбивая в кровь костяшки пальцев, и, вжавшись в него всем телом, поползла вверх. Следом за ней на камень запрыгнул Мингир, однако не последовал за девушкой, задержавшись внизу и поджидая остальных беглецов.
– Быстрей! – он с тревогой глядел на товарищей, понимая, что и без его понуканий они старались изо всех сил.
Лучник снял с пояса моток веревки, которая уже дважды за сегодня спасала жизни, и, размахнувшись, кинул ее конец несчастным пленникам грязевой пучины. Охотник поймал веревку с первого раза и тут же принялся наматывать ее на плечи.
– А я?! – Павел тоже потянулся к спасительному канату.
– На, держи. Только не ной! – Лоис сунул Павлу в руки оставшийся свободным конец, и парнишка намертво вцепился в него.
– На пояс намотай, не удержишь ведь, – Лоис покосился на приятеля и, используя веревку в качестве опоры, принялся шаг за шагом подтягиваться по ней к валуну.
Мингир едва держался под весом двоих человек: на скользком камне не за что было уцепиться, и он то и дело рисковал сорваться и составить им компанию.
Наконец, Лоис и Павел, бредя уже почти по пояс в густой грязи, добрались до спасительного островка. Одного за другим лучник вытащил их на камень и сам поспешил забраться повыше.
А грязь все прибывала. Невероятный вулкан извергал из своих недр потоки коричневой дурнопахнущей жижи, и ее уровень достиг уже середины высоты валуна, который послужил убежищем для путешественников. Из образовавшегося в центре котловины кратера толчками вытекало содержимое земных недр, и, казалось, что ему не будет конца. Наконец грязевой поток запузырился, словно вскипая, и скорость его истечения уменьшилась. Пузырей было все больше, а грязи, наоборот меньше. И вот, когда болотная жижа поднялась уже почти до самого верха спасительного камня, грозя захлестнуть его целиком, извержение остановилось, и грязевой поток иссяк.
Вика доползла до вершины и в изнеможении вытянулась на плоском камне. Ее ноги были облеплены тяжелыми кусками быстро засыхающей на воздухе глины, с одежды стекали тягучие бурые струйки, волосы
