и Гураис. Они представляли гражданскую власть, в то время, как весь тактический и административный контроль над всеми вооруженными формированиями на этих и захваченных позднее территориях был сосредоточен в руках майора Брауна.
Одновременно с событиями в Гилгите в северных районах Кашмира зрел второй заговор. Его главными действующими лицами стали правители пригиндукушских княжеств, таких как Хунза (Канджут), Нагар (Нагир), Ясин, Паниал, Ишкуман и другие, являвшиеся вассалами махараджи Джамму и Кашмира. Все они были мусульманами, так что весь заговор был представлен пакистанскими правительственными кругами как «восстание мусульман против индуса-махараджи». Но вот в чем парадокс: большинство правителей пригиндукушских княжеств исповедовали «ложный» ислам, так как принадлежали к секте исмаилитов. Во главе заговора, по всей видимости, стоял князь Канджута Джамали-хан, получивший образование в Лондоне и давно сотрудничавший с английской разведкой. Во времена британского господства в Индии он занимался сбором сведений о сопредельных районах Синьцзяна (Западный Китай) путем опроса паломников-исмаилитов, а также распространением провокационных слухов. Еще летом 1947 года раджи Хунзы и Нагара и два феодальных князя Гилгита адресовали Хари Сингху несколько телеграмм, в которых предостерегали его от присоединения к Индии и агитировали за вхождение в Пакистан. Одновременно с переворотом в Гилгите, князья Хунзы, Нагара, Паниала и Ясина предали своего сюзерена и объявили о присоединении к Пакистану. Их примеру тут же последовали и остальные пограничные княжества, связанные с Кашмиром вассальной зависимостью.
Однако главный дирижер заговора остался не только за сценой, но и далеко за пределами Кашмира, а именно… в Бомбее. По всей видимости, это был никто иной, как Ага Хан III, основатель Мусульманской лиги. Являясь одновременно главой (имамом) секты исмаилитов, Ага Хан имел в своем распоряжении целую сеть духовных лидеров исмаилитских общин – ишанов, пиров и халифа, через которых он распространял свое влияние на Кашмир, Кашгар (Синьцзян), Памир, некоторые районы Афганистана, Северо-Западной пограничной провинции и Пенджаба. Британские спецслужбы издавна использовали исмаилитских духовников в своих целях, так как последние были обязаны регулярно доставлять своему имаму в Бомбей «зякет» (налог), а заодно передавали и сведения разведывательного характера. За эту службу Ага Хан получал ежегодную субсидию от английского правительства в размере 600 тысяч кальдаров. После провозглашения независимости Индии, английская разведка по-прежнему продолжала использовать эти связи, причем вся переписка Ага Хана с его ишанами шла через Пакистан и его консульства в соседних странах80. Разумеется, это только предположение, и все же едва ли этот давний друг англичан, тесно сотрудничавший с британской разведкой, остался в стороне от событий на севере Кашмира, которые являлись его давней духовной вотчиной.
Таким образом, как показали события октября – ноября 1947 года, Гилгитское агентство с единоличной властью в нем майора Брауна, стало «троянским конем», с помощью которого были оккупированы все северо-западные районы Кашмира.
Глава III
На грани войны
Развертывание индийских войск в Кашмирской долине
Переброска индийских войск в Кашмир воздушным путем продолжалась почти непрерывно с 26 октября по 27 ноября 1947 г. За это время летчики Индийских ВВС сделали в общей сложности 704 самолето-вылета. 30 октября 1947 года на аэродром Сринагара прибыли первые истребители «Спитфайр» из состава сводного отряда, сформированного в Летном училище в Амбале. Через неделю к ним присоединился отряд 7-й эскадрильи на более современных истребителях «Темпест». Все транспортные перевозки в Кашмире осуществляла 12-я эскадрилья Индийских ВВС, укомплектованная транспортными самолетами «Дакота С-47», командир которой, К.Л.Бхатия, впоследствии был награжден орденом Маха Вир Чакра.
Для планирования и осуществления всех военно-воздушных операций в Джамму и Кашмире была образована так называемая «1-я оперативная группа ВВС», командиром которой был назначен опытный и смелый летчик-ас Мехар Сингх, позднее также ставший кавалером ордена Маха Вир Чакра. Позднее, с октября 1948 года командование группой принял коммодор авиации (звание, соответствующее генерал-майору в армии) А.М.Инджинир.
В течение первой недели после высадки в аэропорту Сринагаре (с понедельника 27 октября по воскресенье 2 ноября 1947 г.), положение индийских войск в Кашмире было трудным. Главной их задачей в это время было выиграть время для переброски в Сринагар и Паттан по воздуху достаточного количества войск из Дели. Угроза столице Кашмира пока еще не была устранена, так как для этого требовались значительно большие силы. В эти дни в Сринагар были переброшены на самолетах штаб и другие части 161-й пехотной бригады (в мирное время дислоцировавшейся в районе Гургаона). 29 октября 1947 г. в Сринагар прибыл командир бригады Дж. К.Каточ. Всю бригаду перебросить было невозможно, так как ее подразделения обеспечивали внутреннюю безопасность в Гургаоне. Поэтому было решено сформировать ее в новом составе из разрозненных индийских частей уже на месте, в Сринагаре.
Ситуация была трудной, так как практически все воинские части были задействованы для поддержания порядка в Пенджабе, охраны колонн беженцев из Пакистана, а также – как это ни парадоксально – на охране пакистано-афганской границы. В это время в Дели находились лишь несколько стрелковых рот сикхов и догров из разных полков, отошедших после раздела армии к Пакистану. Отправка их в Сринагар также представляла проблему, так как с 30 по 31 октября полеты индийских самолетов в Кашмирскую долину почти прекратились. Причина была более чем прозаичной: взлетная полоса маленького сринагарского аэродрома не была рассчитана на то, чтобы на нее ежедневно приземлялось по несколько десятков грузовых самолетов. Через четыре дня на ней образовались глубокие борозды, а пыль при каждом приземлении поднималась столбом.
Между тем боевики оправились от шока, встретив в Долине регулярные части Индийской армии, и предприняли ряд успешных атак. Еще 29 октября они атаковали позицию севернее Барамуллы, которую занимал 1-й Патиалский батальон легкой пехоты (присланный правителем княжества Патиала по просьбе махараджи). Бойцы патиалского батальона понесли настолько тяжелые потери, что были вынуждены отступить. После этого подразделение было уже небоеспособно, и его пришлось отправить назад, в Индию. (В Кашмир патиалский батальон вернулся лишь осенью 1948 года, почти через год). 31 октября войска Индийского Союза в Кашмирской долине перешли в контрнаступление и 1 ноября освободили город Гулмарг. Но в тот же день боевики получили подкрепление и впервые использовали минометы на дороге Барамулла – Сринагар. К ночи 2/3 ноября они уже стояли в 3 милях от Сринагара.
Вечером 31 октября в Дели была получена новая неутешительная весть. Командир 161-й пехотной бригады Дж. К.Каточ во время своего посещения передовой позиции сикхского батальона в Паттане был ранен шальной пулей в ногу.
