слова. Так ведь?
Лицо лорда Алдрака исказила непонятная гримаса, на мгновение мне даже показалось, что я увидела в его глазах боль. Но всего лишь на мгновение, потом лицо черного дракона снова сделалось непроницаемым.
— Мы обсудим это позже, — бросил он и отошел к директору Удраку.
Я уже порадовалась, что меня на некоторое время оставят в покое, когда ко мне с постной миной приблизился медноволосый дракон Магдрак. Очутившись возле котла, он шумно втянул воздух, как если бы уловил аромат чего-то неприятного.
— Овощной суп. Прелестно. Таких поисковиков в моем отряде еще не было.
— Без разницы, на чем строится ее дар, главное, что он работает, — встал на мою защиту жрец Снодрак, с интересом помешивая содержимое моего котла.
А лучше бы и дальше настаивал, что я зельевар! Тогда бы я смогла выторговать для себя право варить зелья в Драконьем приюте. А теперь? Вот что теперь?!
Резко развернувшись, я бросилась к столу. Мне просто не хотелось, чтобы драконы увидели мои слезы.
— Как давно ты видишь костяных? Какие у тебя предвестники пробуждения дара? Сколько времени уходит на восстановление? — продолжал сыпать вопросами рейнджер Магдрак.
Я же вцепилась в край стола и громко заорала, когда он от моего прикосновения вспыхнул и начал осыпаться пеплом.
Да что за напасть-то?! Мне же обещали, что после пробуждения дара огонь угомонится!
— Как интересно… — многозначительно произнес директор Удрак.
Приблизившись к столу, он буквально поглотил смертоносное пламя.
— Я хочу вернуться в приют, — пользуясь возможностью, заявила ему я. — Сами видите, мой дар нестабилен и опасен…
— И разрушителен, — с улыбкой подсказал Удрак.
Чувствовалось, что он старше остальных. И дело было даже не в едва заметных морщинах, отметивших высокий умный лоб, он смотрел так, как смотрели воины, повидавшие немало. Они покупали в моей лавке успокаивающие настойки и средства от бессонницы, но при этом боялись спать.
— Да, мой дар способен сжигать мебель.
— Как и огонь любого стража.
— Она поисковик, — процедил сквозь зубы лорд Алдрак.
— Но варит превосходный суп, — ввернул Снодрак. — Думаю, из нее выйдет чудесный снабженец.
— Я еще и яды варить умею, — зачем-то напомнила я.
— Стражи используют яды, — охотно подтвердил Удрак.
— А жрецам нужны качественные противоядия, — не унимался Снодрак.
— А может, все-таки в приют? — слабо лепетала я, чувствуя, что меня сейчас начнут делить на части.
— Ей и ее дару не место среди рейнджеров, — бескомпромиссно произнес Магдрак и, поймав взбешенный взгляд лорда Алдрака, добавил: — Я не беру в отряд сопливых девчонок.
— Справедливости ради я сегодня даже не чихнула, — добавила я.
Просто, чтобы позлить медноволосого сноба, который был немного расистом. Впрочем, его упертость была мне на руку, ведь лорд Алдрак явно жаждал запихнуть меня в поисковые маги, чтобы я и дальше вместо варки зелий искала для него костяных драконов.
Нет уж! Такого супа мои котелки не выдержат. Артефакт обидится и непонятно, что выдаст, а голова, вообще варить откажется, еще и заикой стану. Как представлю, что готовлю зелье, а из него вылезает чей-то череп и шепчет: “Найди меня, Алора…”
С такими дарами даже самый спокойный и рациональный разум не справится, а я девушка нервная, могу и яд с супом перепутать. И как же так вышло, что я хотела саботировать распределение, а теперь меня хотят все драконы? Хотя вон Магдрак точно не хочет, но вряд ли мне это чем-то поможет.
Хотя…
— А давайте, пока вы решаете, какой факультет мне больше подойдет, я поживу в приюте?
Драконы, живо обсуждающие мою персону, резко замолчали и посмотрели на меня.
— А почему у нее вид такой нездоровый? — встрепенулся Магдрак.
— Да какая разница, как она выглядит, если дар — огонь, — отмахнулся Удрак.
— Но магического партнера я бы ей назначил, — задумчиво произнес Снодрак.
— А можно все варианты рассмотреть? — едко поинтересовалась я, отмечая взбешенный взгляд лорда Алдрака.
И чем он недоволен? Я вон даже проверку не смогла завалить. Но чувствовала я себя в самом деле странно. В теле появилась странная слабость и заторможенность, появилось желание опереться о стол, но сжигать больше ничего не хотелось, поэтому я держалась. А вот ноги уже держать меня отказывались, я крепко зажмурилась, чтобы постараться взбодриться, а когда открыла глаза, то услышала истеричный возглас Иоры:
— Ловите её!
И меня поймали, не дав упасть на каменный пол. Следом мне раскрыли объятия темнота и глубокий обморок.
Глава 11
Рейнджер Магдрак объявил мой обморок крайне подозрительным и настоял на более длительном карантине. Директор Удрак нехотя поддержал его сомнения, так что Снодрак оказался в меньшинстве. И драконы были вынуждены отправить меня обратно в приют. То, что лорд Алдрак вообще не имел права голоса в вопросе зачисления найденыша на факультет, стало для меня дополнительной приятной новостью. Если бы нас с Иорой вернул в приют кто-то другой, было бы вообще замечательно, но вожак черных драконов явно заделался ездовым, как будто ему делать больше нечего.
— Иора, не расстраивайся, ты молода, красива, твое тело не разрушается, а ты сама смогла активировать артефакт. Разберешься с провалами в памяти — и тебя позовут учиться, — успокаивала я тихо всхлипывающую горянку.
Иора сумела выдуть из своей флейты мелодию, причем такую, которая подняла бы и мертвого. Меня из обморока выбросило так быстро, что я еще с минуту пыталась понять, почему пытаюсь куда-то бежать. Если бы не лорд Алдрак, придерживающий за талию, в самом деле бросилась бы бродить по коридорам академии.
Итак, флейта Иоры не имела никакого отношения к призыву зверушек. Это был ментальный артефакт. Глава факультета жрецов, магистр Снодрак называл его артефактом настроения и пообещал научить пользоваться, как только Иора избавится от провалов в памяти. Мне же предстояло научиться призывать свой котел.
Да, лорд Алдрак самым свинским образом отказался тащить его в приют! Ещё и заявил, что так я быстрее освоюсь с артефактом. До сих пор мне приходилось призывать исключительно ведьмовскую книгу рецептов, так что с общим принципом перемещения бытового артефакта я была знакома, поэтому рискнула, едва черный дракон приземлился на тыквенное поле.
Я всего лишь хотела мысленно дотянуться до котла, почувствовать, как он там без меня. Я не подозревала, что чугунная махина свалится с неба прямо
