но я была быстрее:
— Все зависит от того, насколько четко ты сможешь нами руководить.
— Посмотрим, что получится, — буркнул Оллин. — Кстати, я рассортировал доставленные утром продукты. Там есть кое-что и для тебя.
— Точно! Я же заказывала фрукты и овощи.
— Хочешь нам что-то приготовить? — встрепенулся Дхор.
Хм… Кажется, детям понравились оладьи. Надо бы повторить.
— Я хотела понять, что растет в Эльгаре и на какие дары природы я могу рассчитывать.
— О! Лучше уменьши ожидание, — сочувственно поцокал языком Зак. — Драконы мясоеды. И зелья вообще не варят.
— И чем же они лечат раны и болезни?
— Огнем. Чем же еще, — хмыкнул Угольд. — Огонь он вообще от всех бед помогает.
— Ты умеешь его контролировать?
Глаза мальчика возбужденно блеснули.
— Даже не думай! — напустился на него Ким. — Весь коридор в следах твоих попыток обрести контроль над стихией.
— Он тренировался с факелом, — пояснила Ветряна. — Но те куски памени, что он сумел отнять у стихии, его не слушались.
— Ты не пострадал? — участливо спросила я.
Угольд от такой постановки вопроса заметно растерялся. Уже настроился, что я начну читать ему нотации в стиле “магия детям не игрушка”. Но чтобы дети сами не придумывали себе занятия, их нужно направлять.
— Огонь не может мне навредить, — важно надул щеки мальчик.
— Зато у других иммунитета нет. Лучше бы тебе это осознать и относиться к огню ответственно, — вступил в разговор Сейдрак.
Лучше бы он пообещал показать Угольду фокусы с огнем! А так мальчик замкнулся, только буркнул, что все понял, и уткнулся в кружку с чаем.
Дальше беседа уже не клеилась, так что я пошла в кладовку, и тут меня ждал сюрприз в виде ящичка с сушеными травами и баночек с засушенными ягодами. Главный повар академии любезно сообщал, что у них нет большей части овощей и фруктов, что я заказывала, но делился травами, которые могут сделать блюдо вкуснее, а из ягод получался вкусный чай.
Я растерянно перебирала незнакомые мне стебли, рассматривала листья и осознавала, что мои способности зельевара не просто под угрозой, отсутствие необходимых ингредиентов может просто сделать меня никем!
Нет, глупость…
Никем меня может сделать только нежелание учиться и открывать новое. Просто драконий край другой. И я обязательно раскрою его секреты. А привычные ингредиенты можно будет и купить. В конце концов, драконы же торговать не разучились?
Когда я задала этот вопрос Сейдраку, он только поднял взгляд к потолку и пробормотал, что я хуже обломка шипа, застрявшего в драконьей заднице. Так что я сделала выводы, что торговать драконы умели, но делали это крайне неохотно. Сейдрак нехотя подтвердил мою правоту. Все долины Альгара старались придерживаться политики полной изоляции. Драконы переделали выделенную территорию под себя: изменили потоки магии и ландшафт, вырастили новые растения и теперь ревностно охраняли границу от любопытных. Удивительно, что при этом они отважились на поиск найденышей. Таких непредсказуемых и непохожих…
— Зато с тобой нескучно, — хмыкнул Сейдрак, прежде чем вернуться в замок.
Глава 12
Весь вечер я провела за столом на кухне, изучая травы и ягоды из академии. Названия некоторых трав мне подсказали старшие, ягоды лучше знали дети. В процессе изучения на кухню заглянул Оллин и сообщил, что заказал из драконьей библиотеки травник. Новость так меня обрадовала, что я вдохновилась на блинные подвиги. Потом мы с детьми пили чай с блинами, обсуждали предстоящую учебу, пока Шела не заявила, что ей нужна моя помощь на тыквенном поле. Вроде как там уродилась особая тыква, которую ей нужно было срочно мне показать.
Угу. Тыква. Так и поверила.
И все равно терпеливо шла за Шелой к самому краю поля, стараясь не замечать Ветряну и Рика, ненавязчиво догоняющих нас. Наконец, Шела остановилась возле тыквы, шедро облитой белой краской.
— Ты права. Она кажется особенной.
— Крашеные тыквы обозначают границы…
— Границы чего?
— Шепчущей чащи. — Выставив руки, девочка сделала буквально полшага и уткнулась в невидимую преграду. — Не бойся. Потрогай.
На ощупь невидимая граница оказалась ощутимо твердой.
— С десяток раз в нее врезался, пока Ветряна не предложила поставить ориентиры, — поделился подошедший к нам Рик.
— Позволь, угадаю. У тебя тоже есть особенная тыква?
— Ага. Только она там дальше. В лесу.
— Как это? Вас же не пускает в чащу.
— Нас нет. Зато чаща давно пожаловала к нам, — хитро поведала Ветряна. — А мы не стали рассказывать об этом драконам.
— Идем. Сейчас все покажем. Хоть посмотришь на настоящие драконьи растения. — Шела решительно двинулась вдоль невидимой стены.
Идти пришлось долго, но я заметила, что сначала к границе поля подобрался мох, потом невысокие заросли папоротника, наконец мы шагнули под крону высокого аграба. У растения иного мира был мощный серебристо-зеленый, точно подернутый каким-то налетом, ствол и крупные мясистые листья, издающие странный шорох при каждом дуновении ветра.
Я прикоснулась к коре аграба и с удивлением обнаружила, что она теплая.
— Горячий, как печка, — важно кивнула Шела, наслаждаясь моим замешательством. — С помощью растений из своего мира драконы смогли победить огонь, скрытый в земле.
“И озеленили безжизненный край гейзеров и вулканов…” — мысленно добавила я.
Да, тут все сходится. Но это означает, что растения Драконара совершенно непохожи на наши! Не поэтому ли драконы так неохотно пускают чужеземцев в Альгар? И о том, чтобы Альгар торговал с другими государствами, я тоже не слышала. Из него не доставляли ни редкие травы, ни артефакты, ни оружие. Вряд ли драконам было нечего предложить. Скорее им было что скрывать.
— Алора, идем! Там дальше еще интереснее, — поторопила меня Ветряна.
Тут только я заметила, что Рик и Шела двинулись вдоль невидимой границы, которая должна была бы защитить приют от Шепчущей чащи и не дать детям сунуть любопытные носы туда, где было опасно. Ещё бы драконы знали, что любую ограду надо хоть иногда проверять. Надо сказать Сейдраку, что как куратор он не дорабатывает.
Отломив кусочек коры аграба, я сунула добычу в поясную сумку и поспешила за Ветряной. Я шла за детьми, уверенно ступивших в Шепчущую чащу, которая в самом деле сумела подобраться к приюту. Мягкий мох с завидной целеустремленностью протягивал свои ризоиды к тыквенному полю, которое в ночи чуть ли не
