перешла по наследству сыну Сергею Павловичу Ягужинскому, а затем за долги отошла в казну.
В 1770 году Зеленая мыза Екатериной II пожалована князю Потёмкину и переименована в село Петропавловское. Потёмкин мызу особенно не жаловал. При нём здесь существовала небольшая усадьба хозяйственного назначения. После смерти Потёмкина наследники продали Колтуши Николаю Николаевичу Чоглокову.
Фамилия Чоглоковых часто встречается в «Записках» Екатерины II. Дело в том, что отцу Николая Николаевича, Николаю Наумовичу Чоглокову, и его супруге императрица Елизавета Петровна поручила надзор за великой княгиней Екатериной Алексеевной, будущей Екатериной Великой. Екатерина Чоглоковых ненавидела, они шпионили за ней, стесняли её свободу. О Чоглоковой она писала, что та «была до крайности проста, злого сердца, капризна и очень корыстолюбива». Так что в царствие Екатерины ни старшие Чоглоковы, ни их наследники особой карьеры не сделали. А вот внук Николая Наумовича – Павел Чоглоков занял в истории достойное место. Он прославился храбростью в войне с Наполеоном, и его портрет помещен в Военной галерее Зимнего дворца. Был он и хорошим хозяином, основал новые деревеньки, в том числе Янино, начал строительство каменной церкви вместо деревянной, но до окончания строительства не дожил. Церковь закончили только в 1839 году. В 1930-х годах её, как водится, закрыли, а в 1964 году взорвали.
Последним владельцем мызы перед революцией стал гофмейстер Императорского двора Сергей Аркадьевич де Каррьер – потомок французских эмигрантов, хозяин умелый и рачительный. Он завел лесопильный завод в мызе Рябово, ему принадлежала идея строительства железнодорожной линии от станции Охта до Колтушей (проект не реализован).
Колтушская волость образована в начале 1918 года и упразднена в конце 1922-го, а её территория вошла в состав Ленинской волости с центром в посёлке Всеволожском.
По данным губернской переписи 1920 года, в Колтушской волости более 80 % населения составляли финны. Был даже организован Колтушский финский национальный сельсовет, но весной 1939 года его ликвидировали.
Ну, а с 1926 года в истории Колтушей открылась новая страница: здесь создана биостанция Института экспериментальной медицины под руководством Ивана Петровича Павлова. Первоначально она помещалась в здании бывшего имения де Каррьера, но в 1929 году началось строительство научного городка – научного села Павлово. В 1932 году строительство закончили, и в начале 1933 года уже проводились исследовательские работы. В 1939 создан Институт сравнительной физиологии высшей нервной деятельности, позже вошедший в Институт физиологии им. И. П. Павлова.
Чтобы въехать в село Павлово, где расположены парк и здания института, надо обогнуть мощный торговый комплекс на берегу Колтушского озера и немного подняться в гору. Берег озера благоустроен для отдыха, правда, на мой вкус, слишком много камня и плитки. Местные жители даже называют стену, отгораживающую озеро от шоссе, «кремлевской» (такой новодел с претензиями). Есть даже часы типа «Литтл Биг Бен». Немножко забавный комплекс. Как говорится, «сделанный с усердием».
В сентябре 2008 года на набережной Колтушского озера открыли памятный знак (арх. и ск. А. П. Зайцев). Монумент выполнен из карельского гранита, его стороны украшены бронзовыми барельефами. На них изображены герб Колтушской волости, портреты двух знаменитых жителей Колтушей – академика Ивана Петровича Павлова и владельца поместья Колтуши, героя войны 1812 года генерал-лейтенанта Павла Николаевича Чоглокова. Четвертую сторону украшает барельеф памяти воинов Великой Отечественной войны.
А напротив универмага в центре Колтушей – два пилона, обозначающие въезд на территорию Института физиологии имени Павлова. До начала 60-х годов XX века аллея в институт начиналась не от универмага, а от церкви Свв. апостолов Петра и Павла. Но мы уже говорили, что церковь в 1964 г. взорвали.
Иван Петрович Павлов был личностью противоречивой и интересной. Родился в семье священника, даже учился в семинарии, но решительно порвал с духовной карьерой и решил стать учёным-биологом. Хотя оставался до конца жизни глубоко верующим человеком. Революцию воспринял довольно настороженно. Новое правительство относилось к нему хорошо, поддерживало его научные начинания, но Иван Петрович на окружающее глаза не закрывал и открыто высказывал своё мнение даже публично. Так, на выступлении в 1-м Медицинском институте в Ленинграде по случаю 100-летия со дня рождения И. М. Сеченова он заявил: «Мы живем в обществе, где государство – всё, а человек – ничто, а такое общество не имеет будущего, несмотря ни на какие Волховстрои и Днепрогэсы». Существует мнение, что именно Павлов стал прообразом профессора Филиппа Филипповича Преображенского, героя повести Булгакова «Собачье сердце».
Здание Старой лаборатории
Итак, научное село Павлово. Известно, что Иван Петрович долгое время жил и работал в Германии, может быть, поэтому старые здания научного городка напоминают по духу что-то старонемецкое. Хорошо сохранились два лабораторных здания, так называемые Новая и Старая лаборатории. Другие дома, построенные как коттеджи на две семьи, сначала стали коммуналками, а сейчас просто медленно разрушаются.
Здание Старой лаборатории
Старая лаборатория – каменное белое здание. Над крыльцом – башня, на башне девиз: «Наблюдательность и наблюдательность». Здесь, кстати, снимались некоторые эпизоды фильма Александра Сокурова «Солнце». Из Старой лаборатории сделали императорский дворец и даже разбили вокруг японский сад, поскольку действие сокуровского фильма происходит в Японии. Следов сада, к сожалению, не видно.
В здании Старой лаборатории во втором этаже в 1933–1936 годах находилась квартира И. П. Павлова, где он жил с семьей в летние месяцы. После смерти учёного его семья переехала в отдельный коттедж – Дом Павлова, как его стали называть. В 1998 году дирекция Института физиологии передала весь второй этаж Старой лаборатории музею И. П. Павлова.
Дом Павлова сохранился, но находится в очень плохом состоянии, так же как и остальные коттеджи.
Бюст Грегора Менделя
Здания Института окружает старый и довольно заросший парк. Перед Старой лабораторией стоят бюсты – Р. Декарта, Г. Менделя и И. Сеченова. Этих ученых очень уважал Павлов и сам заказал скульптору И. Ф. Безпалову их бюсты. Четвёртый бюст – самого Ивана Петровича – сделан тем же Безпаловым после смерти учёного. А чуть подальше в кустах прячется бюст без таблички – это Дарвин. Дарвина сделали уже при Л. А. Орбели, ставшем директором института после Павлова. В конце 1940-х годов и генетику, и её духовного отца Менделя заклеймили позором. Тогда бюст Менделя тихонько сняли и заменили Павловым, а Павлова – Дарвином. Голову Менделя припрятал завхоз, подумав, что она может ещё пригодиться. И не ошибся. Генетика перестала быть «продажной девкой империализма», и опять произошла рокировка. Мендель встал на место Дарвина, а Дарвин отправился в кусты (совершенно незаслуженно, я думаю).
Памятник И. П. Павлову
