class="empty-line"/>
В парке стоит и памятник Ивану Петровичу Павлову в полный рост, у ног его сидит собака (авторы памятника – ск. В. В. Лишев, арх. В. И. Яковлев, 1952 г.).
Петербургская поэтесса Галина Гампер написала стихотворение о поездке в Колтуши и как раз об этом памятнике и бюстах на аллее. Правда, Павловых в парке всё же только два – бюст и памятник. Кто показался поэтессе третьим Павловым? Дарвин? Загадка.
Три Павлова вдоль парковой аллеи,
три нобелевских лауреата в бронзе —
два бюста, третий – в полный рост с собакой.
Все три портрета странно разнолики.
Один глядит из-под бровей кустистых
простолюдином, графом Львом Толстым.
Другой, поодаль, – схож с Бернардом Шоу,
по-европейски мелкие черты.
А третий, в рост, подобие Эйнштейна:
усищи врастопырку,
головаст,
вот-вот как будто
и язык покажет.
Из достопримечательностей села Павлово можно вспомнить ещё и обезьянник. Не тот, который в отделении полиции, а тот, где содержатся подопытные обезьяны. Летом они живут в открытом вольере.
В научном селе Павлово только одна улица. Она названа в честь академика К. М. Быкова, ставшего директором института в 1950 году. На знаменитой совместной сессии Академии наук и Академии медицинских наук в 1950 году он – один из основных выступающих. Как известно, разговор на сессии шел о «влиянии Запада» (естественно, тлетворном) на советскую физиологию. Если помните, были такие «враги народа» – «морганисты-вейсманисты». Тогда-то ученик Павлова Леон Орбели и перестал быть директором института.
Времена изменились, генетика реабилитирована, а улица Быкова осталась.
Ну, и ещё один памятник, появившийся не так давно. По легенде, которая, может быть, легендой не является, финская молочница Катри Пелтонен снабжала своей продукцией Ивана Петровича (который всем напиткам предпочитал молоко), его сотрудников и даже собак павловского вивария. В знак благодарности молочнице перед домом Павлова в Колтушах установлен камень с бронзовым барельефом, где она изображена с кувшином и собаками. Но, как у нас принято, в одну прекрасную ночь его украли. Теперь изготовили копию и вешают барельеф на постамент только по праздникам или во время международных конференций. И только днём.
У Колтушей красивый герб. «В лазоревом поле с золотой выгнутой оконечностью наподобие волны с одним видимым гребнем – золотой повышенный орёл, обращённый прямо и обернувшийся вправо, сопровождаемый по сторонам двумя восьмиконечными звездами – правой золотой и левой серебряной. В оконечности – лазоревое озеро, обременённое серебряным цветком озёрной лилии»[67].
Герб Колтушей
Что это значит?
Серебряная лилия и золотая выгнутая оконечность наподобие волны «с одним видимым гребнем» – это и символ Колтушского озера, и символ холмов Колтушской возвышенности.
Орёл – фигура с родового герба дворянского рода Чоглоковых.
Две звезды в гербе олицетворяют два крупных института – Институт физиологии (золотая звезда) и Воейковскую геофизическую обсерваторию (серебряная).
Лазоревый цвет символизирует знания, науку истину, честность, верность, безупречность. Кроме того, лазурь – символ красоты, мягкости, величия и символ воды, что опять-таки отсылает нас к Колтушскому озеру.
Серебро – благородный металл, олицетворяющий чистоту помыслов, правдивость, невинность, благородство, откровенность, непорочность, надежду.
И, наконец, золото – могущество, сила, постоянство, знатность, справедливость, верность. Это и олицетворение местной топонимики. Keltainen по-фински – «жёлтый».
Номер герба Колтушей в Геральдическом регистре Российской Федерации – 3253.
Времена и нравы
«По небу полуночи ангел летел…»
В христианской традиции существует представление об ангелах-хранителях. Они даются Богом каждому человеку и призваны защищать его от демонов, которые желают погубить человеческую душу при помощи разного рода искушений и соблазнов. Кроме личных ангелов-хранителей, есть ещё ангелы – покровители городов и целых государств. И если даже эти государства воюют между собой, ангелы-хранители не вмешиваются в людские дрязги, а только молятся Богу о даровании мира на земле.
С давних пор человек верующий чувствовал, что он не одинок в этом мире. И свои представления о невидимом защитнике воплощал в камне и металле, глине и дереве – пытался поймать, запечатлеть неуловимый облик небесного существа – ангела (от греческого «ангелос» – вестник, посланец). Известная шутка «изобразить ангела в натуральную величину» так шуткой и осталась, но тем не менее наш город полон самыми разными изображениями ангелов. Они возносятся над городом, держат светильники, вздымают кресты на куполах соборов, скорбят на старых кладбищах. Судьба многих из них – неотъемлемая составляющая петербургского мифа. И самый знаменитый наш ангел – конечно, тот, что на шпиле колокольни Петропавловского собора.
Казалось, что он был всегда. Но на самом деле ангел взлетел на шпиль только в 1724 году, через 21 год после закладки новой столицы. Как мы обходились без него столько времени? Первый ангел был создан по рисунку Д. Трезини и, строго говоря, был архангелом – Михаилом – покровителем русских князей и царей. Он хранил наш город 32 года, но летом 1756 года, в царствование «дщери Петровой», императрицы Елизаветы, пожар, возникший от удара молнии, уничтожил колокольню с ангелом. Восстанавливать ангела пришлось по памяти (рисунков Трезини не сохранилось). На этот раз на колокольне установили и громоотвод, разработанный Леонардом Эйлером.
Но петербургский климат словно испытывал на прочность и новую столицу, и её ангела-хранителя. Через несколько лет ветер накренил шпиль и повредил фигуру ангела. Пришлось создавать третьего ангела – по проекту А. Ринальди. Этот ангел был несколько меньше и легче, хотя и это не спасло его от разбушевавшейся стихии. В 1829 году ураган накренил ангела, и для того, чтобы его починить, требовались высокие деревянные леса, каких тогда не ставили. И тогда отважный кровельных дел мастер Пётр Телушкин поднялся на шпиль к самому яблоку, с помощью верёвочных петель добрался до основания креста и отремонтировал ангела. По преданию, Телушкин получил в награду право на бесплатную чарку водки во всех казённых кабаках пожизненно, подтверждённое гербовой бумагой с печатью. Можно догадаться, что документ часто приходилось восстанавливать, и в конце концов Телушкину поставили печать на подбородок справа. Теперь ему было достаточно щёлкнуть пальцем по клейму… Говорят, что именно так появился характерный жест, приглашающий выпить.
С легендой не поспоришь, но на самом деле мастер-кровельщик был уважаем в Петербурге – иначе не изобразил бы его художник Г. Чернецов на своей картине «Парад на Царицыном лугу». Наряду с Пушкиным, Жуковским, Крыловым…
Спустя почти четверть века обнаружили, что шпиль накренился и необходимо заменить его деревянные конструкции и фигуру ангела. Так появился
