нас в город в новых платьях, а показать ипподром. Днём там был открыт доступ к клеткам с дикими зверями.
На ипподроме уже вовсю готовились к предстоящему маскараду. Воздвигали что-то вроде лабиринта посреди главной арены, украшали трибуны.
- А почему он рядом с храмом? – спросила Тропинка. – Это же место для увеселений, а то – для молитв, как-то странно.
- Ипподром и храм возвели в те далёкие времена, когда власти светские и власти церковные ещё не были в таком расколе, - объяснила тётя. – И тогда это не казалось странным. Более того, вот мы сейчас стоим на площади, а под нами расположены катакомбы, несколько уровней подземелий. Вход в них есть и из храма, и из ипподрома. И, говорят, только жрецы храма могут найти под землёй дорогу обратно.
Я украдкой посмотрела на крышу храма, но золотого дракона не было видно. Так и надо. Всё правильно.
- Девочки, пойдемте отсюда быстрее, - вдруг нервно сказала тётя.
К нам приближался военный. Это был весьма представительный мужчина. И, вроде бы, на лице его не было написано, что он арестует нашу компанию прямо вот так сразу. Наоборот, похоже, он радовался, что завидел нас.
Но раз тётя велела – мы попытались быстро уйти. Попытка провалилась – со связанными коленками не побегаешь, военный нас догнал.
С чарующей улыбкой тётя сказала:
- Генерал Ясень, прошу любить и жаловать. Генерал, разрешите представить вам моих племянниц.
Ага, вот, значит, как выглядит загадочный тётин поклонник!
Мы с Тропинкой присели в низком поклоне, к счастью отрепетированном предусмотрительной тётей перед выходом в город.
- Какие очаровательные барышни, - зарокотал военный. – Очень рад!
- А мы-то как! – заявила в ответ пиратка (к тётиному ужасу).
- Так приятно было вас встретить, генерал, - защебетала тётя, - но, увы, мы спешим на примерку. До бала всего ничего – а платья, как всегда, не готовы… Столько ещё нужно сделать…
- Но я могу надеяться, что вечером меня ждёт более тёплый приём, дорогая госпожа Жасмин? – с армейской прямотой спросил генерал.
Я бы на его месте ещё и ус бы подкрутила при этих словах, для пущей игривости.
- Надеяться – можете! – улыбнулась, словно ударила, тётя.
И, подталкивая нас, как пастух овечек, решительно удалилась.
В экипаже, отъехав на безопасное расстояние от ипподрома, мы забросали тётю вопросами.
- Девочки! – возмутилась тётя. – Что это за вульгарные «почему вы ему не рады?», «почему он вчера вас не накормил?» «хорош ли он в постели?» и всё остальное, такое же непосредственное. Могут быть у меня маленькие женские тайны?
- Генерал Ясень не может быть маленькой тайной! Он для этого слишком упитан! – возмутились в ответ мы.
- Я уже и не рада, что подала ему какие-то надежды, - призналась тётя. – Это же не человек, это же носорог!
- Ну, может быть, это страсть делает его таким напористым… - заметила я. – В Отстойнике одна замечательная мастерица варила приворотное зелье на обрезках ногтей. Утверждала, что отвар бьёт в цель без промаха.
- Ну и что? – нервно спросила тётя. – Здесь не приворотное, здесь отворотное зелье нужно.
- Можно и отворотное, но можно приворожить его к какой-нибудь другой даме, сделав отвар на её ногтях.
- Какой ужас, чистое средневековье, - вынесла приговор зелью тётя. – Это дурной тон.
- Нет, ну зря вы так. В Шестом Углу Чрева Мира это считалось самым современным средством, - хихикнула я. – Просто ещё недавно вы хвастались этим поклонником, а теперь шарахаетесь от него, как от прокажённого. Вот нам и интересно, что же было на том свидании.
- Мне было скучно на том свидании, - объяснила тётя. – Скучно и тоскливо. А это значит, что ничегошеньки не получится, не быть мне генеральшей.
- То есть, вы дали ему отставку? – уточнила пиратка.
- Полную! – призналась тётя и рассмеялась. – Как бы, действительно, не пришлось отворотного зелья искать.
- А куда мы сейчас поедем?
- А поедемте в «Пряные приятности»! – решительно сказала тётя, отдавая распоряжения кучеру. – Я должна срочно посмотреть на умного человека, чтобы в мире снова воцарилась гармония.
***
В лавочке «Пряных приятностей» нас ждал небольшой сюрприз: у Профессора появился помощник.
За прилавком стоял Стриж. Он, молча и сноровисто, отпускал посетителям пакетики с пряностями.
Увидев меня, он показал глазами в сторону подсобного помещения. А сам вежливо выпроводил последнего покупателя.
Оставив тётю и Тропинку у прилавка любоваться баночками, я скользнула мимо Стрижа в подсобку, в царство мешков и коробок.
Профессор за фасовочным столом возился коричными палочками и что-то напевал себе под нос. Одет он был в свой любимый рабочий халат, в котором уже вполне можно было просить милостыню на столичных улицах, такой он стал живописный.
- Что случилось? – спросила я напрямик.
Раз Стриж объявился в столице, значит, он уже не изображает меня на просторах империи. Значит – что?
- Душа моя, всё великолепно! – бодро сказал Профессор, перевязывая очередной пакетик с корицей алым бантиком. – Просто Стриж не мог бесконечно водить отряд за нос, они прочесали все земли около западных границ, тебя не обнаружили и повернули обратно в столицу.
- И Стриж, как я понимаю, опередил их совсем не намного, - подхватила я.
- Почему ты так думаешь? – удивился Профессор.
- Стриж не может пользоваться магией, он же немой. Значит, он добирался обычным способом.
- Душа моя, у меня такое впечатление, что ты не совсем правильно понимаешь особенности нашей работы, - укоризненно заметил Профессор, выстраивая на столе пакетики пряностей в форме каре. - Тебя послушать, так Стриж в гордом одиночестве бродил по пустынным землям. Это же несерьёзно, я не прав?
- Но они остались с Градом, а Град давно в столице!
- И что? – воззрился на меня Профессор, словно я экзамен завалила. - Граду необходимо было быть в столице, в том числе и из-за ваших
