потому что не бросаюсь вслед. Нагуляется — догонит. Лишь бы никого не покусала.
От учебного корпуса мы идём к библиотеке, и Розен снова рассказывает полезные вещи: как заказать учебники прямо в комнату, какие книги есть только в читальном зале и во сколько библиотека закрывается. Я хочу зайти, но Розен меня останавливает. Оказывается, ближайшие два дня идёт только выдача учебников, рекомендованных преподавателями, их завтра-послезавтра доставят в комнату.
— Зато нам и «чёрным» не нужно метаться между корпусами. — Мы проходим между двух похожих друг на друга корпусов.
— Как раз практикум по рунам будет проходить вон в том здании, — хмыкает Розен.
Раз уж к слову пришлось, можно спросить:
— Чему учат на Белом факультете, я представляю. Чему на других — тоже. — Заклинания, артефакторика, работа с «тяжёлой» энергией. — А чему учат на Чёрном факультете?
— Сложный вопрос. Чёрные кланы не раскрывают свой подход к магии. Фактов нет, есть домыслы. Считается, что у них особый подход к тренировкам, «чёрные» развивают поразительную чувствительность к энергии, а ещё они первоклассные бойцы.
То, что сказал Розен, применимо… к ныряльщикам.
Неужели в прежние времена между «белыми» и «чёрными» не было никакой разницы? Тогда зачем разделение по цветам? Нет, какая-то своя фишка у «чёрных» должна быть.
— Вы разобрались с кристаллом, Розен?
— Передал прибывшему из столицы дознавателю, и он подтвердил ваш прогноз. Через две ночи я стал бы обедом новорожденной астральной твари. Я ваш должник, Айвери. — За лёгким беззаботным тоном слышится серьёзность.
И вроде бы ценно иметь в должниках одного из наследников основной ветви рода Эльдатта, но я делаю ставку на приятельские отношения:
— Нет, Розен. Во-первых, заслуга исключительно Фырькина, а не моя. Во-вторых, тварь была опасна для всех, не только для вас.
— С Фырь я нашёл общий язык, ваша питомица весьма практично вычисляет размер причитающейся ей благодарности в кристаллах.
Я даже не сомневалась.
Аллея ведёт вдоль крепостной стены. Впереди должна быть угловая башня Чёрного факультета, и Розен увлекает меня на боковую дорожку, с задворок огибающую тот самый корпус, на ступеньках которого нашли Бекку.
Сегодня территория корпуса ещё закрыта для студентов, и не факт, что завтра её откроют, хотя, на мой взгляд, в астрале все следы уже давно развеялись.
Я бы спокойно прошла мимо, если бы не обратила внимания, что одно окно первого этажа приоткрыто, а от него тянется извилистая дорожка примятой травы.
Кто-то либо залез, либо, наоборот, вылез? Увы, читать следы реального мира я не умею. Вроде бы похоже, но в то же время смотрится очень странно, будто тот, кто шёл, был глубоко нетрезв и его качало из стороны в сторону.
— Мне кажется или в кустах кто-то есть?
Человек выбрался на засыпанную галькой дорожку, немного прошёл и завалился под живую изгородь?
Капли бурые…
— Туфля, — выдыхает Розен.
Неужели Оливи?!
Я прислушиваюсь к астралу — присутствия твари не ощущаю, но что-то непонятное определённо есть.
Я неуверенно делаю шаг к кустам, нарушаю запрет. Если там тело… Девушка лежит на животе, лица не видно. Кровь есть, но не как на ступеньках, очень мало, буквально капли. А вдруг она ещё жива?
— Айвери, лучше не трогать.
— Она дышит! — доходит до меня. Ещё и пальцами шевельнула, пытаясь собрать кулак.
Не та ситуация, когда нужно бояться травмы позвоночника и оставлять лежать неподвижно. Я с треском раздвигаю ветки, вламываюсь в живую изгородь и переворачиваю лежащую в кустах девушку.
Бурым пропитан лиф, испачкана шея, волосы, нижняя часть лица — очевидно, было носовое кровотечение. Травмы не вижу, запаха спирта не чувствую. Кровь пошла из-за давления? Я же тот ещё диагност! Надо как можно скорее передать её целителям.
Едва девушка из исследуемой пациентки становится для меня пострадавшей, нуждающейся в помощи личностью, я осознаю, что передо мной действительно Оливи.
Глава 39
Поверхностное, рваное дыхание, подёргивание пальцев. Больше похоже на обморок, чем на сон. Я осторожно хлопаю Оливи по щеке, но никакой реакции не получаю. Проверяю пульс — сердце бьётся, удары ровные, хорошо прощупываются. Помирать вроде бы не собирается.
— Её нужно к целителям.
— И сообщить дознавателю, — добавляю я. Разобраться со здешним бардаком — его работа.
— Да.
Розен оттесняет меня, подхватывает Оливи на руки и вытаскивает из кустов. Я отмечаю, что запачкать белоснежную сорочку или серо-голубой жилет он не боится. Хорошее качество.
Эх, утащить бы Оливи в святилище, посмотреть на её энергоструктуры в сиянии алтаря…
Мне опять надо лезть не в своё дело, а? Вот зачем…
В любом случае я её никуда не потащу, потащит Розен в больничку, а всё остальное — исключительно мои пустые размышления. Мы возвращаемся на дорожку, и Розен поворачивает в противоположную от крепостной стены сторону. Я держусь рядом, поглядываю на Оливи. Её дыхание становится глубже, заметнее. Похоже, смена позы пошла ей на пользу. Она делает хватательное движение в пустоту, ресницы начинают подрагивать.
Мы доходим до угла корпуса, когда она приоткрывает глаза.
— Оливи? — окликаю я.
— М-м-м? — Она делает ещё один глубокий вдох.
Несколько шагов — и Оливи вдруг вздрагивает всем телом, распахивает глаза.
— Кто смеет меня трогать?! — Её голос на конце фразы срывается в повизгивание.
Розен останавливается.
— Леди…
— Немедленно отпусти! — Она выгибается в спине, пытаясь освободиться.
Розен опускает её на дорожку.
— Леди, вы осознаёте, где находитесь? Вам стало дурно, и я лишь хотел доставить вас к целителям. — Уверенный голос Розена действует на Оливи успокаивающе, но всё равно она отстраняется, тревожно оглядывается.
— Оливи? — Может, моё присутствие поможет ей почувствовать себя легче?
Но она лишь смотрит на меня с непониманием, будто не узнаёт?
— Леди, — повторяет Розен, — как вы себя чувствуете?
— Не ваше дело! — Она резко встаёт.
Думаю, спрашивать, почему она оказалась там, где не должна была, бессмысленно — не ответит.
Что интереснее, она не выглядит испуганной. Скорее злой.
Пошатнувшись, Оливи не удерживается на ногах и оседает обратно на дорожку, глаза закатываются, она снова теряет сознание, и у неё снова открывается носовое кровотечение.
Розен без колебаний поднимает её и прибавляет шагу. К бурым следам на его рубашке и жилете добавляются алые пятна.
Лечебный корпус оказывается всего через одно здание от нас. Возведённый из камня, украшенный колоннами, пилястрами и декоративными карнизами, он выглядит
