вероятно, не требуется, всё, что хотел, он уже давно рассмотрел.
Отступать некуда, знание рун мне не поможет — против Духа мои трепыхания бесполезны.
Что же, однажды я уже потеряла жизнь и чудом получила второй шанс. Будет ли ещё один?
Я всё же призываю руну, но направляю её в алтарь.
Леди Талло оказалась прозорливой — я пытаюсь получить третью ступень посвящения.
Свечение алтаря плавно меняется, светло-розовые оттенки переходят в насыщенно-фиолетовые, и я заваливаюсь навзничь, растекаюсь по алтарю. Дух замахивается, чтобы вырвать из меня энергетическое ядро. Его когтистая рука опускается резким рубящим движением. Я инстинктивно зажмуриваюсь.
Приходит боль.
В груди взрывается сверхновая звезда: меня обдаёт огнём и льдом одновременно, энергии столько, что я в ней захлёбываюсь, чувствую себя песчинкой в водовороте. Наверное, я кричу. Сознание, на счастье, гаснет, и я перестаю чувствовать что бы то ни было.
Я будто исчезла.
— Просыпайся, Илона. — Кто-то выдёргивает меня из космической бескрайней черноты, обращается по имени из моей прошлой жизни. — Илона?
— Мм?
— Лучше «Айвери»? Если ты не проснёшься сейчас же, то покинешь этот мир.
Саднит горло, в теле слабость, чувствую себя ватной.
— Чарен? — шепчу я. Кто ещё мог меня спасти?
Спросив, я сразу же понимаю свою ошибку: никто не может знать о моём происхождении. Проследить путь души между мирами способен только Высший Дух, и не каждый. Я открываю глаза, приподнимаюсь на локте. Насыщенное фиолетово-красное сияние не позволяет рассмотреть, где я. Кажется, я всё ещё лежу на алтаре.
Постепенно свет меркнет, возвращается к нежным оттенкам лиловых цветов, рассеивается, больше не слепит, и я оглядываюсь.
В эфире отчётливо читается след — мой несостоявшийся убийца… сбежал.
— Занятно, — хмыкает невидимка.
Вдоль позвоночника проходит волна холода, что-то неуловимо меняется, и внезапно помимо моей воли моё тело дёргаными движениями встаёт с алтаря и, пошатываясь, проходит несколько шагов к выходу из святилища.
«Какого?!» — говорить вслух у меня больше не получается.
— Третья печать, — охотно поясняет невидимка, причём моим голосом. Слова звучат невнятно, как бывает после укола стоматолога. — Разве ты не о ней просила?
«Кто ты?»
— Не бойся. Если бы я хотел забрать чужое тело, я бы не ждал случайной гостьи, готовой завершить посвящение. Живой мир, безусловно, прекрасен, но я предпочитаю ему астрал.
Невидимка так и не говорит, кто он, а догадка слишком пугающая, чтобы думать о ней.
Уже гораздо увереннее моё тело делает ещё пару шагов, оглядывается. Я не управляю даже глазами, не выбираю направление взгляда, зато я отчётливо читаю рисунок оставшихся в эфире следов. Вот нападавший на меня Дух нанёс удар, но не смог пробить возникший над алтарём купол. Вот он попятился, а вот — бросился прочь. Выбравшись из святилища, он нырнул в туман.
Моё тело, управляемое невидимкой, следует за Духом, догоняет его в один прыжок у защитного купола академии, наносит удар, и Духа впечатывает в купол. Я вижу, как энергетические вихри разрывают его псевдотело и Дух исчезает. Кажется, его в одно мгновение перемололо, уничтожило ядро.
По внутренней поверхности купола проходит заметная рябь, и всё стихает.
«Так просто?»
— Обращайся, Илона. Или всё же Айвери?
С лёгким смешком невидимка исчезает, и моё тело, словно лишившаяся управляющих нитей марионетка, падает.
Вместе с контролем над телом возвращаются и слабость, и эхо угасшей боли. Под носом становится влажно. Я провожу пальцем, опускаю взгляд — по указательному размазались капли крови, а это дурной знак.
Мне срочно нужна помощь целителей.
Добавляется звон в ушах, а пальцы рук и ног леденеют.
Свернуться бы клубочком и хоть немного подремать, но я мотаю головой, заставляю себя сосредоточиться. Усну — никогда не проснусь.
Я не пытаюсь встать, всё равно голова кружится. Остатки сил я трачу на то, чтобы вынырнуть из астрала, и мне даже удаётся выбрать верное направление — я оказываюсь на центральной площади, в гуще веселья, и кто-то сразу же помогает мне подняться, выводит из толпы, провожает до ближайшей скамейки.
— Леди, вам дурно? Принести воды?
— Целителя… — Мой ответ тонет в музыке.
— Сейчас принесу! — кивает парень и исчезает, оставив меня в одиночестве.
Я устало прикрываю глаза.
По крайней мере я выбралась из астрала, и эфир меня не убьёт…
Сейчас парень вернётся, осознает, насколько мне плохо, и, наконец, отправит к целителям.
Вопреки традиции, я поднимаю полумаску с глаз на лоб.
Провалиться в забытьё не даёт тихий писк над левым ухом. Я ощущаю осторожное прикосновение к плечу, щекотку на шее и, скосив взгляд, вижу светлый комочек меха. Котёнок встревоженно принюхивается, чихает. Следы присутствия Высших Духов ему явно не нравятся.
— Ма-у!
— Мими, где ты? — тут же откликается Фиби. — Айви?! Что с тобой?! Тебе нехорошо? Из-за духоты?
— Мау, — жалуется котёнок.
Фиби присаживается рядом, заглядывает мне в лицо. Ей передаётся тревога её призванного духа.
— Мне бы к целителю, — говорить получается едва слышно.
— Идём.
Опираясь на её руку, я встаю со скамейки. Голова кружится, но благодаря Фиби я удерживаюсь на ногах, и мы начинаем обходить танцующих. Думаю, доползти до целителей меня хватит. Впрочем, шагов через десять я теряю уверенность — колени подгибаются.
— Айви?!
Из толпы выныривает… Я узнаю его и по костюму, и по голосу. Розен Эльдатта, Жилет. Ему же меня узнавать не нужно, лицо я уже открыла. Он решительно перехватывает меня у Фиби, берёт на руки и, не тратя времени на пустые вопросы, сворачивает в направлении лечебного корпуса. Хотя рядом с Розеном не возникает того чувства безопасности, которое у меня было с Чареном, но всё равно мне становится спокойно, хорошо. Сознание погружается в дрёму.
Можно закрыть глаза, расслабиться. Для меня три дня Фестиваля магии окончены, а завтра будет новый день, начнётся учёба, будут новые авантюры и обязательно — победы.
Пронзительный крик, раздавшийся под сводами лечебного корпуса, мне, конечно же, почудился.
Конец
