я поспешно возвращаюсь в спальню и вынимаю костюм. Леди Талло вновь удивляет — я и представить не могла, что ради нескольких часов в вечернем сумраке, разгоняемом фонарями, она подготовит нечто настолько грандиозное: пышные рукава напоминают крылья, лиф, напротив, гладкий, пёрышко уложено к пёрышку, а узкие брюки дополнены крепящимся к поясу шлейфом-хвостом.
На дне коробки записка: «Айви, смею надеяться, что платье подойдёт не только на праздник, но и на посвящение».
Хм?
О чём она? В прошлом посвящение действительно было торжественной церемонией, для которой готовили особый наряд, но те времена давно прошли. Зачем идти в руины при параде? Ладно, святилище в астрале вполне целое, но всё равно заброшенное.
Может, леди Талло решила надо мной подшутить? Однако до сих пор она не давала повода подозревать её в шутках.
Одно знаю точно: я хочу примерить наряд. И не только примерить. Я хочу его надеть, будто сказочная принцесса появиться на центральной площади и сразить всех, от первокурсников до преподавателей! То есть не всех.
Сразить… Чарена?
Глава 49
Неужели я поддалась всеобщему помешательству?
Я вспоминаю, как на столичном вокзале, когда чёрные проходили мимо, белокурая особа в облаке голубых оборок мечтала отдаться Чарену на шёлковых простынях, и во мне разгорается боевой настрой. Я решительно иду в уборную освежиться, собрать причёску и даже слегка подкраситься. Полумаска скроет верхнюю половину лица, а вот губы с лёгким перламутровым блеском останутся открыты взглядам.
Наряд садится идеально, я плавно взмахиваю руками, чтобы поправить перья на рукавах, оглядываю себя в зеркало, расправляю шлейф.
Я похожа на… царевну-ворону.
— Фыречка? — ни на что не надеясь, окликаю я. — Я прогуляюсь, скоро буду.
Не знаю, слышит ли она меня, лучше предупредить, что я ухожу.
В коридоре вижу кого-то в несуразно огромном косматом тулупе и с выразительной лепной маской, изображающей чудовищную морду. Девушка так вырядилась или парень, не понять. Гораздо интереснее, не жарко ли в шубе? Я опережаю и первой спускаюсь по лестнице, обгоняю кудрявую шатенку в напоминающем бальное пышном платье из жёсткой бордовой сетки, украшенной красными бусинами-каплями и миниатюрными керамическими лицами, искажёнными в гримасах страха и боли.
На первом этаже почти никого, я улыбаюсь расположившейся на диванах четвёрке чудовищ, они явно ждут кого-то из знакомых-приятелей, кто ещё наводит марафет.
Меня окликает парень в клыкастой маске и облегающем костюме, имитирующем чешую:
— Леди, вы очаровательны!
— Присоединитесь к нам? — приглашает сидящая рядом с ним девушка. На ней наряд, как и у меня, отсылающий к одной из ипостасей Многоликого.
Поймав шлейф, я отвожу руку в сторону и, как учила гувернантка, слегка склоняю голову в знак признательности. Надеюсь, у меня получилось достаточно аристократично.
— С удовольствием! — Жаль, что согласно обычаю сегодня нельзя представляться, чтобы не разозлить духов. Вдруг перед тобой не человек в костюме, а сам Многоликий?
Я устраиваюсь напротив, и прерванный разговор продолжается.
— Лет до шести-семи, — рассказывает клыкастый парень, — я искренне верил, что могу встретить настоящего Духа. — И для меня поясняет: — Леди, мы делились детскими воспоминаниями.
— Моя бабушка любила повторять, — подхватывает девушка, — что духи забирают детей, которые плохо учили уроки. Помню, я так боялась Фестиваля, пряталась на всю ночь в библиотеке, притворяясь, что даже в такой день не расстаюсь с учебниками.
Взгляды обращаются ко мне. Видимо, моя очередь.
Я пожимаю плечами:
— Думаю, что встреча не так уж невероятна. Откуда нам знать наверняка?
В ответ смех, будто я сказала нечто очень забавное. А ведь все они наверняка были на праздничном ужине в первый день. Если бы они хоть немного чувствовали астрал…
Я улыбаюсь, поддерживая атмосферу беззаботной болтовни, киваю проходящим мимо нас студентам, присматриваюсь к костюмам: огненная бабочка, разномастные чудовища, ипостаси Многоликого.
— Присоединитесь к нам?
Похоже, девушка приглашает всех одиночек?
— Благодарю, но не в этот раз, — отказалывается парень в довольно необычном наряде. Лицо скрыто не маской, а закреплённой на головном обруче шторкой из серебристых цепочек, а одежда усыпана металлическими бляшками, клёпками и пряжками. Кого же из местной мифологии он представляет?
И голос знакомый.
Это Жилет?! В смысле Розен…
Он уходит на праздник один.
Постепенно поток спускающихся со второго этажа студентов становится непрерывным, холл наполняется голосами и смехом, на соседних диванах располагается шумная компания, а к нам наконец подбегает барышня в полумаске с аккуратными рожками. Лаконичный чёрный костюм при движении то тут, то там вспыхивает ярко-алым.
— Я заставила вас ждать! — восклицает она настолько радостно, что на извинения её слова похожи меньше всего.
— О, ты раньше, чем обычно. Идём? — Парень в чешуе нетерпеливо поднимается.
— Да-да!
Барышня напоминает мне куколку Бекку, но это не она.
Меня царапает ощущение, что я упустила важную мысль. Хм… Бекка? Из-за атаки твари я так и не вытащила из Фырьки, что питомица пыталась до меня донести. Впрочем, пока Фырька спит, гадать бесполезно.
Парень подхватывает новоприбывшую под руку, а к моему шагу подстраивается девушка, которая приглашала меня присоединиться.
— Я собираюсь веселиться на год вперёд!
— Поддерживаю, — хмыкаю я.
— А ещё… — Девушка понижает голос и доверительно шепчет: — Я собираюсь вскружить какому-нибудь красавчику голову. Вот бы чёрному… — Под маской можно позволить себе говорить то, что не скажешь с открытым лицом.
Спасибо, что кружить голову она собралась не Чарену персонально.
— Тайные свидания вместо зубрёжки алфавитов? О да!
— Давай не будем о грустном? Руны… По-моему, — она переходит на совсем тихий шёпот, — Белый факультет давно пора сделать магическим. Оставить название в дань традициям достаточно. Я до сих пор не смирилась, что меня заставили отказаться от силы!
— Мне легче, я не интересовалась магией.
— Пфф! — Девушка разочарованно умолкает, а я не пытаюсь поддержать разговор.
Издали уже доносится музыка, и в ней явно угадываются народные мотивы. Фестиваль — время неукротимого веселья и задорных плясок, а не ленивых придворных полонезов или замороченных менуэтов.
Моя собеседница, кивнув в знак прощания, ныряет в толпу, и я ненадолго оказываюсь в одиночестве. Буквально из ниоткуда выныривает «паровозик», и заводящий без предупреждения со смехом хватает меня за талию.
А почему бы и… да!
Я дважды меняю направление, вынуждая «паровозик» изобразить зигзаг, выбираю одиночку и точно так же ловлю за талию. Постепенно «паровозик» разрастается, пока в какой-то момент не разваливается на короткие цепочки, а
