и всё.
Я замолчал и перевёл взгляд на Светлану, и та тут же подхватила. Она говорила уже не об идеях, а о деньгах. О рейтингах. О том, как рубрика «Анатомия вкуса» взорвёт «Сеть». О скандалах с монополистами вроде Алиевых, которые поднимут интерес до небес.
Мы работали как настоящая команда. Я давал идею, она — способ её продать. Увалов слушал молча, не перебивая, только его пальцы тихо отбивали дробь по подлокотнику.
Когда Света закончила, он с минуту сидел тихо, а потом вдруг громко, от души расхохотался.
— Поразительно! Просто поразительно! — воскликнул он, вытирая выступившие слёзы. — А этот болван Гороховец хотел закрыть ваше шоу? Какая глупость! Господа, я в восторге!
Он с шумом хлопнул ладонью по столу.
— Я даю вам всё! Лучшую студию, новое оборудование, прайм-тайм. Делайте что хотите! Но…
Увалов вдруг посерьёзнел.
— Есть одно «но».
В кабинете повисла тишина. Я почувствовал, как напряглась рядом Светлана. Смотрел прямо на директора. Главное — не дёрнуться. Не отвести взгляд.
— Но… — Увалов сделал паузу, явно смакуя момент. — Есть одно условие. Я хочу запустить шоу на следующей неделе.
Он наклонился вперёд, впиваясь в меня взглядом.
— То, что вы устроили на конкурсе, разнос Алиевых в газетах… Это сейчас самая горячая тема. Через месяц о вас никто и не вспомнит. Надо ковать железо, пока горячо. Вы готовы, господин Белославов? Всего пара дней. Или ничего.
Краем глаза я увидел, как дёрнулась Светлана. Ещё бы. Пара дней. Он что, издевается?
Светлана умоляюще посмотрела на меня. Её глаза кричали: «Проси месяц! Не соглашайся!». Любой адекватный человек на моём месте начал бы торговаться. Но это был тот самый шанс, который нельзя упускать.
Я выдержал его взгляд.
— Мы будем в эфире, — мой голос прозвучал ровно, хотя внутри всё сжалось. — У меня уже практически всё готово.
Это была, конечно же, наглая ложь. Не было готово абсолютно ничего, кроме пьяных набросков на салфетках и бешеного желания ввязаться в эту авантюру. Судя по ошарашенным глазам Светланы, даже она мне поверила.
В кабинете повисла тишина. Увалов переводил взгляд с меня на Светлану и обратно. Потом его лицо медленно расползлось в широченной улыбке. Он резво поднялся, обошёл стол и протянул мне руку.
— Вот это деловой подход! — басовито сказал он. — Знал, что в вас есть стержень, Белославов!
Его ладонь сжала мою так, что чуть кости не треснули.
— Считайте, договорились. Мой продюсер свяжется с вами, чтобы уладить формальности. Добро пожаловать в команду!
* * *
Такси мчало нас через вечерний город, сверкающий тысячами огней. Запыхавшийся продюсер лично провожал нас до машины, чуть ли не сам распахнул дверцу и махал рукой, пока мы не скрылись за поворотом. Словно провожал особ королевской крови.
Светлана молчала, пока мы не отъехали от телецентра на приличное расстояние. Она просто сидела, вцепившись в свой блокнот, а потом её будто прорвало. Она резко развернулась ко мне, и в полумраке салона я увидел, как горят её глаза.
— Игорь, ты спятил! — зашипела она. — Какое ещё «всё готово»? Да у нас пусто! Ничего нет, кроме пары набросков на салфетке! Как ты собрался запускать шоу? Это же нереально!
А я спокойно смотрел в окно на мелькающие витрины и снующих по делам прохожих. Усталости не было и в помине, наоборот — по венам бежал чистый адреналин, разгоняя кровь.
— Всё реально, Света, — я усмехнулся, не глядя на неё. — Был бы бюджет и толковые люди.
— Какие люди? Какой бюджет? — она уже почти срывалась на крик. — Я ничего не понимаю! Утром чиновник из Управы, до этого эти твои разборки с Алиевыми, теперь шоу с немыслимыми сроками! Ты как вообще со всем этим справляешься? Ты кто такой, Игорь?
Её голос дрогнул. Это была уже не просто злость. В нём смешались страх, недоумение и даже какое-то странное восхищение. Она смотрела на меня, как на фокусника, который только что заставил левитировать рояль.
Тут я повернулся к ней. Улыбка сползла с моего лица. Наверное, в этот момент взгляд у меня стал совсем другим. Не двадцатилетнего мальчишки, а взрослого, уставшего мужика, которого жизнь помотала как следует.
— Поверь, — сказал я тихо, но так, чтобы она услышала каждое слово, — в моей жизни бывали проблемы и похуже, чем устроить кулинарное шоу.
Светлана замолчала. Она просто смотрела на меня во все глаза, и я видел, как паника в её взгляде медленно сменяется задумчивостью. Кажется, до неё наконец-то начало доходить, что рядом с ней сидит не просто наглый и талантливый выскочка. А кто-то совсем другой.
* * *
Замок в двери номера щёлкнул, отрезая нас от вечернего города. Комната встретила нас бардаком — молчаливым итогом нашего вчерашнего «мозгового штурма».
На полу, на столе, на диване — повсюду были разбросаны салфетки и листки из блокнота, исписанные размашистым почерком, стояли пустые кофейные чашки и бокалы.
— Надо же, — усмехнулась Светлана, скидывая туфли и осматривая это побоище. — Кажется, у нас тут побывал творческий ураган. Я даже не помню, как мы успели столько всего напридумывать.
Я же смотрел на этот беспорядок с тихим удовлетворением.
— Это не хаос, — ответил я, снимая пальто и бросая его на кресло. — Это наш план. Но чтобы он сработал, его нужно привести в порядок. А перед этим — заправиться.
Не дожидаясь ответа, я прошёл на небольшую кухню в нише. Щёлкнул выключателем. Мягкий свет залил блестящие поверхности. Сняв пиджак, я повесил его на спинку стула и принялся закатывать рукава рубашки. Всё, я снова был на своей территории, в своём мире.
Светлана молча наблюдала за мной, прислонившись к дверному косяку. Я открыл холодильник. Набор продуктов был, мягко говоря, спартанский: несколько яиц, сморщенный помидор, половинка луковицы, кусок какого-то сыра и одинокий болгарский перец. Для обычного человека — тоска зелёная. Для меня — вполне себе ужин. Руки сами потянулись за продуктами.
— Света, — сказал я, не оборачиваясь. — Пока я тут колдую, будь добра, собери все наши каракули. Разложи по стопкам. В одну — всё, что касается общей идеи. В другую — наброски меню. В третью — заметки по оформлению. Нам нужен чёткий план, а не ворох случайных бумажек.
Я слышал, как она подошла ближе. Её шаги были почти неслышными.
— И это всё? — её голос прозвучал тихо и немного игриво, прямо у меня за спиной. — А я-то думала, после такой удачи победителям полагается совсем другой отдых…
Её прохладные пальцы легко легли на моё плечо и медленно поползли вниз по напряжённой мышце.
— Насколько я
