чей чемпион останется на ногах, принесет своей леди победу. А вам… вам, возможно, это поможет зажечь еще одну или две опоры артефакта.
Я пытаюсь переварить информацию…
Отворачиваюсь и смотрю куда-то вдаль, ничего особо и не видя. В голове одновременно и роятся миллион мыслей, и совершенно тихо.
Придется соревноваться с другими женщинами.
Женщинами, у которых есть семьи, сплоченные команды мужей.
А мне нужно собрать команду из… дружат ли кто-то из мужчин цитадели?
Чтобы зажечь опоры мне надо выбрать кого-то из тех, с кем у меня все еще не было контакта.
Так одновременно и сложнее, и проще, потому что, если бы выбирать пришлось из моих мужчин, они бы точно провалили испытание, потому что практически ненавидят друг друга.
А так у меня есть шанс…
— Спасибо, — говорю я стражнику и отхожу от него, возвращаясь к перилам балкона.
Слышу позади облегченный выдох.
Опускаю взгляд на площадь.
Смотрю на роскошные шатры, женщин в шелках, окруженных своими преданными, сильными мужьями.
Там, где еще вчера была пустая арена для поединков, теперь возводятся стены. Десятки слуг и рабочих, похожих на муравьев, таскают огромные деревянные щиты и каменные блоки, возводя из них сложный, запутанный лабиринт. Его стены уже достаточно высоки, чтобы скрыть человека, они создают бесчисленные слепые углы, узкие проходы и маленькие, замкнутые площадки.
Я вижу, как жрецы в серых робах ходят вдоль этих новых стен и чертят на них светящиеся руны — без сомнения, магические ловушки, которые будут ждать участников внутри.
По периметру площади, словно яркие экзотические цветы, выросли шатры из пестрого шелка — это лагеря прибывших знатных дам. Наблюдаю, как сами женщины, окруженные своими мужьями-свитой, отдают приказы, обсуждают что-то, указывая на строящийся лабиринт.
Атмосфера на площади изменилась.
В самом центре этого хаоса, как и прежде, стоит незыблемый постамент с Артефактом. Кристалл внутри него, кажется, светится сегодня ярче, его ровный, холодный свет словно впитывает в себя всю суету.
Гостьи внизу так уверены в себе. Каждая…
У них есть, сплоченные команды, связанные годами доверия, клятвами, общей жизнью. А у меня... у меня клубок из хищников, которые ненавидят друг друга больше, чем любого врага на арене.
Мой мозг, привыкший к аналитике, начинает лихорадочно работать, взвешивая все за и против. Мне нужно выбрать троих. Всего троих.
Чтобы опора зажглась, надо выбрать кого-то нового, кто еще не зажигал опор. Мой выбор не может пасть только на тех, кто уже отмечен. Рикар, Вард, Ульф, Эйнар — они уже часть зажженных столбов. Это значит… я обязана выбрать как минимум одного из тех, кто еще не был избран.
Кайлен и Лисандр входят в это число…
Кайлен — самый очевидный и самый опасный вариант. Могущественный маг, хитрый, непредсказуемый. В бою, где важна не только сила, но и тактика, он может оказаться бесценным.
Но можно ли ему доверять?
Он ведет свою собственную игру, и я в ней — лишь фигура… или нет? Я же о нем почти ничего не знаю кроме того, что он хорош в магии.
Мысли прерывает тихий, почти извиняющийся стук в дверном проеме, ведущем на балкон.
Резко оборачиваюсь.
На пороге стоит еще один слуга, одетый в простую, но чистую одежду. Он низко кланяется и, не решаясь войти, протягивает мне небольшой, аккуратно сложенный кусочек пергамента.
— Леди, — говорит он тихим, ровным голосом. — Просили передать вам. От одного из лордов.
Не успеваю я сделать и шага, как мой молодой стражник-тень, оправившись от шока, встает между мной и посланником. Стражник хмурится, его лицо снова становится серьезным и решительным.
— Постойте, — говорит он, протягивая руку. — Сначала я посмотрю. Приказ лорда Варда — вся корреспонденция для леди должна проходить проверку.
Но его слова лишь подливают масла в огонь моего раздражения. Хватит с меня контроля.
— Приказ лорда Варда касается его стражи, а не меня, — холодно отрезаю я.
Обхожу замершего стражника, беру записку из рук удивленного слуги и, не давая никому опомниться, быстро отворачиваюсь к перилам, спиной к ним обоим.
Мои пальцы слегка дрожат, когда я раскрываю бумагу. На ней нет ни гербов, ни витиеватых обращений. Лишь несколько слов, написанных твердым, уверенным почерком.
«Через час. Под лестницей на втором этаже».
Глава 49
Я стою, сжимая в руке крошечный кусочек пергамента, который кажется тяжелее камня. Мой мозг лихорадочно работает, пытаясь разгадать эту загадку.
Кто и зачем передал мне записку?
— Что там, леди? — стражник пытается заглянуть мне за плечо, его голос полон беспокойства и любопытства. — Это угроза? Приказ?
Я резко поворачиваюсь к нему.
— Ничего, — отрезаю я, и мой голос звучит холодно. — Ничего, что тебя касается.
Я демонстративно прячу записку в глубокий карман платья, давая понять, что разговор окончен. Слуга, передавший записку, уже незаметно исчез.
Мои мысли несутся вскачь.
Слуга сказал это от лорда, но какого именно?
Действительно ли это лорд или одна из приезжих женщин приказала кому-то из мужчин заманить меня в ловушку?
Я украдкой оглядываюсь на стражника. Он все еще стоит, напряженный, как струна, его взгляд прикован ко мне.
Он же точно не отпустит меня никуда одну. Если я просто попытаюсь уйти — поднимет тревогу, и я окажусь под еще более пристальным надзором.
Резко выдыхаю.
— Я устала, — говорю ему, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно. — Возвращаюсь в покои.
Не дожидаясь его ответа, я разворачиваюсь и иду обратно к покоям Варда.
Слышу, как мой надзиратель идет следом до самой двери.
Когда вхожу внутрь и закрываю дверь, стражник остается в коридоре.
Стуки сердца отсчитывают секунды.
Я подхожу к большому, тусклому зеркалу и надеваю маску, она скрывает нижнюю половину моего лица, делая его незнакомым и строгим. Затем я водружаю на голову шляпу, широкие поля отбрасывают глубокую тень, полностью скрывая мои глаза и волосы.
В зеркале на меня смотрит не София, а незнакомка.
Выдохнув, я качаю головой. Снова эти прятки.
Спустя минуту подхожу к огромному окну, за ним — отвесная стена, уходящая вниз… когда я спасала котенка, то видела выступы на облицовке дома. Декоративные карнизы и каменную резьбу.
Выдохнув, осторожно открываю окно и высовываюсь наружу. Прохладный воздух овевает мое горящее лицо.
Смотрю вниз.
До земли далеко, но до окна этажом ниже… возможно добраться. Рискованно. Смертельно рискованно.
Я делаю глубокий вдох, ставлю одну ногу на подоконник.
Камень холодный и скользкий. Мое сердце замирает от страха, но я заставляю себя сделать следующий шаг.
Цепляюсь за каменную резьбу, которая обрамляет окно, мои пальцы до боли впиваются
