стенах, это уже жилое крыло.
Я крадусь к большой лестнице на втором этаже, которую видела раньше. Она ведет из главного холла наверх, в покои знати. Место встречи — «под лестницей». Это одновременно и у всех на виду, и скрыто от посторонних глаз. Умно. И очень рискованно.
Я выглядываю из-за угла. Холл пуст.
Быстро пересекаю его и ныряю в темное, пыльное пространство под широкими деревянными ступенями.
Захожу в темную каморку под лестницей.
Здесь абсолютно темно, утренний свет сюда почти не проникает. Пахнет старым деревом и пылью, а еще — старыми ведрами и тряпками для уборки.
Я делаю шаг вглубь, давая глазам привыкнуть.
Сердце колотится, как ненормальное.
Но я здесь не одна.
Внезапно, из непроглядной темноты передо мной, я ощущаю движение.
Прежде, чем успеваю вскрикнуть или даже пошевелиться, чьи-то сильные руки ложатся мне на талию и рывком притягивают к себе, прижимая к горячему, твердому, мускулистому телу.
Я вскрикиваю, но большая ладонь тут же бережно зажимает мне рот, глуша звук.
А затем чувствую горячее, уверенное дыхание прямо на своей щеке.
Глава 51
Я замираю от испуга и странного интима этой ситуации, запертая в стальной хватке.
Горячее, уверенное дыхание прямо на моей щеке. Сердце, кажется, перестает биться.
Мужской вкрадчивый голос говорит:
— Рад, что ты пришла.
Голос. Низкий, бархатный, с едва уловимыми насмешливыми нотками.
Я сразу же узнаю его.
Резко выдыхаю, и весь воздух выходит из моих легких.
Кайлен…
Рука, осторожно, даже нежно зажимавшая мне рот, медленно опускается, но пальцы на моей талии все еще держат крепко, не давая пошевелиться.
Я зажмуриваюсь, стараясь утихомирить бешеное биение сердца.
В темноте этой каморки его запах — озон и горькие травы, кажется еще сильнее, он кружит голову.
— Зачем ты позвал меня? — спрашиваю я, мой голос — сдавленный шепот.
— Потому что тебя очень тщательно защищают, Софи, — отвечает он, и его губы почти касаются моего уха.
Я вздрагиваю, когда слышу свое укороченное имя из его уст.
Софи.
Так просто и интимно, словно он имеет на это право.
Он продолжает говорить:
— Добраться до тебя становится все сложнее. Пришлось прибегнуть к таким… театральным методам. Ты знаешь про сегодняшнее испытание?
— Да, — выдыхаю я.
Кайлен замолкает на мгновение, и я чувствую, как в его груди зарождается тихий, довольный смешок.
— Удивлен, что тебе удалось это выведать. Это доказывает, что я не ошибся в тебе. Именно поэтому хочу, чтобы ты взяла меня в свою команду.
Я напрягаюсь.
Этого я не ожидала, хотя, наверное, следовало.
Кайлен же всегда однозначно говорил о своих намерениях.
Собираю все свои силы и чуть отстраняюсь, упираясь руками в его грудь, чтобы не чувствовать горячее дыхание на своей щеке.
Поворачиваюсь к нему лицом в темноте.
— Почему?
— Разве это не очевидно? — в его голосе снова появляются насмешливые нотки. — Я же говорил, малышка, что не отступлю.
Мое сердце снова пускается в галоп и начинает биться быстро-быстро.
Я пытаюсь взять себя в руки, вернуть себе контроль, который он с такой легкостью у меня отбирает.
— А если я не соглашусь? — спрашиваю я, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо.
И слышу тихий, бархатный смешок, слетающий с губ Кайлена. Он делает еще один крошечный шаг, и я снова ощущаю его дыхание на своей щеке.
— Хочешь еще посмотреть, как я бегаю за тобой? — шепчет он, и в его голосе — чистый, незамутненный соблазн. — Как я нахожу тебя в тайных комнатах? В заброшенных садах? Как я появляюсь там, где меня не ждут? Мне это нравится, Софи. Но, боюсь, мое терпение не безгранично.
Я ощущаю, как его рука скользит по моей талии, медленно, оглаживая изгиб, вызывая табун мурашек под тканью платья.
Его пальцы сильные, уверенные.
И теплое дыхание теперь чувствуется не на щеке, а на моих губах.
— Ты все равно будешь моей, — это не хвастовство, не угроза. Он произносит это как неоспоримый факт, как аксиому. — Рано или поздно. Так почему бы не сделать это взаимовыгодным?
Не дожидаясь ответа, он наклоняется к моим губам еще ниже.
Этот поцелуй — медленно разгорающийся, всепоглощающий пожар. Он знает, чего хочет, и он знает, как этого добиться…
Его губы движутся по моим медленно, со знанием дела, пробуждая каждую нервную клетку.
Я пытаюсь сопротивляться, но это бесполезно. Моя воля тает под этим искусным напором. Его язык дразнит мои губы, прося впустить, и я, издав тихий стон, поддаюсь. Поцелуй становится глубже, жарче, откровеннее. Я чувствую вкус вина на его языке и что-то еще, пряное и только его.
Рука на моей талии сжимается, притягивая меня к нему вплотную. Я чувствую твердость его тела, нарастающее возбуждение. Другая рука находит мою, переплетая наши пальцы. Это жест нежности и в то же время — полного контроля. Он не дает мне отстраниться.
Темнота вокруг нас сгущается, исчезает. Есть только этот поцелуй, стук двух сердец, бьющихся в одном бешеном ритме.
Я тону в его поцелуе, в этой темной, запретной страсти, которая кажется единственной реальностью в этом безумном мире. Его руки исследуют мое тело, и я отвечаю ему с отчаянием утопающего, цепляясь за него, как за единственный спасательный круг.
Но вдруг в мое сознание прорывается посторонний звук.
Сначала это далекий, почти неуловимый ритм. Стук. Стук. Стук. Он пробивается сквозь туман моего желания, настойчивый и чужеродный. Звук шагов.
Я резко отстраняюсь от Кайлена, толкая его в грудь. Он, удивленный, позволяет мне разорвать поцелуй, но не отпускает мою талию.
Шаги становятся громче…
Они останавливаются прямо у лестницы, в нескольких метрах от нашего укрытия.
Глава 52
Я резко отстраняюсь от Кайлена, мое сердце колотится от волнения и чего-то еще… странного. Похожего на трепет…
Тяжелые, размеренные шаги стихают неподалеку, и мы с Кайленом улавливаем голоса двух стражников.
Их разговор гулко отдается в каменном холле.
Кайлен реагирует мгновенно. Он не отпускает меня, а наоборот, притягивает глубже в темноту каморки, заставляя замереть.
— Тише, — шепчет он, его губы почти касаются моего уха.
Мурашки пробегают по коже.
Мы стоим в абсолютной темноте, почти не дыша.
Кайлен сильнее прижимает меня к себе, и я оказываюсь в ловушке между его твердым, горячим телом и пыльной деревянной стеной.
Он разворачивает меня спиной к себе и грудью к стене, накрывая моё тело своим, как живым щитом. Будто готов защитить от всего…
Я замираю, боясь дышать. Весь мир сужается до ощущений этого крошечного, темного пространства.
За спиной
