Хью.
Все взгляды обратились к нему.
– В заезде вместе с Капитаном должна принять участие Элиза, – объявил он.
Я только рот разинула и уставилась на него.
– Исключено, – отрезал Хейворд и, виновато покосившись на меня, поспешил добавить: – Хотя мне очень жаль. Она бы меня переплюнула. Но Лиззи – девчонка.
Все ожидали, что я взорвусь, но оспорить столь очевидный факт у меня бы не получилось.
Хью, сверкнув глазами, посмотрел на друга и сообщил:
– Я раздобыл правила состязаний. Там не говорится, что для девушек скачки закрыты. В заезде могут принять участие любые лошади, и нигде не указано, какого пола и возраста должен быть наездник. Ведь эти соревнования – просто местная традиция. – Он победоносно улыбнулся: – Формально Элиза имеет право на участие и победу.
Неужели? Я затаила дыхание и повернулась к старшему брату, ожидая, что он скажет. Хейворд нахмурился и задумчиво поскреб за ухом. Потом обреченно опустил руку.
– Тебе не хуже меня известно: если на лошадь сядет Лиззи, ей ни за что не позволят участвовать в заезде. Проклятье! – выругался он. – Ведь женщины ополчатся против нее не меньше мужчин. А то и больше. Ее даже на старт не пустят.
– Пустят, если не догадаются, что это Элиза, – возразил Хью.
– О чем это ты? – воскликнула Кави.
Юноша обратился к Хейворду:
– Кто, кроме нас, знает про твою сломанную руку?
– За пределами Мэйфилда никто, – медленно ответил тот и, сверкая глазами, уставился на приятеля, уже догадываясь, к чему он клонит.
– Вот именно, – ухмыльнулся Хью. – Скачки через несколько дней. Ни одна живая душа не должна узнать, что на Капитано поскачешь не ты. – И он вкратце изложил свой план: – Хейворд явится к заезду, но гипс спрячет.
– И как же он это сделает? – поинтересовался Лезэн.
Хью отмахнулся от его вопроса:
– Что-нибудь придумаем. Когда настанет время старта, Хейворда тихонько сменит Элиза в той же одежде, что и брат. Посреди общей неразберихи и суеты окружающие примут ее за Хейворда. С чего бы им думать иначе?
– Очень сомневаюсь, что никто не заметит подмены, – протянул Хейворд и повернулся ко мне. – Посмотри на Лиззи. Она слишком маленькая. Да к тому же темноволосая.
Хью, склонив голову набок, стал внимательно разглядывать меня.
– Элиза малютка, это верно. Зато плоская, как доска. Если она наденет кепку с большим козырьком, чтобы спрятать волосы, и будет держать голову опущенной, то сможет сойти за парня.
Нелестное описание Хью вогнало меня в краску. Лезэн захихикал, а Кави ободряюще стиснула мне руку.
– Могло бы сработать, – с сомнением проговорил Хейворд и, задумавшись, скрестил на груди руки. – Есть еще одна мыслишка. А если на Капитане поскачешь ты? Жеребец неплохо к тебе относится.
Хью помотал головой:
– Не могу. Я должен участвовать за Берег Магнолий.
– Ты выступишь против меня? – взвилась я.
Он мрачно кивнул.
– И буду бороться за победу.
Мы молча уставились друг на друга. В ту минуту я ненавидела Хью. Мое сердце было разбито, я чувствовала себя преданной. Как он может со мной состязаться, зная, на какой риск я иду, и понимая, что на карту поставлена судьба Капитана?
Хью смотрел на меня с такой же болью.
– Прости, Лиззи. Если я уклонюсь от участия, мой отец сразу все поймет. Результат скачек будет поставлен под сомнение, и моя честь тоже. Наш заговор раскроется, и тогда уж точно все будет потеряно.
– Но… – Я запнулась, лихорадочно соображая. Хью привел веские доводы, но я не могла смириться.
– Никаких возражений, – отрезал парень, буравя меня взглядом. – Тем не менее, Лиззи, я считаю, что победа останется за тобой, – серьезно добавил он. – Я бы не стал предлагать тебе участие, если бы не верил в тебя. Как наездница ты лучше меня. И конь у тебя лучше. Элиза, этот заезд – твой шанс. – Хью скрестил руки на груди. – Но если ты не решишься, я пойму. В конце концов, ты рискуешь репутацией леди.
Я горько усмехнулась.
– Это меня ничуть не волнует.
– А должно волновать, – с серьезным видом возразил юноша.
Я поджала губы, не найдясь с ответом.
– Мама с тебя шкуру спустит, если примешь участие в скачках, – небрежно заметил Лезэн.
– Ты ведь ей не скажешь? – с вызовом спросил Хейворд, угрожающе подаваясь к младшему брату.
Лезэн ухмыльнулся.
– Конечно, нет. Я просто напоминаю. Ты знаешь, что я прав.
– Это меня тоже не волнует, – дерзко заявила я. – Мама все равно никогда не бывает довольна моим поведением.
Воцарилось молчание: все ждали новых дельных предложений.
– Ничего не выйдет, – убитым голосом промолвил Хейворд. – Подумайте хорошенько. Папа сам подает заявку на участие в заезде и выводит лошадь к месту старта. Обмануть его мы не сможем, а по своей воле он на наш план никогда не согласится.
Хью вздохнул и, сникнув, прислонился к перилам.
– Что ж, я просто подал идею.
И тут раздался голос Лезэна:
– Участвовать в заезде вызовусь я.
Все головы дружно повернулись к нему. Нам потребовалось некоторое время, чтобы освоиться с тем, что Лез добровольно вызвался помочь. Потом мы взвесили его предложение.
– Ты согласишься на это? – спросила я. – Ради меня?
– Папа придушит вас обоих, и тебя, и Элизу, – предупредил Хейворд.
– Только если мы проиграем пари, – иронично возразил Лезэн. Затем лицо его посерьезнело. – Светловодный пруд должен принадлежать Мэйфилду.
– Спасибо за предложение, братишка, но разве ты когда-нибудь оседлывал Капитано? – покачал головой Хейворд. – Дело кончится тем, что с переломанными костями окажемся мы оба. И все равно проиграем скачки.
– Я не собираюсь оседлывать этого буяна, – снова ухмыльнулся Лез. – Всё, что мне необходимо сделать, – сказать папе, будто я хочу принять участие в заезде. – Он оглянулся на меня. – Мы с Элизой почти одного роста, и она не пробудит подозрений. На Капитано поскачет моя сестра. И победит.
Глава 15
Джимхана – конноспортивные состязания, включающие в себя различные заезды на скорость или игровые задания, демонстрирующие слаженное взаимодействие лошади и наездника. Как правило, джимхана состоит из серии препятствий для проверки мастерства всадников, а также резвости, быстроты и чуткости лошадей.
1914
В день проведения джимханы вся наша семья и Уилтон с Кави вместе отправились к месту состязаний на лодке. Это было приятное путешествие: мы проплывали мимо больших особняков, выходящих окнами на воду, и пышных куп бело-розовых азалий. Я сразу отвела Капитано к стойлам, возведенным специально для скачек. На пляже, где уже собралась толпа, царила праздничная атмосфера.
После того как Уилтон устроил жеребца в стойле, они с папой покинули конюшню, чтобы подготовиться к заезду, а Хейворд с мамой направились в зрительскую
