нашли цель. Первая ударила в борт его лодки, вторая — в мотор, высекая искры из металла, а третья… третья попала ему прямо в грудь. Я видел, как его отбросило назад, как изо рта брызнула кровь, ярко-алая на фоне серой воды. Автомат выпал из рук, взлетел в воздух и плюхнулся в реку.
Мужик покачнулся, прижимая руки к груди, где расползалось тёмное пятно. Его лицо выражало чистое, незамутнённое удивление — то удивление, которое испытывает каждый человек, впервые осознавший свою смертность. А потом его колени подогнулись, и он перевалился через борт, словно мешок с песком.
Лодка, лишённая управления, продолжала идти по инерции, но теперь уже описывая круги. Мотор ревел на полной мощности, винт вспенивал воду, но без рулевого судно потеряло направление. Она закружилось, как в каком-то безумном танце, всё быстрее и быстрее, пока наконец не зацепила корягу и не перевернулась с оглушительным всплеском.
— Вот это поворот, — пробормотала Вика, и я заметил, что она держится за плечо. Через пальцы сочилась кровь. — Мой щит не такой крепкий, как твой, похоже. А нет. Энергия просто просела. Попал дважды.
— Сильно задело?
— Царапина, — она поморщилась. — По касательной. Бывало и хуже.
— Дай посмотрю, — предложил я, заглушив двигатель.
— Само заживёт, — отмахнулась она, но я видел, что ей больно.
— Не глупи, — я выровнял лодку, удерживая её по течению. — Покажи.
Вика неохотно отняла руку от плеча. Рубашка пропиталась кровью, но не так сильно, как я опасался. Осторожно отодвинув ткань, я увидел глубокую царапину — пуля действительно прошла по касательной, лишь содрав кожу.
— Жить будешь, — заключил я. — Но надо промыть и перевязать.
— У тебя есть чем? — хмыкнула она.
Я заглянул в инвентарь и достал из него небольшую аптечку. Еще парочка таких была в запасе.
— Терпи, — сказал я, доставая антисептик и бинт.
Она стиснула зубы, когда я начал обрабатывать рану. Не произнесла ни звука, только чуть побледнела. Крепкая девчонка, ничего не скажешь.
— Вот и всё, — я закрепил повязку. — Через пару дней будешь как новенькая.
— Спасибо, — она осторожно пошевелила плечом и поморщилась. — Знаешь, ты странный.
— Почему это?
— То бегаешь от ответов, врёшь мне, а то вдруг лечишь, спасаешь, перевязываешь… — она пожала здоровым плечом. — Не пойму, кто ты на самом деле.
Я улыбнулся:
— Может, я сам не знаю. Память-то не вернулась.
— Удобное оправдание, — фыркнула она, но беззлобно. — Ладно, Глеб или как там тебя на самом деле. Спасибо за щит. Он… он спас меня.
— Не за что, — я кивнул.
Мы медленно дрейфовали по течению, удаляясь от места столкновения. От мужика не было и следа — только расходящиеся по воде круги да пузырьки воздуха, поднимающиеся из глубины. Его лодка лежала кверху дном, наполовину затонув.
— Надо проверить, — сказал я, кивая на перевёрнутое судно. — Там могут быть полезные вещи.
— Ты с ума сошёл? — Вика покачала головой. — Там все ко дну пошло.
Я посмотрел на воду. Река казалась спокойной, только лёгкая рябь от ветра.
Снова завёл мотор и направил лодку к перевёрнутой посудине. Приблизившись, заглушил двигатель и осторожно подтянулся к борту.
— Держи, — я протянул Вике верёвку. — Привяжи нас, чтобы не унесло.
Она закрепила верёвку за скобу на носу, а я тем временем наклонился, пытаясь разглядеть что-нибудь под водой. Часть лодки всё ещё оставалась на плаву, образуя воздушный карман. Возможно, там что-то и уцелело.
— Подержи-ка, — я протянул Вике свой калаш, снимая куртку и штаны.
— Ты чего задумал? — она с тревогой смотрела, как я раздеваюсь.
— Нырну, — пожал я плечами. — Там может быть что-то ценное. Оружие, патроны…
Прежде чем она успела возразить, я глубоко вдохнул и нырнул. Вода была прохладной, но не ледяной — терпимо. Видимость так себе, дна не разглядеть. Я подплыл к перевёрнутой лодке и заглянул в воздушный карман.
Ничего. Ни мужика, ни его вещей. Всё, видимо, выпало, когда лодка переворачивалась. Я уже собирался вынырнуть, как заметил в углу что-то блестящее. Подплыв ближе, я увидел застрявший между сиденьями небольшой рюкзак.
Лёгкие уже горели от недостатка кислорода, но я заставил себя подплыть ещё немного, ухватить рюкзак и вытащить его из-под сиденья. Он был тяжёлым, явно не пустым. Обхватив находку, я оттолкнулся и вынырнул на поверхность, жадно глотая воздух.
— Ты в порядке? — голос Вики звучал обеспокоенно.
Я кивнул, тяжело дыша, и протянул ей рюкзак. Затем подтянулся и забрался обратно в нашу лодку.
— Нашёл что-то интересное? — спросила она, поглядывая на рюкзак.
— Сейчас узнаем, — я уже одевался и склонился над находкой.
Внутри обнаружился завёрнутый в промасленную тряпку пистолет — Макаров. Пара магазинов к нему. Флягу с чем-то, пахнущим спиртом. Пачку патронов для автомата. И самое ценное — небольшой кожаный мешочек, внутри которого обнаружилось пять энергоядер.
— Вот это да, — присвистнула Вика. — Да этот ублюдок был богаче, чем казалось.
— Надо двигаться дальше, — сказал я, отвязывая верёвку. — Выстрелы мог кто-то услышать.
— Ага, — Вика поморщилась, снова взявшись за плечо. — Теперь мы богатые беглецы. Как думаешь, сколько он людей убил, чтобы собрать такую коллекцию? Не верю, что он охотился на зомби.
Я не ответил, только завёл мотор и направил лодку вниз по течению, подальше от перевёрнутого судна и невидимого тела где-то в глубине. Вопрос был хороший, но ответ на него мог быть слишком мрачным.
— У тебя есть какие-нибудь идеи, кто все эти люди из списка? — спросил я, меняя тему.
Глава 3
— Честно говоря, без понятия, кто они, — Вика прислонилась к борту лодки, глядя на проплывающий мимо берег. — Знаю, что их при первой встрече и опознавании просто множили на ноль — народ за три года столько натерпелся. С приходом системы столько людей погибло, что к ним была открытая ненависть.
— А где они могут быть? Где, с чего мне начать поиск? — я перевёл взгляд с реки на неё.
— Да кто ж его знает, — она пожала плечами, но в глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие. — Когда система вышла из-под контроля и стала сама по себе… Ну, как говорят, они какое-то
