не поплывут за нами?
— Поплывут, — кивнула Вика. — Но если повезёт, им придётся грести. А у нас будет фора.
Преследователи приблизились ещё. Теперь я мог даже разглядеть лица — искажённые злостью, с решимостью загнать нас, во что бы то ни стало. С головной лодки раздался выстрел — пуля с визгом ушла в воду метрах в пяти от нас.
— Пристреливаются, — процедила Вика. — Ещё чуть-чуть…
Второй выстрел лёг ближе — взметнулся фонтанчик воды у самого борта.
— Давай уже! — не выдержал я.
— Сейчас! — Вика дёрнула какой-то рычажок на цилиндре и с силой метнула его назад.
Я резко вывернул руль влево, направляя лодку в почти невидимую протоку. Нас качнуло, мотор взревел, обороты подскочили.
Позади раздался странный хлопок, больше похожий на всплеск, а затем — целая какофония звуков: крики, ругань, плеск воды и странный гудящий звук, будто гигантский комар пролетел над самым ухом.
— Пригнись! — крикнула Вика, и я инстинктивно вжал голову в плечи.
Нас накрыло невидимой волной. На секунду в ушах зазвенело, а потом мотор вдруг закашлялся и заглох. Мы по инерции продолжали двигаться вперёд, но уже чувствовалось, как течение начинает сносить нас обратно.
— Вёсла! — скомандовала Вика, хватая одно. — Быстрее!
Я схватил второе весло, и мы начали грести, направляя лодку в протоку. За поворотом река резко сужалась, превращаясь в подобие лесного ручья, над которым смыкались кроны деревьев.
— Гребём, гребём, — Вика тяжело дышала, но не сбавляла темпа. — Чем дальше заберёмся, тем лучше.
Позади раздавались приглушённые крики — наши преследователи явно были в бешенстве. Я услышал плеск вёсел — похоже, они всё-таки решили последовать за нами.
— Сколько ещё будет действовать эта штука? — спросил я, чувствуя, как напрягаются мышцы от непривычной работы.
— Минут десять, может, пятнадцать, — Вика мотнула головой, отбрасывая мокрую прядь с лица. — Если повезёт, уйдём достаточно далеко. Если нет…
Она не договорила, но и так было понятно — если нет, нас ждёт новая перестрелка. И на этот раз численное преимущество будет явно не на нашей стороне.
Я налёг на вёсла, думая о том, как странно устроена жизнь. Ещё вчера я мирно спал в лесу, а сегодня уже убегаю от погони, полагаясь на какую-то девушку, которую знаю чуть больше суток.
— Они нас нагоняют. — Оглянувшись, сказал я Вике.
Та буркнула что-то по типу «и ежу понятно», а потом громче добавила:
— Смотри, где бы причалить. По земле больше шансов уйти.
Я напряжённо вглядывался в берег, пытаясь найти подходящее место. Преследователи неумолимо сокращали расстояние. Их силуэты становились всё отчётливее с каждой минутой.
Река стала сужаться, и буквально через пару минут мы увидели точно такой же деревянный причал, от которого мы отчаливали на той деревянной лодке, что осталась где-то на острове.
До преследователей было метров сто пятьдесят. Мы направили лодку к причалу, налегая на вёсла из последних сил. Вика уже приготовилась прыгать, сидя на самом краю борта.
Лодка с хрустом выскочила на песчаный берег, и нас обоих качнуло вперёд. Я ухватил рюкзак с тушёнкой и закинул его в инвентарь. Система мгновенно отреагировала сообщением о пополнении.
Мы быстро выскочили из лодки и быстрой трусцой побежали в сторону леса. Я оглянулся — к тому же причалу подходила уже вторая лодка, а за ней были еще. В каждой не меньше пяти человек. Чёрт. Многовато для нас.
За те пару минут, пока мы добежали до подлеска, было видно, что к тому же причалу причалили все наши преследователи. Они высыпали всем составом на берег — все вооружены. Один указал в нашу сторону, и они рванули следом.
Мы же продолжали бежать и углубляться в лес. Сердце колотилось как сумасшедшее, а в голове метались мысли. Я прикидывал варианты — что, может, сделать большой круг и вернуться к лодкам? Уложить тех, кто остался сторожить их, и снова уйти по воде?
Но это рискованное мероприятие. Слишком рискованное. Лучше попробовать спастись бегством, а там как карта ляжет.
— Чёртовы ублюдки, — выдохнула Вика, перепрыгивая через поваленное дерево. — Откуда их столько взялось?
— Видимо, целая банда у них там, — ответил я на ходу. — И мы так-то убили их товарищей.
— А чего они ждали? — огрызнулась она. — Что мы их обнимем и поцелуем?
Было видно, что Вике тяжело бежать — на лбу выступили капельки пота, дыхание стало хриплым. Но, по крайней мере, это лучше, чем если бы мне пришлось её тащить на себе. Тут ни о каком бегстве не могло бы быть и речи.
— Щит ещё действует? — спросил я, помогая ей перепрыгнуть через небольшой ручей.
— Вроде да, — выдохнула она.
— Хорошо, — буркнул я. — Бежим дальше.
Я прислушался — за нами определённо гнались. Треск веток, приглушённые голоса, всё ближе и ближе. Они явно двигались быстрее нас.
Внезапно лес перед нами расступился, и мы выскочили на большую поляну. Такое впечатление, что это была какая-то вырубка давным-давно, а сейчас деревья не успели вырасти. Открытое пространство — и благословение, и проклятие одновременно.
Я оглянулся и, не увидев в непосредственной близости преследователей, кивнул на противоположную сторону:
— Давай попробуем срезать.
Мы максимально быстро стали перебегать поляну. Трава здесь была по колено, скрывая кочки и ямы — каждый шаг мог обернуться подвёрнутой лодыжкой. Солнце било прямо в глаза, слепя и мешая ориентироваться.
А когда с другой стороны снова врывались в лес, я услышал отчётливый свист, а через секунду — выстрелы. Значит, нас заметили. И бегут чётко за нами.
— Хреново, — выдохнул я, утягивая Вику глубже в заросли.
— Надо разделиться, — вдруг сказала она, резко останавливаясь. — Я уведу их в сторону, а ты…
— Даже не думай, — оборвал я её. — Они тебя в порошок сотрут. Бежим вместе.
Её глаза сверкнули:
— Я не беспомощная, знаешь ли. И могу за себя постоять.
— Не сомневаюсь, — я схватил её за руку и потянул дальше. — Но одна против такой толпы — это самоубийство.
Она что-то пробурчала, но спорить не стала. Мы продолжили пробираться сквозь лес, стараясь двигаться как можно быстрее.
Я лихорадочно соображал. Руна щита на Вике, ещё действовала, но её хватит максимум на пару попаданий. У меня оставалось чуть больше двух десятков энергоядер, но использовать бездну можно было только
