class="p1">— Именно, — улыбнулся профессор и, устроившись в кресле поудобнее, отложил папку с отчётом. — Он единственный из всех, у кого был кодекс. Вы заметили, что на долю их команды выпали самые тяжелые столкновения с монстрами? Их тянуло к отряду словно магнитом. Будто сама альва стекалась к ним и привлекала тварей, как валерьянка — котов.
— Намекаешь, что кодекс Вайнера наделил хозяина чем-то особенным?
— Ваша почтенная Сирин сказала, что не нашла ничего про кодекс Вайнера, — кивнул тот, деловито сцепляя пальцы в замок. — Во время войны он также попадал в гущу самых серьёзных боёв, включая пробуждение Владыки. Я думаю, тогда-то альва и оставила на нём свой след. Или, если угодно, печать Владыки.
— Больше похоже на проклятие, — хмыкнул Император. — И что же с того?
— А то, что наш наследник предателя оказался не так прост, — заулыбался Потёмкин. — Там, где других, даже сильных магов, брала порча альвы и они стремительно катились к зомбификации, Вайнер выживал и даже умудрялся побеждать. В анализах его крови запредельная концентрация альвы, но он словно не подвержен порче. Как будто в его организме есть нечто, не позволяющее порче разрастаться. При этом его сестра едва не погибла, если бы не экспериментальное лечение Ленды.
— Ты прав, — государь задумчиво погладил аккуратную бороду. — Выходит, дело в кодексе?
— Лучше бы дело было в нём, потому что иное объяснение будет означать, что затея его отца удалась, — Потёмкин зловеще сверкнул глазами. — Ты ведь понимаешь, чем это грозит?
— Не продолжай. Я не хочу снова начинать этот бессмысленный спор, — отрезал Император.
— Потому что тогда придётся признать, что ты был неправ? — осторожно спросил тот.
— Я сказал, хватит, — государь повысил голос. — Прав он был или нет уже неважно. Мёртвые не возвращаются. А что касается Ленды, девчонка должна сделать кое-что для меня, и её время выходит.
— Ты о чудо-средстве, защищающем от альвы? Поверь, если эта тощая выскочка сможет создать нечто подобное, я первый пожму ей руку, — усмехнулся профессор. — Даже лучшим умам мира не удалось изобрести что-то лучше альвитина. Сомневаюсь, что и у неё получится, будь она хоть трижды гением.
— Ленда — моя забота, не твоя, — нахмурился Император. — Я позвал тебя не за этим. Что с твоим проектом, Потёмкин?
Профессор стёр с лица улыбку.
— Я как раз хотел поговорить об этом. Хоть турнир и преподнёс нам неприятные сюрпризы, но благодаря нему я могу перейти к следующей фазе. И все эти молодые ребята, которым вручат кодексы, станут его частью.
— Ты невероятно жадный человек, — хмыкнул государь. — Наследники нужны и мне. Они станут костяком будущей экспансии и расширения Империи.
— Ты грезишь походами, а я — победой над альвой, — пожал плечами Потёмкин. — У тебя нет гарантий, что на этот раз удастся призвать императорский кодекс.
— Я не отдам тебе их, — покачал головой Император и налил себе из графина бокал коньяка.
— Мне и не нужны все. Отдай мне Вайнера, — сверкнул глазами Потёмкин. — Вы ведь для этого засунули парня в турнир?
Император остановил поднятую к губам руку с бокалом и строго посмотрел на профессора.
— Предположим.
— Так дай мне докопаться до истины, пока мы не вернули Ядро владыки Грома, — с хищной улыбкой на губах Потёмкин стал похож на сидящего в засаде волка. — Я изучил материалы, захваченные из шведских лабораторий и знаю, где прокололись англичане. На этот раз ошибки не будет. Мы подчиним себе мощь владыки. И Вайнер — идеальный кандидат. Если всё получится, мы нанесём альве сокрушительный удар.
Император медленно покрутил в бокале янтарную жидкость, обдумывая его слова. Распоряжаться дворянами он не мог, после турнира многие рода и так были возмущены до предела. Среди знатных родов уже не осталось тех истовых фанатиков, готовых идти на смерть за своим господином, как сто лет назад. Честь, долг и прочие громкие слова для них были пустым звуков, а ради выгоды мало кто готов был рискнуть собой.
Великие рода всё больше напоминали боровов, зажиревших в своих загонах у корыт с кормом. Такие не смогут исполнить пророчество кодексов. А грозный час его исполнения приближался. Он чувствовал это. День последней битвы маячил на горизонте страшной чёрной тенью.
— Конец войны, значит, — ухмыльнулся государь и отпил из бокала. — В таком случае, я дам тебе ответ после церемонии вручения кодексов. А пока — изучи то, что осталось от уральской красной зоны. Одному Перуну известно, каких ещё чудовищ способна породить эта дьявольская сила. Мы должны быть готовы.
— Как скажешь, — Потёмкин коротко поклонился ему и встал с места. — Порой чтобы победить самое кошмарное чудовище, нужно создать чудовище ему под стать. Надеюсь, ты не будешь тянуть с ответом.
* * *
Я проснулся от настойчивого стука в дверь.
— Вставай, хватит дрыхнуть! — донесся громкий голос Вари. — Чего ты там заперлась?
Я открыл глаза, щурясь от солнечного света, лившегося через щёлочку в шторах. Под одеялом завозилась Полина, всю ночь спавшая со мной в обнимку на узкой кровати. Пожалуй, стоит купить ей кровать попросторнее.
— М… мм… — девушка оторвала голову от моей груди и сонно поморгала. — Можно еще пят минут?
— Шш, — я поцеловал её тёплую макушку и прижал к себе, прислушиваясь к шорохам за дверью. Может, Варя убедится, что Поля спит, и просто уйдёт? А я потом как-нибудь замолвлю за неё словечко.
Но Варя не только не ушла, но и затарабанила в дверь с новой силой.
— Полька, а ну вставай живо! — гаркнула она так, что девушка в моих объятьях аж вздрогнула. — Ты нужна мне на кухне! Одевайся сейчас же и выходи, а я пока князя разбужу!
— К-князя? — тут же отозвалась девушка и, вцепившись в меня дрожащими пальцами, уставилась огромными глазами. — Зачем?
— А затем, что к нам изволила приехать собственной персоной его невеста!
Глава 16
— Да чёрт…
Чуя неладное, я открыл дверь и едва не врезался в Варю.
— Ярславандреич? — опешив, выпалила она и глянула мне за спину, где Поля впопыхах надевала платье горничной. Женщина быстрым взглядом окинула комнату, и тут же её пухлая физиономия
