могу сказать, что ты думаешь так же, как и я, что ты портишь то, чего не должен был портить.
Я не был уверен, что готов услышать ответ, но все равно спросил:
- Так в чем же тогда настоящая причина?
Он ответил не сразу, и я подумал, что он, возможно, ждет, пока я соберу все воедино. Наконец, он сказал:
- Знаю, у тебя есть веские причины опасаться людей религиозных убеждений. Я не сбрасываю это со счетов. Но что произойдет, если вы полностью исключите религию из вашей жизни?
Посмотрев на Джейсона, я сказал:
- Это довольно спорный вопрос, потому что религия занимает довольно большое место в его жизни, тебе не кажется?
- Значит, если бы он прямо сейчас подошел к тебе и сказал, что отрекся от своих убеждений, стал убежденным атеистом и больше никогда в жизни не хотел бы заходить в церковь, ты бы, не раздумывая, вступил с ним в отношения? Не боясь?
Я сглотнул.
- Я так и думал. И в самом деле, разве человек с полярно противоположными убеждениями не стал бы для тебя идеальной парой? - Он ухмыльнулся. - И вам всегда было бы о чем поговорить.
Каким-то образом мне удалось рассмеяться.
- Ладно, с этим я не могу спорить.
- Вот именно. - Он надолго замолчал. - Дело в том, что я не думаю, что тебя на самом деле беспокоят его убеждения. Я имею в виду, независимо от причин, твоя семья причинила тебе боль. С тех пор у тебя были прочные отношения с парнем, который тоже тебя перевоспитывал, но это не имело никакого отношения к религии, и это было четыре года назад. С тех пор ни один парень не смог приблизиться к тебе.
Я уставился на темные тени далеких гор. Шею покалывало, а кровь стучала в ушах, когда до меня дошла неприятная правда.
- Признай это, - мягко сказал он. - Ты боишься, что тебе причинят боль. Тебя пугает не тот факт, что у этого парня может быть что-то общее с твоими родителями. Это просто удобный предлог, за которым можно спрятаться, чтобы не смотреть правде в глаза.
- Какой правде?
- Если этот парень уйдет от тебя по какой-либо причине, это может ранить так же сильно, как когда семья отвернулась от тебя. - Он положил руку мне на плечо и нежно сжал. - Ты не боишься христиан, Сет. Ты боишься быть любимым.
Эти слова поразили меня в самое сердце. Я закрыл глаза. Я хотел защититься и сказать ему, что он полон дерьма, что понятия не имеет, о чем говорит, но я не смог.
- Я знаю, что для тебя это нелегко. - Джейсон снова сжал мое плечо. - Но думаю, что отпускать этого парня - огромная ошибка. Тебе нужно наладить с ним отношения. Даже если, в конечном счете, ничего не получится, у меня такое чувство, что все закончиться не так, как ты думаешь.
Я вздохнул.
- Однако на данный момент я даже не уверен, что могу что-то сделать. Я рассказал ему, откуда я родом, откуда, как мне казалось, я родом, и это… все прошло не очень хорошо.
- Если ты позволишь этому разрастись, это ничего не исправит.
- Ты думаешь, что-нибудь поможет?
- Ну, думаю, тебе лучше всего перестать быть упрямым идиотом и пойти поговорить с ним.
Я ничего не сказал.
- Может, у вас, ребята, все получится, - сказал Джейсон уже мягче. - Может, у вас и не получится. Но я знаю тебя: ты из тех парней, которые будут двигаться дальше, если что-то не получится, но если ты уйдешь, даже не попытавшись, то будешь сожалеть об этом до самой смерти.
Я не мог смотреть на него. Он, конечно, был прав.
- Думаю, я причинил ему сильную боль.
- Просто поговори с ним. Надеюсь, он выслушает.
Да. Надеюсь.
Но я не мог заставить себя положиться на это.
Глава 13
СЕГОДНЯ. Мы обсудим это сегодня вечером. Разговор с Джейсоном не выходил у меня из головы уже пару дней, и если я хочу когда-нибудь снова уснуть, нам с Дарреном нужно поговорить. Сегодня, черт возьми.
При условии, что он меня не отчитает и не отошьет. Сидя в своей гостиной и ожидая, когда он вернется домой, я поймал себя на том, что жалею, что не верю в некие высшие силы, которым мог бы помолиться, чтобы просто попросить Даррена выслушать меня. В этом было что-то ироничное. И, возможно, я бы оценил эту иронию, если бы не был так взвинчен и не старался не нервничать.
Если он считал меня засранцем, то имел на это полное право. Если он откажется что-либо обсуждать со мной, я не мог его винить. Но это не мешало мне надеяться, что он не уйдет.
Тихий скрип ступенек под ногами заставил сердце биться быстрее.
Сейчас или никогда, пока у меня не сдали нервы.
Я открыл дверь, когда он отпирал свою.
- Даррен.
Он замер, но так и не обернулся.
- Послушай, эм. - Я прочистил горло. - Мы можем поговорить?
Он вынул ключ из замка и сунул его в карман. Какое-то мгновение он не двигался, и я подумал, что он сейчас распахнет дверь и войдет в свою квартиру. Но затем он медленно повернулся, и я приготовился к ледяным глазам и плотно сжатым губам.
Однако, когда мы оказались лицом к лицу в полутемном коридоре, я бы все отдал за ледяные глаза и плотно сжатые губы. С холодным безразличием или даже с едва сдерживаемой яростью было бы гораздо легче справиться, чем с ощутимой болью в его глазах. Как будто ему было больно даже находиться в моем присутствии.
- Не хочешь зайти? – спросил я.
Он не двинулся с места.
- Давай сначала попробуем поговорить. А потом посмотрим, что получится.
- Ты хочешь сделать это здесь?
- Если, конечно, ты не думаешь, что кто-нибудь к нам присоединится.
Я не мог понять, был ли это сарказм, или за этим скрывался призыв: Давай просто сделаем это сейчас, пока мне не пришлось уйти.
Я открыл рот, чтобы заговорить, но он опередил меня:
- Если подумать, может, будет проще, если мы будем сидеть.
- Ты уверен?
Он кивнул.
Мы переместились в мою квартиру и расположились в гостиной. Я устроился в кресле с откидной
