с отцом… Разве что цвет волос и глаз разный.
Интересно, а если бы нас с Тилем тогда ждало другое будущее, какими бы были наши дети?
Раньше не думала о семье… Вьюге она не положена, но от мысли, что мы всё ещё не можем быть вместе, сердце болезненно сжалось.
Если догадки верны, и Латифа действительно моя сменщица, нас ждёт восемнадцать лет ожидания… Миг, в сравнении с тысячей лет без памяти и чувств. И в тоже время, целая вечность, если знать правду.
– Ты правильно поступила, когда отказалась от воспоминаний.
От Джайны невозможно что-либо скрыть. Благодаря магии Смерти она читала мысли и чувства, даже когда не хотела этого.
– А как насчёт Мёртвой Вьюги? – нахмурилась. – Ладно я, но как она узнала Тиля?
– Она опознала магию Деймона Тангарры, – поправила меня Джайна. – Ты ведь помнишь, что генерал отдал часть своей Силы, чтобы спасти душу Тиля?
– Смутно, – покачала головой. – После падения в Полуночницу всё было как в тумане…
Я помнила, что Ингаско ударил магией и подо мной раскололся лёд. Как Тиль стрелой ринулся на помощь, ныряя за мной в Полуночницу, и закрывая своими крыльями.
Эти образы до сих пор были болезненно яркими и острыми. А всё остальное размывалось… Даже последний разговор с Джайной и Луноликой.
– Ледяной Титан почувствовал смерть сородича и Деймон отдал часть Силы, позволяя Тилю в будущем переродится в роду Тангарра.
Точно, они ведь были дальними родственниками…
– Думаю, Мёртвая Вьюга давно поняла, что ты запечатала воспоминания. Это было нашим козырем. Невозможно шантажировать того, кто ничего не чувствует и не дорожит прошлым.
– Кажется, я начинаю понимать, почему большинству Стражей Стихии временно стирают память, – вздохнула.
– Так проще. Хотя я предпочла сохранить воспоминания о прошлой жизни и, в особенности, о своей гибели, – ответила Джайна. – Но мы слишком разные. И то, что для меня стало источником Силы, тебе бы принесло невыносимые страдания.
– Да… – растерянно отозвалась. – Выходит, Мёртвая Вьюга давно знала, что Тиль не просто Титан, а реинкарнация моего истинного?
– Скорее всего. Поэтому, когда ты вмешалась и у неё не вышло убить его сразу, она наложила проклятие и попыталась спровоцировать тебя. Надеялась, что из-за нахлынувших воспоминаний ты сорвёшься и совершишь ошибку.
– Я была близка к этому, – честно призналась.
Если бы не трагедия, разыгравшаяся на опушке, мы с Тилем ещё не скоро вернули воспоминания. Да и вернули бы их вообще?
– Кажется, Сердце Бездны мудрее всех нас. Но в тоже время я понимаю, почему Луна считала его магию такой опасной и до последнего не хотела использовать, – задумчиво протянула, вновь переведя взгляд на маленького Риана.
Я неожиданно вспомнила, как он рассказывал другим мальчишкам в лазарете, что в мой храм его привело видение. Девушка с разными глазами пришла к нему во сне в ту ночь, когда его матери стало хуже, и сказала, где искать снежный гриб, и что перед походом в лес нужно обязательно зайти помолиться в храм Хольды.
– Аша… – прочитав мои мысли, Джайна закатила глаза и зашипела.
Похоже, камень знатно нарушил правила.
– С одной стороны, я готова её убить, – вздохнула, – из-за неё Тиля поразило проклятие. Но, если бы не она, Риан погиб. Не смог бы жить без матери. Да и Латифу успели бы принести в жертву…
– Окажись Мёртвый генерал на свободе, будущее, которое мы так ждали, могло бы никогда не наступить, – подытожила Джайна. – Тиль - Туманный страж и Титан, он бы сражался в первых рядах и…
– Не продолжай, прошу, – голос предательски дрогнул.
Я не хотела даже думать о том, что могло случиться.
– Хранительница проклятого камня разыграла блестящую партию и подарила нам всем шанс. Пусть его цена и высока, но мы в неоплатном долгу перед ней, – вздохнула.
– Осталось использовать его и победить, – Джайна ободряюще усмехнулась и поднесла палец к губам, прося тишины. – Пришли новости из Тёмной империи. У Кристофа всё готово к ритуалу. Пора забирать Тиля и перемещаться.
– Пора… – прошептала, окинув дракона задумчивым взглядом.
Вновь вспомнился ответ Стихии.
Лишь Сердце знает правду, лишь Пламя может провести сквозь Тьму, и лишь Живая Вьюга способна победить любое пророчество.
Мы долго размышляли над этими словами, перебирали десятки и сотни вариантов, но никак не могли прийти к единому мнению. И больше всего путала именно часть о пророчестве.
– Сердце Бездны начало большую игру. Опасную и идущую вразрез с законами Равновесия, – я задумчиво коснулась амулета на груди.
Кулон Софии – один из ключей, я не сомневалась в этом. Но пока не знала, как использовать его. Зато вдруг поняла другое.
– Сердце, Пламя, Живая Вьюга. Три ключа и у каждого три значения, – продолжила, – мы всё гадали, станет ли проклятый бриллиант частью этого пазла…
– В итоге Аша стала той, кто запустил Колесо времени и открыла новую Тропу, – закончила мою мысль Джайна. – Похоже, до её вмешательства не существовало варианта, в котором мы побеждаем…
Последние слова прозвучали чуть слышно, оседая в душе горьким пеплом. Как же больно признавать, что спустя тысячу лет сражений мы снова оказались на грани поражения…
– Сердце знает правду, поэтому открыло для нас новую тропу и подарило шанс. Но это лишь один ключ - первый. Нужны ещё два, – продолжила рассуждать, – скорее всего, наши с Тилем сердца идут как одно. Тогда третье значение – это Сердце зимы, источник королевства Серебряного льда. Именно его жаждал заполучить мой чокнутый братец помимо моей крови и Силы.
– То, с чего всё началось, – подытожила Джайна. – Это имеет смысл. Значит, три значения каждого ключа связаны с будущим, настоящим и прошлым.
Точно… Мы с Тилем – настоящее, бриллиант – наш шанс, а источник – прошлое. Но в тоже время он ключ и возможность всё изменить.
– Пламя… душа Тиля уцелела благодаря ледяному Пламени Деймона Тангарры, – я неспешно распутывала клубок загадок.
Понимала, что нам пора. Но эти догадки слишком долго ускользали от нас, я хотела поскорее собрать весь пазл целиком.
– Титан – наше прошлое. Если Тиль прав и проклятие связано даже не с самим драконом, а именно с Ледовым титаном, то Пламя берсерка – наше будущее. Но что тогда настоящее?
– Тёмную звезду
