в шахматы?
— Нет, — я постаралась, чтобы мой голос прозвучал твердо.
— Тогда накрепко запомни. Мужчина способен почти на все ради женщины, которая угодила ему в постели.
Он поймал меня за подбородок, не давая отвернуться.
— Не отводи взгляд, Тиана. Это нужно не мне. Благосклонность Императора — лучшая для тебя защита. От всех. И от Мирабеллы с ее ненавистью. И от герцога, если он, не приведи Боги, все же жив. Понимаешь?
Я почувствовала, что глаза наполняются слезами. Но при этом прекрасно осознавала — отец прав. Стерла непрошенную влагу с щек и кивнула.
— Умница, — мужские пальцы оставили мое лицо в покое. — Я не смогу тебя защитить так, как это сделает он. С ним ты будешь в безопасности. Я не хочу хоронить еще и тебя.
Неожиданно, поддавшись порыву, я обняла отца, прижалась крепко-крепко и зарыдала.
И тут же почувствовала его ладонь у себя на голове. Граф медленно гладил меня по волосам, пережидая потоп.
— Не плачь, дочка. Не плачь. Ты сильная, умная, красивая. Ты справишься.
* * *
— Надолго вы приехали? — спросила я отца, промокая глаза отцовским платком.
— Планировал дня на три. Чтобы успеть показать и рассказать тебе все, что смогу. Люди здесь надежные и грамотные, но есть нюансы.
— Нюансы? О чем вы? Лейр Матеуш очень достойно меня встретил. А после того как я его вчера спасла…
— Спасла? От чего? И каким образом?
Я поняла, что сболтнула лишнего. Стоит рассказать про мой дар, возникнут вопросы о Гарольде. Не то чтобы я надеялась сохранить в тайне его визиты. Да и стыдиться мне в общем-то нечего. Ничего дурного мы не делали, а про договор я всегда помню. Трудно забыть о таком.
— Это долгая история, — вздохнула я. — И я бы не отказалась, если бы вы смогли прояснить еще пару моментов.
— О чем речь, Тиана?
— О моем родовом даре.
— Ты о спящей драконьей крови? — отец дождался моего кивка. — У меня она тоже есть. И у Джины. Это один из признаков принадлежности нашему роду. Не такая уж и редкость, если разобраться. Драконьи предки были практически во всех древних родах.
— И у мамы? — с надеждой спросила я. Словно драконья кровь в ее венах что-то могла изменить.
— Нет. У рода Алисии был другой дар. Редкий. Жаль, без драконьей крови он не работает.
Я подняла брови, пытаясь переварить новость.
— Магия жизни?
— Она самая.
— Мне ее поэтому заблокировали? Потому, что у меня есть еще и драконья кровь?
Отец снова посмурнел.
— Я не знаю, Тиана. И кто заблокировал, тоже не знаю. Твердо могу сказать одно — я этого не делал.
— А мама могла?
Он пожал плечами.
— Так вышло, дочь, что после свадьбы с Мирабеллой, я почти не виделся с Алисией. Даже если она и решила заблокировать твой дар, то сделала это втайне от меня.
Я вдруг представила себе, как мама жила здесь. Одна. Вдали от любимого человека. С дочерью, рожденной вне брака. Осуждаемая и презираемая обществом. Громко всхлипнула.
— Кстати, — вдруг отстранился отец, — если уж рассказывать все тайны. Ты не все знаешь о герцоге мон Тикейра.
— О герцоге? Ты что-то узнал о нем? — тихонько спросила я.
— Не сейчас. Это давняя история. Когда ты еще не родилась, он сватался к Алисии. И был весьма настойчив в своем желании.
— К маме?! Зачем? — изумилась я.
— Не знаю. Но он был готов жениться на ней, даже зная, что она ждет от меня ребенка.
— А мама?
Я не знала, каким был герцог восемнадцать лет назад, но вряд ли порядочным человеком. И мне стало страшно от мысли о том, из-за чего мама могла погибнуть.
— Алисия ему отказала, — отец не отрывал глаз от портрета. — Она любила меня, не смотря ни на что. Любила и понимала.
— Расскажи мне о ней. Какой она была?
Я замерла, ожидая его ответ. Мы никогда не говорили о женщине, которая меня родила. Никогда. Пора это исправить.
— Она была необыкновенной. — Глаза отца неожиданно увлажнились. — Не только красивой, но и доброй, умной, прекрасно образованной. Но даже не это главное. Она…
Я даже перестала дышать. Казалось сейчас случится откровение, которое перевернет всю мою жизнь.
* * *
Казалось…
Как бы нам не хотелось чудес, но у Небес на нас свои планы.
Кольцо на отцовском пальце вдруг полыхнуло алым. Он сдавленно выругался сквозь зубы, стянул украшение, подвинул в сторону стул и начертил по воздуху, над полом, какой-то знак.
Потом вернул перстень на место.
— Как не вовремя, — услышала я недовольное. — Что ей неймется?
Кому — ей?
Задать вопрос мне было не суждено.
Возле стола появился сияющий овал. Вспыхнул. Почти погас. Пошел рябью, превращаясь в подобие зеркала без рамы. Растянулся от самого пола вверх примерно на два метра. Утратил плотность и стал почти прозрачным.
Я смотрела во все глаза. Появление портала вот так, во всех подробностях, мне довелось лицезреть впервые.
Сквозь призрачную грань в мой кабинет проникла женская ручка. Следом за ней — бархатная туфелька, край платья, плечо и мачеха целиком.
Она даже не пыталась сделать вежливое лицо. Весь вид ее источал недовольство. К счастью, направленное не на меня.
— Вот вы где, — Мирабелла притворно улыбнулась. — А я гадала, куда ты уехал, дорогой.
Улыбка стала совсем ледяной. Сейчас эта красивая женщина была похожа на кобру перед броском.
Я поспешила разрядить ситуацию.
— Добрый день, матушка.
По холеному аристократическому лицу проскользнула тень презрения и брезгливости. Тут же сменилась воодушевлением.
— Тиана, деточка, как у тебя дела? Ты готова к скорой встрече с Императором?
— А к этому можно быть готовой? — не смогла удержаться я.
— Бедная моя девочка, — мачеха горестно покачала головой.
Отец прикрыл глаза и отвернулся к окну. Происходящее не доставляло ему удовольствия. Но и возразить он не смел. Гнусное зрелище. Жалкое. Однако мое сердце кольнуло сострадание. Теперь я хотя бы понимала, почему все происходит так, а не иначе.
Мирабелла продолжила с воодушевлением:
— Завтра пришлю к тебе леру Кристину, мою модистку. Она привезет наряды для дворца, подвенечное платье и успокаивающие капельки. Твое волнение как рукой снимет, дорогая.
Я сжала крепче зубы, чтобы не наговорить лишнего.
Мачеха обернулась к графу. Проворковала с угрозой:
— Дорогой, мы немедленно должны вернуться домой!
— Что за спешка, дорогая? Я только приехал! Этак я и за год не передам Тиане всех дел.
— Тиана подождет. У нас с Джиной совсем плохо. Девочка не в себе после ссоры с Николасом. — Мирабелла фальшиво всхлипнула и приложила к глазам надушенный платочек.
По
