называть, еще стоило придумать. Но его безразличие, будто он совсем не узнавал меня, ранило сильно. Ведь если он прав и кто-то очень хотел, чтобы я забыла то, что случилось за прошедший год, этот кто-то мог бы легко стереть память вновь.
Забыть Арина?..
Мгновение пролетело – на лице Арина появилась улыбка. Тепло его глаз согрело и подарило шаткую уверенность. Я дрожала, шагая ему навстречу, но его глаза словно говорили: «Не бойся, ступай твердо, я твоя поддержка, опора, надежность, все, что тебе так необходимо». И все это лишь во взгляде.
– Тебе идет серебро, – сама не поняла, как озвучила свое наблюдение первым делом, когда подошла ближе.
– И тебе, – смущенно скользнул по мне взглядом он.
Я только в этот момент вспомнила, что даже не посмотрела, во что оделась. Вспыхнула, осознав, что попросту торопилась как можно скорее встретить Арина. Хорошо ли это? Забывать обо всем на свете, спеша на встречу с ним? Похоже, я опоздала с мыслями о том, стоило ли вообще к нему привязываться.
– Где… – голос пропал. – Когда, то есть…
Я пыталась узнать, откуда у него форма клана. Арин слушал так внимательно, что у меня даже ком в горле застрял от смущения. Он всячески пытался меня понять, а я все больше путалась. Удивительно, но по моим слабым потугам он внезапно все понял. Улыбнулся.
– Этари принес мне вещи еще в первую ночь, – рассказал Арин. – Сказал, чтобы я надел форму клана, когда поправлюсь. И, – он развел руки в стороны, – вот.
Снова мы о его здоровье. Пару секунд я еще смотрела на форму, не в силах оторвать взгляда, потому что… как же сильно она ему шла. Он будто всю жизнь ее носил, и как же ему шло серебро.
– Твоя рана зажила, – напомнила я. – Теперь ты здоров. Теперь тебе больше не нужна целительница.
Посмотрев ему в глаза, я пыталась выглядеть беспристрастной. А Арин… улыбнулся.
– Верно. – Светились его шоколадные глаза. – Наконец-то я перестану быть для тебя обузой.
– Что? Нет! Я не это имела в виду…
Хотела было продолжить мысль, но табун слуг чуть не снес нас, и нам с Арином пришлось срочно уходить в сторону, чтобы нас не затоптали. Чудом уцелели. Непонятно, что это за охота такая, но готовились к ней столь основательно, будто это приглашение от самого императора.
Переглянувшись, договорились продолжить разговор за стенами дома, и, только когда выбрались на улицу и отошли чуть подальше, стало спокойнее. Хмурые, свинцовые тучи рваными набегами укрывали солнце. Но то не собиралось сдаваться, каждый раз прорываясь сквозь них. Казалось, вот-вот начнется дождь, но он миловал.
Улицы были оформлены разукрашенными и расписанными фонарями. На каждом изображались потоки воздуха: семь ветров.
– Ты знаешь, почему устраивают фестиваль семи ветров? – поинтересовался с хитринкой Арин, когда мы подходили к шумным улицам, где проходил праздник.
Знала. Но ведь он не для этого задавал свой вопрос.
– Расскажи, – улыбнувшись, попросила я.
– Однажды, много-много лет назад, в города и села пришла болезнь, – стал рассказывать Арин, а я глаз не могла от него оторвать, – страшная и беспощадная. Она забирала жизни, да так быстро, что не спастись. Тогда обратились люди к духам за помощью. Отвечают духи не так, как разговариваем мы, однако люди поняли, что их мольбы были услышаны. Наступил день абсолютного безветрия. День такой тишины, что казалось, будто мир замер.
Но на следующее утро задули ветра со всех концов света. Пронеслись они по всей империи и выдули всю болезнь. В благодарность за спасение люди посвятили празднику семи ветров семь дней. Ровно по дню для каждого ветра. А по спиралям можно понять, какие празднуются сегодня.
Арин указал на завитки на фонарях. Их было много, фонари словно выстроились в ряд; когда зайдет солнце, фонарщик разожжет их, и будет светло, как днем. Красиво. Приятно осознавать, что мы это увидим.
Прежде чем праздновать, мы посетили храм и разожгли палочки – дань, которую требовалось отдать, раз уж собираешься праздновать. Уже здесь народу было так много, что я чуть не потеряла Арина. Несмотря на то, что в город на праздники я выбиралась довольно часто, все равно толпа иногда кружила мне голову.
Девушки были одеты в красивые разноцветные платья, и я любовалась ими, думая, как бы смотрелась в них сама. До того, как попала в дом Онэро, я носила простые блеклые платья. Хоть у меня и были наряды – все благодаря маме, работавшей во Дворце, их я надевала нечасто. Берегла.
В доме Онэро у меня совсем ничего не было, кроме формы и того, что я получила от госпожи Синь. Но, если честно, в мой план по выяснению, что же случилось со мной за последний год, не входили праздники и посещение фестивалей. Я должна была остаться и допрашивать Рэна, сосредоточившись на главном.
Может быть, совершала ошибку?
Толпа вдруг стала гуще, я на миг растерялась, но секунду спустя Арин нежно сжал мою ладонь, и я замерла. Все мысли и угрызения совести моментально выветрились, я вспыхнула еще до того, как заглянула в его глаза.
Он улыбался мне.
– Чтобы не потеряться, – оправдывался он.
Я подарила смущенную улыбку в ответ и сжала его ладонь. Он робко опустил взгляд, и мы двинулись дальше. Только в этот раз уже не терялись.
Улица потихоньку расцветала смехом и красками. Сумерки опускались на город, а я чуть не забыла о поручении, которое дала госпожа Синь. К моему удивлению, в лавке аптекаря была очередь. Арин даже остался снаружи, настолько было мало места. Сначала я решила, что потеряю время, с другой стороны, меня же никто не заставлял собирать вещи в доме, спокойно отпустили в город, только попросив забрать лекарства. Стоило быть благодарной.
Но к тому моменту, когда я вышла на улицу, все уже изменилось. Солнце село, а улица вспыхнула тысячами огней ярких фонарей. Арин встретил меня улыбкой, уже более привычно и уверенно взял за руку, как будто мы договорились, что теперь будем ходить так всегда. Я не возражала, просто немного опасалась. Потому что привыкала к нему столь стремительно, словно он никогда не уйдет из моей жизни. Но ведь я не знала этого наверняка.
Пока мы шли по длинной улице, вокруг пестрели разноцветные лавки. Торговцы выкладывали свои товары на прилавки, завлекали покупателей, везде толпились и собирались совершенно разные люди.
Внезапно, когда мы с Арином обходили небольшую толпу, на другом конце улицы послышался шум. Мы замерли и задержались, как и многие другие, смотрели в ту сторону. Но очень скоро вся улица внезапно стала подхватывать. Я почувствовала, как по улице пронесся порыв теплого ветра, а Арин наклонился ко мне и
