можем наблюдать результаты, но лишь в редких случаях влиять на них.
Сегодня прикоснуться к Нетленному невозможно, не потеряв своей жизни в процессе попыток. Но однажды на этой земле появится человек, который сможет манипулировать Нетленным, апейроном, и перепишет правила, по которым мы ведем само наше существование. В этот день тот человек, может, вообще перестанет быть человеком, хотя мы сможем продолжать считать его таковым. Беспокойство и недоверие вызывают мысль о том, что кто-то сможет быть так близок к тому, чтобы называться богом, но при этом обладать невежеством и низменными желаниями, какими наделяет нас наша плоть.
Мне интересно, может ли однажды сгинуть даже Нетленное.
Глава восьмая
Джесс
Джессу нужно было поспать, но он лежал без сна, думая о том, что он бросил Морган, и представляя ее тихое дыхание рядом. Джесс почти было повернулся. Почти. Но он понимал, что пути назад, к тому, что было когда-то, нет.
«Ей будет лучше без меня».
Еще один спасательный круг уничтожен.
«Ты снова становишься нытиком, – прошептал ему Брендан. – Я мертв. Ты всего лишь умираешь. Постарайся немного повеселиться».
«Заткнись, малявка», – подумал Джесс, но в глубине души он не желал так отвечать. Он закрыл глаза и попытался вздохнуть, но легкие снова словно набились перьями, и попытки сделать вдох лишь вызывали приступ кашля. Джесс тогда сел и снова надел маску; медики были правы: чем больше он ее использовал, тем меньше от нее было эффекта.
Но Джесс не мог уснуть.
Он встал, принял душ, оделся, начал расхаживать. Несколько раз сыграл в кости с людьми, которые работали на Аниту, и все разы проиграл; Джесс подозревал, что они сжульничали, чтобы лишить его карманных денег, но ему было все равно. Это было все равно лучше, чем не делать ничего.
На рассвете Джесс заглянул к профессору Вульфу, который – как и следовало ожидать – ругался.
С Глен.
– Нет, – говорил он, когда вошел Джесс. – Ты не пойдешь с нами. Ты останешься здесь, чтобы выздороветь, и это приказ, солдат. Если ты хочешь, чтобы я отправил сообщение Санти и потратил его драгоценное время на подтверждение моих слов…
– Не беспокойте лорда-командующего, – сказала Глен. – Но я отказываюсь просто лежать, как сломанная игрушка. Я в порядке!
На самом деле она стояла на ногах. И была одета в свою униформу. Она сама – или с помощью кого-то из людей Аниты – отстирала от формы всю кровь, и следы от пуль были почти незаметны. Почти.
– Ты была вчера в нескольких шагах от смерти, – сказал Джесс. – Почему ты не признаешься в этом хотя бы раз?
– А ты почему не признаешься? – Глен пристально посмотрела на него. – С тех пор как ты надышался тем газом, ты выглядишь так, словно тебя выкопали из могилы. Почему бы не отдохнуть тебе?
– Сегодня мне лучше, – солгал Джесс. – И медики разрешили мне трудиться.
Это было правдой лишь отчасти. Джесс надеялся, что Вульф не наводил справки на его счет. Однако Вульф ничего не сказал. Своими горькими темными глазами он рассматривал Глен, выискивая в ней слабости. И даже Джесс вынужден был признать, что не так уж много слабостей в ней было. Пока что.
– Вы не можете оставить меня в логове воров! – сказала она. – Простите, без обид. Некоторые из моих лучших друзей теперь воры.
Джесс одарил ее язвительной усмешкой.
– Поздно извиняться, – сказал он. И понял, что все еще перенимает манеры своего брата. Он вел себя так ради того, чтобы выжить в Александрии, достаточно долго, чтобы подобные привычки стали для него второй натурой. И сказать по правде, это ощущалось… правильным. Возможно, если Джесс ненадолго станет Бренданом, то сможет уравновесить темные провалы в своей душе. – Нам следовало уйти еще вчера вечером, профессор.
– Никто не был готов, – сказал Вульф. – А Аните нужно было время, чтобы организовать своих людей. Выдвинемся сегодня, не проблема.
– Если мы пойдем большим отрядом, то станем легкой добычей.
– Нас никто не увидит.
Джесс знал, что некоторые скрыватели способны прятать себя от посторонних глаз. Это была не совсем невидимость, а скорее отвлечение внимания. Морган так могла. Но скрыть еще одного человека было непросто. А спрятать целую группу? Даже если Анита обладала столь редким сокровищем, как скрыватель в бегах или еще не обнаруженный солдатами библиотеки скрыватель, Джесс не верил словам Вульфа.
А потом он догадался.
– У Аниты есть тоннели, – сказал он. – Ну конечно, у нее есть тоннели. Я должен был догадаться.
– И немаленькие, – сказал Вульф. – Я изучил карты. Они приведут нас прямиком ко входу в Некрополь. Обычно выход стерегут сфинксы. Так что я отправил запрос на их перекодировку, чтобы нас они игнорировали, но скрыватели, очевидно, заняты. Жаль, что Морган пришлось уйти так скоро.
– Ее помощь была нужна в другом месте, – сказал Джесс. – На защите гавани.
– О. Разумеется. Я надеюсь… – Вульф вдруг замолчал, что было достаточно необычно для него, и это заставило и Джесса, и Глен одновременно повернуться и посмотреть на него.
– Надеетесь на что? – спросил Джесс.
– Надеюсь, что все пройдет хорошо, – закончил Вульф. И Джесс понял, что изначально Вульф хотел сказать совсем не это. – Глен. Я с тобой спорить не стану. Если ты хочешь пойти с нами, ладно. Но если ты отстанешь, мы тебя бросим. – Он перевел взгляд на Джесса: – И тебя тоже.
– Так точно, сэр, – в унисон ответили Джесс и Глен. Непреднамеренно.
– Соберите все необходимые вещи, – сказал Вульф. – Пять минут. Встретимся в атриуме.
Он ушел, не дожидаясь ответа. Они посмотрели друг на друга. Глен опустилась на кровать.
– Тебе лучше поторопиться, – сказала она Джессу. – Когда он говорит пять минут, то имеет в виду две.
– Я знаю. У меня все с собой, – сказал Джесс. Он колебался, не зная, что сказать, но потом решился: – Я боялся, что мы потеряли тебя, Глен. Я не могу себе этого позволить. Так что, если ты не готова к работе, не рискуй. Хорошо?
– Ты хуже, чем мои братья, – сказала она.
– Восприму это как комплимент. Мне как раз не хватает родственника.
Глен с немым ужасом уставилась на него.
– Прости, – сказала она. – Я не имела в виду…
– Знаю, – сказал Джесс. – Мне все еще больно, и я все еще вздрагиваю, когда кто-то бередит мою рану. Если хочешь, чтобы мне стало лучше, не умирай при мне, Глен.
– Обещаю, – сказала она. – Давай заключим на этот счет сделку. Я тоже не могу потерять друга. Меня и так мало кто готов терпеть.
– Ты удивишься, когда узнаешь, скольким ты дорога.
– Не распускай нюни, Брайтвелл. – Она взяла его за руку и посмотрела прямо в глаза: – Ты в порядке? Честно? Он взял себя в руки и быстро чмокнул Глен в лоб; она реагировала на все медленнее, чем обычно, и поэтому Джессу все сошло с рук. Но с трудом.
– Не опаздывай, – сказал он
