какой-то стазис.
— Любопытный экземпляр, — заявил Афанасьев, покивав. — Не знаю, почему он вёл себя так странно, но это открывает много любопытных возможностей. Ведь мы ещё ни разу не брали демонов такого уровня в плен. Что ж, стоит отдать вам должное. Хоть вы с ним и не справились, но вы, господин Бронин, поймали знатную рыбку. Думаю, в рейтинге учеников вы займёте почётное первое место уже сегодня вечером.
Я лишь усмехнулся. Рейтинг учеников. Ведь, несмотря на мою прогулку в мир Инферно и вернувшееся чувство магии разума, для меня этот рейтинг важен.
Как бы то ни было, я не планирую пока убираться из этого мира. И почему бы не использовать свой отпуск сполна и побыть студентом в этой Муромской Академии. К тому же Максимуса я уже поймал. Да и оттачивать навыки тоже есть на ком. Там ведь целая орда демонов.
Я повернулся к Афанасьеву, растянув губы в улыбке, и благодарно кивнул:
— Спасибо вам, господин полковник.
Глава 21
Демонстрация
Максимус плохо помнил, что происходило с ним в последний день. Он слишком поздно заподозрил неладное. Возможно, такое лёгкое поражение слабому мальчишке, в чьём теле засел архимаг Алексиус, а так же пленение, помогли ему хоть сколько-то прийти в себя. Уже будучи обездвиженным он понял, что что-то идёт не так и где-то Базалес его обманул.
Ученик архимага пришёл к выводу, что в теле доставшемся ему, была какая-то очень хитроумная ловушка. И эта ловушка, медленно, но верно стала пожирать его разум. Если бы он не спохватился раньше, возможно, и вовсе потерял бы собственную сущность. Но ненависть в нём была куда сильнее, чем любые хитроумные выдумки демонов. Поэтому Максимус смог вовремя обнаружить причину, а именно неожиданных жителей, поселившихся в голове демона. Лучшее что смог придумать Максимус, это изолировать их, пока он не разобрался, что это за угроза такая и как с ней бороться.
Потихоньку сознание стало проясняться. И Максимус, поняв, что попал в серьёзную передрягу, принялся изучать, а где же это он оказался и как теперь выбираться из сложившейся ситуации.
Чем больше Максимус анализировал произошедшее с ним, тем больше у него сводило скулы от злости. Так легко попасться! Он ведь был во главе огромной армии, и эта армия подчинялась ему! Но коварству Базалеса не было предела — он готов был пожертвовать всей армией, лишь бы заполучить такую сильную душу, как у Максимуса.
С армией демонов в подчинении, Максимус мог наделать немало дел в Российской империи, или где там поселился его опальный учитель. Если бы он разобрался в силах, доступных телу, что досталось ему, он стёр бы Алексиуса в порошок. Мощи у него было предостаточно, но в тот момент, когда Максимус почувствовал что цель близка, он будто позабыл обо всём на свете. Весь здравый смысл ушёл куда-то, оставив место бестолковым эмоциям, что толкали его вперёд. Более того, заставляли его попусту бахвалиться и идти в расставленную ловушку.
Он кое-как смог разобраться с телепортацией. А ещё смог освоиться с пламенем, что буквально лилось из него, реагируя на вспышки ярости. Но этого всё равно было мало. Точно недостаточно, чтобы победить или хотя бы навредить Алексиусу.
Когда Максимусу наконец стало ясно, что сопротивляться бесполезно, он попытался выбраться из демонического тела, вернуться в своё родное, но обнаружил одну неприятную деталь.
Перед ним тут же всплыл текст договора, который он заключил с Базалесом. Горящими буквами в договоре вспыхнул срок договора. Тело предоставлялось на один год. Базалес в этот срок не имел права разрывать договор и вернуть тело себе. Но сформулирован пункт был таким образом, что теперь становилось ясно, что в течение этого года, и Максимус тело покинуть не сможет. А вот это он упустил.
Пользуясь случаем, Максимус пролистал договор, в том пункте, где были указаны штрафные санкции за ловушки, намеренно установленные Базалесом для пленения разума или духа Максимуса. Но здесь всё было подозрительно чисто.
Видимо, в теле демона, доставшегося Максимусу, изначально были какие-то жители, попавшие туда не по воле Базалеса. А никаких пунктов защищающих Максимуса от подобных поворотов в договоре не было.
У Максимуса появилось стойкое ощущение, что договор выглядит несколько иначе. Базалес видимо подправил ряд пунктов перед самой передачей тела. К слову, факт передачи приравнивался к подписанию договора и согласием сторон со всеми условиями. Да уж. Слушком уж неосторожен стал Максимус, слишком сильно он хотел поймать и уничтожить своего бывшего учителя и это поглотило его разум.
Максимус подавил в себе начавшую разжигаться вспышку ярости.
Как вышло, так вышло.
Бывший ученик Алексиуса и не из таких передряг выбирался. Он ещё успеет себя обругать за допущенные оплошности. Но это он будет делать уже после того, как выберется и решит появившиеся проблемы.
Разум его понемногу прояснялся, стали проявляться другие подробности. Максимус судорожно принялся анализировать всё произошедшее.
Алексиус действительно был подростком. Он явно был лишён ментальной магии, но и без неё был очень силён. К тому же, в их битве он был не один, ему помогали. По крайней мере, Максимусу показалось, что на стороне Алексиуса выступила вся пустыня.
Когда Максимус попытался разобраться в своём положении, обнаружилась ещё одна подробность. Все его магические способности были заблокированы. Он в который раз почувствовал себя беспомощным. В этом мире ему явно не везло.
Одно дело, когда ментальная магия была сильно ужата и урезана до такой степени, что он едва мог ею пользоваться. Так теперь и способности демона, в которых он не успел даже разобраться, тоже оказались под запретом. И сколько Максимус к ним ни взывал, толку никакого не было. Он снова оказался слаб, подобно простому смертному.
Спустя полчаса, когда он наконец достаточно осознал себя для того, чтобы быть способным оглянуться по сторонам, он обнаружил, что оказался в позорном плену. Руки и ноги его были скованы. Сам он находился в тёмном каземате, а на шее его висел позорный ошейник, что лишал его любой магии, доступной ему.
Последнее, что всплыло в сознании Максимуса, был издевательский вопрос, который задал ему Алексиус:
— За этим ты сюда пришёл? Хотел быстро и эффектно умереть в красивом теле?
И отчего-то эта фраза так сильно разозлила Максимуса, что внутри него поднялась волна гнева, медленно перерастающая в пламенную бурю. И эта буря не спешила успокаиваться.
Так сильно был зол Максимус, что магические оковы, сдерживающие его, кажется, стали давать сбой.
* *
