не накинула шаль. Отвернулась от ворот и быстрым шагом двинулась к дому, чтобы согреться. Как вдруг ощутила у ног морозный ветер. Опустила глаза, застывая на месте. От ступней к лодыжкам поднимался узор инея, пробираясь под юбку и скользя к коленям. Я сглотнула, почувствовав острый взгляд между лопаток. Обернулась.
Сердце рухнуло в пятки.
Не может быть!
По ту сторону ворот виднелась высокая худощавая фигура драгхара, внешность которого я буду помнить всю свою оставшуюся жизнь. Острый нос, угловатые черты, пронизывающие черные глаза. И мерцающие, льдисто-голубые полупрозрачные крылья. Со стоном выдохнув застоявшийся в легких воздух, я сорвалась с места и побежала к особняку.
Оскар уже снял щиты, но поздно. К тому же, еще и зря — спрятаться за его стенами теперь не получится.
Но даже попасть внутрь было не суждено.
Меня нагнал леденящий вихрь, окружил, завернул в снежный кокон и поднял над землей. Я зажмурилась и закричала, хотя вряд ли кто-то услышал.
Когда открыла глаза, ни дома, ни сада, ни мощеной дороги поблизости уже не оказалось.
Зато был очень знакомый двор, из которого я убегала ночью, и высокие металлические ворота, плотно сейчас закрытые. Ничего еще толком не понимая, я сорвалась с места, чтобы умчаться отсюда, как можно дальше, но тут же врезалась в препятствие. Меня схватили за плечи и оттолкнули. Я едва не упала попятившись.
Драгхар был в ярости.
Сверкнули иллюзорные крылья, ослепляя так, что я подняла ладонь к глазам, а затем порыв ледяного ветра ударил в грудь. Я пролетела спиной вперед и врезалась во что-то твердое. Преграда быстро исчезла, помогая мне упасть.
Дневной свет перекрыла высокая мужская фигура, и двери за его спиной захлопнулись. Света здесь было достаточно, я быстро поняла, что нахожусь в фойе особняка. Стала отползать, пока драгхар неторопливо надвигался на меня.
Как так вышло, что он оказался быстрее — не знаю, но совсем скоро мужчина склонился надо мной и надавил ладонью на грудь, распластывая по мраморному полу. Дернул уголком тонких губ, скользнул колючим взглядом по лицу и наконец нарушил тишину:
— Ай-яй, дорогуша. Сбегать от хозяина невежливо.
Этот голос… сотканный из холода и манерно растягивающий гласные звуки, он вводил в состояние панического оцепенения. Но, тем не менее, я нашла в себе смелость ответить:
— Я не твоя собственность. Отпусти немедленно!
Я дрожала на каждом слоге! Ладони стали влажными, а в животе разлилась студеная тяжесть. Вспомнив про магию, попыталась призвать ее, ощутить жар огня, бегущего по венам, и такое необходимое сейчас чувство безопасности. Но его не было… Драконьи чары словно блокировались рядом с драгхаром, или же подавлялись его мощным напором. Несомненно, тлеющей, только-только начавшей просыпаться силе, не тягаться с крылатым.
— Как это, не моя? — наигранно удивился он. Затем усмехнулся, недобро оскалившись, и рывком поднял меня на ноги. — Я отдал прилично золота за твою тушку. Кто ж знал, что приобретаю товар не разового пользования!
Что я могла сказать? Ни единое слово мне сейчас не поможет. Господи, я едва стояла на ногах от охватившего с головой ужаса. Если б это чудовище не держало меня крепкой хваткой, точно грохнулась бы обратно на каменный пол. Собравшись с силами, я дернулась в попытке вырваться. Затем еще раз и еще, принимаясь брыкаться, как пойманная в ловушку дикая кошка.
— Чш-ш-ш, — он обхватил меня обеими руками, крепко прижимая к поджарому телу и обдал жаром дыхания правое ухо. — Я все предусмотрел, в этот раз твои покои без окон.
Я перестала ощущать опору под ногами. Мир снова завертелся в ледяном вихре магии, а комната сменилась новой. Почему он сразу не перенес меня в темницу? Может, магических сил не так много, как я думаю?
Мозг отчаянно искал прореху, любое слабое место в похитителе. Я снова и снова нащупывала в себе драконье наследство, пытаясь ухватиться за малейший импульс.
Раздался какой-то грохот, и меня отпустили. Я отшатнулась, споткнулась обо что-то и завалилась на… кровать. Тут же подскочила, дернулась в сторону и вжалась спиной в стену. Вспыхнул свет — волшебные фонарики, витавшие под потолком.
Упавшим предметом оказался стул — это он создал грохот. Переместившись сюда, драгхар наткнулся на мебель. Кстати, о ней…
Стул и кровать, больше здесь ничего не было. Вообще. Даже ковра или каких-нибудь картин, придавших комнате хоть немного жилой вид.
И действительно ни единого окна. Лишь дверь за спиной чертыхающегося драгхара, плотно сейчас закрытая.
— Зачем я тебе нужна? Ты получил, что хотел — обесчестил, выпил магические силы и жизненную энергию. Разве этого мало? — слова полились из меня сплошным потоком. — Оставь меня в покое! Возвращайся в Аднар, найди себе драгхарку и…
— Нет-нет-нет, не пытайся заговорить мне зубы!
Я осеклась, ощутив защекотавшие по щекам слезы. Зло их стерла, не сводя с драгхара глаз. Он улыбался, с любопытством меня осматривая.
— Магические силы, жизненная энергия… все при тебе. Хоть импульс и слабый, но я его чую. В том-то и вся прелесть. Ты уникальна, милая, и я не успокоюсь, пока не изучу попавшуюся мне шкатулку с секретами.
Он двинулся в бок, обходя все еще валяющийся стул и приближаясь ко мне по широкой дуге.
— Меня зовут Драйкер, кстати. В прошлый раз я не представился. Но ты можешь обращаться ко мне: «Хозяин» или «Господин». Особенно в постели. Мы проведем на ней не один эксперимент, пока я докопаюсь до истины.
Судорожно выдохнув, я покосилась на дверь и медленно двинулась в ту сторону, увеличивая расстояние между собой и драгхаром. Рано или поздно моя сила даст о себе знать, и очень надеюсь, что она будет достаточной для подрыва выхода из этой темницы.
— Может, ты и не человечка вовсе? — продолжал Драйкер. — Или стойкость — твой особый дар. Тогда я приобрел за горсть монет настоящее сокровище.
— Тронешь меня хоть пальцем, пожалеешь, — прошептала, не теряя драгхара из вида.
Он цокнул языком и протянул таким тоном, словно оправдывался:
— Мне придется, милая. Уж прости.
Судя по скользкой ухмылке, последовавшей далее, мерзавец любил театральность.
— И не только пальцем. Я ведь должен проверить, испытать. Знаешь, почему мы платим большие деньги за ночь с человечкой? Драгхарки — идеальны: красивы, изящны, умны. Прекрасные жены. Но любовницы — в большинстве своем так себе. А вот вы… Ох, — он закатил глаза и томно вздохнул. — Такое вытворяете! К тому же, — тут улыбка сползла с его лица, а глаза потемнели, — власть над чужой жизнью… пленяет. Когда я узнал, что могу убить кого-то членом, едва не кончил от
