откликается Льюис. — Предлагаю для начала вернуться в особняк. А там мы сможем взяться за составление дальнейшего плана. Когда дело касается Нортвуда вы можете полностью рассчитывать на меня — я сделаю все, что от меня зависит, чтобы сохранить это место.
— И я очень благодарна тебе за это, — киваю я.
Я уже хочу прислушаться к его совету и сесть в карету, чтобы вернуться в особняк, как в этот самый момент замечаю, что из-за колонны, чуть в стороне, появляется Тиарен. Он спокойно подходит ко мне, вежливо кланяясь — неформально, скорее из уважения:
— Прекрасная речь, Али… кхм, леди Айлин.
Я вздрагиваю: Тиарена я не видела с прошлого вечера, и оттого его появление воспринимается очень волнительно.
— Тиарен! — восклицаю я, подлетая к нему, — Куда ты пропал? Я не видела тебя, с того момента как мы с Рейнаром поехали к Маркусу… А потом ты просто куда-то исчез.
Тиарен разводит руками, в его мягком лице читается усталость:
— Я был у пострадавших. Несколько людей, которые были на празднике, получили сильные ожоги, поэтому пришлось потрудиться.
У меня внутри всё ёкает. Я снова скольжу взглядом по горелым остовам и заново переживаю эти минуты паники. Меня прошибает мороз.
Будто заметив мое состояние, тиарей поспешно добавляет:
— Не волнуйся, ничего серьезного, слава богам обошлось без жертв. А ожоги… они лечатся не так уж сложно.
— Прости, — все же вырывается у меня, — Я… все равно чувствую себя виноватой…
Тиарен поджимает губы, покачивает головой и мягко касается моего локтя:
— Эй, всё в порядке, — говорит он. — Не надо корить себя за этот пожар. В конце-концов, виноват тот, кто устроил весь этот хаос, а не ты. Кроме того, этот пожар позволил нам раскрыть настоящего оборотня. Кто знает, что случилось бы, если бы он продолжал находиться среди нас.
Я тяжело выдыхаю, чувствуя, как с груди снимается хоть небольшая часть груза. А потом, все-таки забираясь в карету, чтобы вернуться обратно, в подробностях рассказываю обо всем, что вчера случилось в доме Маркуса. Я рассказываю про свое внезапное видение, в котором я увидела леди Маргарет, о том как мы действительно нашли ее там, о том как Маркус уже давно сговорился с Нортоном и так далее.
Но чем дальше я говорю, тем больше сгущается тень на лице Тиарена. Под конец разговора, когда я делюсь вслух своими с Корвусом гипотезами, Тиарен тяжело вздыхает и жмурится, словно от боли.
— Не нравится мне всё это, — наконец произносит он, недовольно цыкая.
— Ну, а кому это все нравится? — развожу я руками, — Мы то думали, что в Нортвуде сможем спрятаться от дворцовых недоброжелателей.
— Я не о том, — дергает головой Тиарен, — Я про твои непонятные вспышки магии. Что тогда, когда ты коснулась оберега, что вчера, когда узнала где держат Маргарет. Я по-прежнему не чувствую в тебе ни следа магии… она совершенно точно не вернулась! Так откуда в тебе эти странные способности?
От слов Тиарена становится не по себе и я ежусь, будто на меня подуло ледяным ветром.
— У тебя есть какие-нибудь предположения что это может значить? — осторожно интересуюсь у него я.
— Не знаю, — хмуро роняет Тиарен, — Единственное, что ясно наверняка, так это то, что это не значит ничего хорошего…
Глава 35.2
Во дворе особняка нас встречает парочка охранников из отряда Горгона. Они почтительно кланяются, когда я выхожу из кареты. Глядя на охранников, замерших в такой позе до сих пор чувствую легкую неловкость — в прошлом мире передо мной так расшаркивались только на работе… и то, перед тем, как объявить что у меня не будет новогодней премии.
Я грустно усмехаюсь собственным мыслям и иду следом за Льюисом и Тиареном в особняк — пока мы ехали, Льюис предложил устроить в его кабинете мозговой штурм по поводу наших дальнейших действий. Только ступив на скрипучее крыльцо, меня словно осеняет и я прошу сопровождавшего нашу карету Горгона составить нам компанию.
Горгон удивляется, но ничего не говорит и молча идет следом.
Всю обратную дорогу у меня из головы не выходили слова Тиарена о моих странных способностях. Чем больше я думала о том, что он сказал про то, что «ничего хорошего» мои способности не означают, тем сильнее меня пробирал внутренний холод. Но сейчас мне, наконец, удается отогнать его от себя.
Что толку это постоянно прокручивать в голове, если я все равно ничего не понимаю в здешней магии? Уж лучше тогда сосредоточиться на тех проблемах, с которыми я могу хоть что-то сделать: а именно, последствия пожара, обиженный барон и слабая экономика Нортвуда.
Льюис распахивает дверь и мы входим в особняк — сначала я, а за мной уже Тиарен и сам Льюис. В нескольких шагах позади позади держится Горгон — его тяжёлые шаги отдаются гулким эхом в полутёмном коридоре, а в воздухе ощущается привычный прохладный запах сырого камня и старых досок.
— Прошу, леди Айлин, — Льюис проводит нас к своему кабинету и снова почтительно раскрывает дверь, — Тут мы сможем спокойно всё обсудить.
Кабинет Льюиса — небольшая комната с двумя окнами, пропускающими приглушённый свет. На стенах висят карты земель Рейнара (Нортвуд на них совсем крошечный, зажат между соседними территориями), а вдоль стены — книжный шкаф, заставленный свитками, папками и кипами пергаментов.
Едва мы входим, меня встречает терпкий запах чернил и старой бумаги — такое очень специфическое офисно-средневековое амбре, напоминающее мне родной мир (пожалуй, что-то вроде запаха кучи залежавшихся бумажек на офисном столе).
Мы рассаживаемся вокруг широкого стола. Горгон стоит немного в стороне, будто настороже, но, уловив мой призывный взгляд, чуть смущается и, наконец, тяжело опускается на стул рядом со всеми.
— Итак, — обводит нас серьезным взглядом Льюис, — Давайте для начала определимся, что для нас сейчас является первостепенной задачей.
Учитывая, что я буквально недавно задалась этим же вопросом, тут же отвечаю:
— Защита! Так уж получилось, что сейчас на Нортвуд с одной стороны нацелился Нортон Блэк, а с другой барон Вилфорд. Поэтому, пока у нас не будет хоть какой-то защиты, делать все остальное просто бессмысленно, — с сожалением развожу я руками и поворачиваюсь к Горгону, — Именно поэтому я и позвала вас, Горгон. Можете что-нибудь посоветовать нам на этот счет? Так уж вышло, что
