– Каролина, хватит с меня этих глупостей! – рявкнул Джеффри. Его властный тон заставлял подчиняться самых упрямых баранов и делал покорными даже людей. Известно, что и его мать, попадая под горячую руку сына, вытягивалась перед ним в струнку.
Но Каролина не дрогнула.
– В таком случае ступай, мне надо поговорить с Луизой, – заявила она, спокойно выдержав всплеск его ярости.
– Каролина! – проревел Джеффри, теряя самообладание, и как клещами стиснул ее руку. Конечно, ударить ее он не посмел бы, но кровь в его жилах бурлила, как магма в жерле вулкана, и искала выхода. Джеффри с трудом превозмог себя, чтобы не отыграться на ослепительно ярких диванах и креслах Луизы.
Но, поймав взгляд Каролины, он увидел, что в глазах ее пылает гнев. Боже, да она сжала кулачки, словно собиралась дать ему физический отпор, хотя была меньше и слабее и, естественно, не могла мериться силой с мужчиной! Она не собиралась сдаваться, даже если бы он пригрозил стереть ее в порошок.
Ну что за женщина! В тот момент он не знал, чего хочет больше: поцеловать ее или задушить. И только своевременное вмешательство Луизы спасло ситуацию.
– Чтоб мне пусто было! Она только хотела выяснить, как это делается. Почему бы тебе не показать ей?
От ее слов Джеффри опешил и недоуменно заморгал. Показать ей! Какое скандальное, безответственное и непристойное предложение! Показать ей?
– Давай, не дрейфь! – не унималась Луиза. – Это единственный способ положить конец ее любопытству.
Положить конец ее любопытству... Однако несмотря на ярость, одурманившую его, эта мысль почему-то не показалась ему такой уж кощунственной. Они стояли нос к носу, и только каких-то два дюйма разделяли их губы. Он приблизился еще, в одно мгновение сократив между ними расстояние до минимума.
И тут Джеффри почувствовал, что очутился в сладком плену целомудренной чувственности Каролины. Ее рот приоткрылся, а тело обмякло, и вся она стала покорной и податливой, как шоколадная конфета, таившая в тепле. Он провел рукой по горячей коже ее щеки до границы струящегося шелка волос. Вторая его рука скользнула вниз по гибкой спине, и он притиснул Каролину к себе.
Из груди ее вырвался томный вздох, эхом отозвавшийся в его сердце. Никогда прежде не испытывал он такого желания, такого голода, такого... трепета.
– О Боже, – простонал он, целуя ее.
Вдруг раздался стук в дверь, следом за которым с улицы донесся хриплый голос пьяного в стельку мужчины:
– Луиза!
– Чтоб мне провалиться, если это не Ральф!
Джеффри похолодел. С трудом оторвавшись от Каролины, но не выпуская ее из объятий, он вопросительно посмотрел на Луизу поверх прекрасной белокурой головки.
– Ральф? Барон Ральф Олдин?
– Ага, – кивнула танцовщица, и ее темные глаза расширились. – Никого лучше его нет. У него денег куры не клюют, и в городе он появляется всего несколько раз в месяц.
– Вот проклятие!
– И то правда. Он никогда не умел держать язык за зубами. Меньше всего хотелось Джеффри услышать от Луизы подтверждение своих худших опасений. Но он взял себя в руки и укротил бушевавшее в нем любовное томление.
– Отвлеки его, – хмуро бросил он лежавшей на кровати Луизе. – Мы выйдем через заднюю дверь.
– Это тебе не Букингемский дворец! Здесь нет черного хода.
– Луиза! – снова позвал с улицы пьяный барон. – Отвори, милая, твой сержант явился не запылился и при оружии!
– Иди ты! – чертыхнулась Луиза под нос и громко добавила: – Иду, любимый! Дай мне минуточку, чтобы привести себя в порядок.
Джеффри снова выругался, однако результат был тот же. Каролина в отличие от них молчала и только еще теснее прильнула к графу. Ее сладкая плоть давно занимала все его помыслы и служила источником вожделения. Джеффри продолжал сжимать ее в объятиях, не в силах расстаться с ней хоть на секунду.
– Где твой плащ? – наконец спросил он, стараясь не вдыхать нежный лавандовый аромат ее волос.
– Я принесу. – Луиза проворно, выскользнула из спальни и спустилась в гостиную.
Джеффри кивнул и взглянул на Каролину. Ее взор оставался затуманенным, она как будто продолжала витать в облаках, а на губах играла обольстительная улыбка. Кремовая кожа окрасилась трепетным румянцем. От нее исходили почти осязаемые волны девичьей непорочности.
– Каролина?
– Хм-м?
– Ты должна притвориться... шлюхой. Если мы хотим, чтобы гость Луизы не обратил на тебя внимания, нужно, чтобы все выглядело естественно. Тогда он тебя не запомнит.
– Очень хорошо, Джеффри, – промурлыкала она.
Граф, хмуро сдвинув брови, всматривался в лицо Каролины. Она выглядела безмятежной. И неотразимо красивой. Ее глаза мерцали каким-то звездным блеском. Она смотрела на него спокойно и доверчиво, словно видела перед собой рыцаря в сверкающих доспехах и не сомневалась, что он не даст ей погибнуть.
– Господи, какая ты прелесть.
– Правда? – спросила она, и от удивления и радости ее глаза засверкали еще ярче.
– Правда, – ответил он и целомудренно чмокнул ее в носик. Однако ее пухлые губы были совсем близко, а призывно запрокинутая голова манила Джеффри к себе. Неудивительно, что он даже не заметил, как опять погрузился в экстаз нового поцелуя.
– Чтоб мне пусто было! – произнесла Луиза со вздохом, вернувшись из гостиной. – Вы двое еще хуже, чем его милость барон под дверью, хотя он пьяный, как свинья, надравшаяся рома.
С улицы послышались громкие звуки нестройного пения.
– Джеффри – Каролина взглянула на графа с плутовскими искорками в глазах.– А ты не мог бы сейчас дотронуться до моего корсажа? Видишь ли, мне не хватает этого для полноты ощущений и более точного понимания того, что мне поведала Луиза.
Он беспомощно застонал, не уверенный, стоит ли уточнять, что именно узнала Каролина от его бывшей любовницы. Однако его тело, подогреваемое жадным любопытством, непроизвольно напряглось.
– Ну же, милая, – обратилась Луиза к Каролине, – надень плащ и завернись поплотнее.
Но Каролину вопрос собственной безопасности, похоже, ничуть не волновал. Тогда Джеффри, не желая испытывать на прочность свой здравый рассудок и надежность репутации Каролины, взял инициативу в свои руки и, отодвинув ее от себя, поспешно укутал в просторную накидку из серой шерсти, оставив снаружи только нос.
– Вперед, Джеффри! Я знаю, что делать, – говорила Луиза, подталкивая парочку к двери. – Смотри не подкачай, все должно выглядеть естественно. – С этими словами танцовщица кокетливо ему подмигнула.
В этот момент из глубины складок серой материи до слуха Джеффри донесся какой-то странный сдавленный звук, заставивший его насторожиться. А что, если Каролина подведет? Вероятно, только сейчас до нее наконец дошло, в какую ситуацию они оба попали и чем это им грозит. Как бы с ней не случилась истерика! Такого исхода он боялся больше всего. Дрожащими пальцами Джеффри торопливо распахнул капюшон и увидел, что Каролину сотрясают приступы беззвучного хохота.
