Глава двадцатая
Салинас — занюханный городишко, отстоящий недалеко от побережья, находится в одном округе с живописным Монтереем, но разительно отличается от своих богатых прибрежных соседей. Салинас живет на доходы от овощных ферм, которые окружают его, и от заводов пищевых продукте, расположенных в промышленной части города. На востоке чадит фабрика приправ Макормика, отравляя воздух ядовитыми запахами; на улицах города толкутся кочующие сельскохозяйственные рабочие, надеющиеся получить место.
Ник подумал, что только в Салинасе он сможет отыскать след прошлого Бет Гарнер. Она сказала, что жила там с мужем и что он работал в городской клинике. Может быть, ее бывшему мужу было известно что-то, а если так, Ник был решительно настроен вытянуть из него все.
В бесплатной клинике лечились в основном кочующие сельскохозяйственные рабочие. Ник нашел ее на краю города; к ней прилегали поля и железная дорога.
В пункте первой помощи хватало пациентов, ожидающих приема у врача, но Ник не собирался становиться в длинную очередь. Он подошел прямо к столику, где дежурили медицинские сестры. Там сидели две девушки, которым на вид было около тридцати. Они разбирали какие-то бумаги.
— Привет, — сказал Ник одной из них. — Мне нужен доктор Гарнер. Вы не подскажете мне, где его найти?
— У нас не работает доктор Гарнер, сэр.
— Разве?
— Он работал. Несколько лет назад, когда я только пришла сюда. Доктор Джозеф Гарнер.
— Его я и ищу, — сказал Ник.
— Я понимаю, но боюсь, его больше нет с нами.
— Вы знаете, где он теперь?
— Нет, вы не поняли. Его нет больше с нами. Его вообще нет. Он умер.
— Умер? Как умер? Медсестра помедлила.
— Он был застрелен. Больше я ничего не знаю.
* * *
Ник нашел одного из помощников шерифа Салинаса, тот стоял перед зданием полиции и поливал из шланга белого «шеви блейзера». Это была не полицейская, а личная машина; видно, парень располагал уймой времени — он мыл ее и разговаривал с коллегой из большого города.
— Доктор Гарнер… Пренеприятная история. У нас довольно спокойный городишко. Кочующие сельскохозяйственные рабочие особых хлопот не доставляют. Они знают, что, если попадут в какую-нибудь переделку, то их тут же выдворят отсюда.
Вода барабанила по боковой двери большой машины.
— Так что же Гарнер? Что с ним произошло?
— Я же сказал, странное дело. Он шел домой с работы. Они с женой жили в паре кварталов от клиники. Кто-то проехал мимо и выстрелил в него.
— Проехал мимо? — переспросил Ник. — Это что — Окленд?
— Нет. Я же сказал, что это довольно странный случай.
— Из какого оружия стреляли?
— Из револьвера тридцать восьмого калибра. Преступника не нашли.
Он направил шланг на шины, сильная струя воды смывала грязь с колпаков ступиц.
— Были какие-нибудь подозреваемые?
— Нет. Никаких подозреваемых, никакого повода для убийства. Дело осталось нераскрытым.
— А его жена никогда не подозревалась? Помощник шерифа убрал воду и с любопытством взглянул на Ника.
— Знаете, сюда приезжал еще один ваш парень из Фриско[8].
Это было около года назад. Он задал мне такой же вопрос. Хотелось бы знать, в чем тут все-таки дело?
— Обычная работа, — сказал Ник, они оба знали, что на языке полицейских это означает: «Не суй нос не в свои дела».
— Да он так и сказал — обычная работа. Вы оба одного и того же мнения.
— Вы не помните его имени?
Помощник шерифа подумал некоторое время, потом покачал головой.
— Нет, не помню.
— А если бы я назвал его, вы бы узнали?
— Возможно.
Он снова включил шланг, сосредоточившись теперь на задних шинах.
— Нилсен?
— Он самый.
— Так она когда-нибудь подозревалась?
— Нет, — покачал головой полицейский. — Был какойто слушок. Но дальше этого дело не пошло.
— Какой слушок? — на отставал Ник.
— Да о какой-то подружке.
— У него была подружка?
— Нет. У нее. Но я же говорю, дальше этого дело не пошло.
Он выключил шланг и начал свертывать его. «Шеви» сиял, с него стекала вода.
— Спасибо, — сказал Ник.
— Надеюсь, я помог.
— Помогли, — сказал Ник. — Помогли.
* * *
В доме Кэтрин в Стинсон-Бич слышался непривычный звук. Звук, такой же размеренный и ритмичный, как шум прибоя. Это давал о себе знать лазерный принтер ее компьютера, из которого выскакивали готовые страницы новой книги.
Машина работала так тихо, что Ник узнал о ее существовании только тогда, когда оказался в соседней комнате. Кэтрин не появлялась, но кто-то взял с подноса первую стопку напечатанных страниц. Он взял титульный лист. Там была надпись: «СТРЕЛОК». Кэтрин Вулф.
— Тебе нравится название? — Кэтрин стояла в дверном проеме.
— Очень захватывающе, — сказал он.
— Все кончено. Я написала книгу. Он перебрал страницы.
— И каков же финал?
— Я же сказала тебе. Она убивает его. — Кэтрин примяла сигарету. — До свидания, Ник.
— До свидания?
— Я закончила книгу. — Ник, казалось, не придал значения ее словам. Он не трогался с места. — Ты слышал, что я сказала?
Ник, видимо, не слышал. Он смотрел на нее, желая найти на ее лице какой-нибудь знак, какой-нибудь символ надежды на примирение.
— Мой герой мертв, Ник. Это означает — до свидания. Она отвернулась от него к террасе.
— Чего ты хочешь, Ник, цветов? Я пришлю тебе копию книги с афтографом. Тебя устраивает?
— Ты что? Шутишь? — Он готов был улыбнуться, уверенный, что, наконец, разгадал ее. — Ты снова взялась за свои игры?
— Игры кончены, — твердо сказала она. — Ты был прав. Это было секс-чудо века, Стрелок.
— О чем ты говоришь, черт побери? Из дальних комнат кто-то крикнул:
— Кэтрин?
Это был немолодой голос, зов старой женщины.
— Я сейчас приду, Хейэл, — ответила Кэтрин. — Пока, Ник, — спокойно сказала она.
— Но…
— Никаких «но», — проговорила Кэтрин.
В ее голосе было что-то такое, отчего он понял, что она впервые говорит абсолютно всерьез.
* * *
Ник появился на пирсе раньше Гаса. Он сидел в «мустанге» и курил. Гас подъехал к нему сбоку, стал рядом и нажал на клаксон. Он наклонился и открыл дверцу большой старой машины напротив пустого сиденья.
— Садись, — крикнул он Нику.
Карран залез в машину, взглянул на лицо напарника и понял, что тот раскопал что-то важное, что-то значительное. Гас был явно взволнован.
Я раздобыл много интересного для тебя, сынок. Я обзванивал людей, которые жили в общежитии вместе с Трэмелл. Поехал в Беркли и достал его ежегодник, приложение к нему со списком бывших студентов, все. Они очень помогли мне, эти ребята из Беркли.
