его взял? Или её? Ты назвал его челнок. Почему?
— Ну… Он ещё и в нашем времени просто перемещаться может. Как самолёт. Только беззвучно.
— И тоже нас никто не увидит? — спросила, распахнув глаза, как окна, девочка.
— Никто, — покрутил я головой. — Хочешь попробовать?
Сначала Светлана помолчала. Потом поморщилась и зябко повела плечами. Мне интересно было наблюдать за трансформацией её сознания. Её принятия новой реальности. Где существуют: я, она и машина времени.
— Ты не сказал, откуда она у тебя? Где ты его взял, этот челнок?
— Пришельцы подарили, — почти не соврал я. Не мог же я сказать, что получил его в виде контрибуции за похищение меня электрами.
— Подарили⁈ — очень удивилась Светлана. — Просто так взяли и подарили? И что за пришельцы? Инопланетяне, что ли?
— Ну, да, — снова кивнул я. — Не просто так. Я спас их. Они потерпели аварию у нас. Их космический корабль упал в море, а я их спас.
Девушка потрясла головой.
— Бред какой-то! Какие пришельцы? Какие инопланетяне? Какой космический корабль? Ты, точно, фантастики начитался. А это, скорее всего, твои цирковые фокусы. Новый номер готовишь?
— Заходи вовнутрь и всё сама поймёшь, — сказал я, улыбнувшись и подавая ей руку. — Сейчас я тебя на один необитаемый остров отвезу.
Светлана с моей помощью поднялась на ноги и спросила:
— А твой мопед?
— С нами полетит, — сказал я.
— Я высоты боюсь.
— Странно, а в самолёте не боялась.
— Так, то — самолёт…
— А это⁈ — деланно возмутился я. — То же самое, только без крыльев и хвоста. Представь, что это — дирижабль.
— На дирижаблях я летать боюсь.
Она смешно поморщила нос.
— Можно и не лететь, — пожал плечами я. — Хотел тебе круглую лагуну показать внутри атолла. Очень красивую. Представь кольцо белого кораллового песка, на нём кокосовые пальмы…
— С настоящими кокосами⁈ — воскликнула девочка.
— С настоящими. Я тебе даже сорву несколько штук и дам испить его водицы.
— А можно мы один домой возьмём? — спросила Светлана. — Мама тоже никогда кокосы не видела.
— Хоть пять, — пожал плечами я. — Не знаю, сколько там уродилось. Но мы найдём остров с кокосами. Я знаю кучу таких остров. На экваторе на островах вообще много растёт кокосовых пальм.
— На экваторе? Полетели, — сказала Светлана и шагнула к челноку.
* * *
Мы «высадились» на берегу одного из островов Индийского океана атолла Эгмондта. Кокосы произрастали здесь в промышленных количествах, что, как я понял, для Светланы было главным в параметрах острова, но сам остров был абсолютно необитаемым. В семидесятых он ещё не стал заповедником и местом паломничества яхтсменов. Кроме кокосов, огромной лагуны, белого кораллового песка, здесь не было никого. Правда была вода в виде небольшого ручейка. Чуть солоноватая на вкус, но вполне себе питьевая.
— Ой! И правда кокосы! — проговорила Светлана, выйдя на берег и оглянувшись на «лес», который начинался буквально в метрах десяти от кромки воды. Сколько-нибудь значимых волн в лагуне не было никогда.
Я сбросил кроссовки, спортивный костюм, взял приготовленную заранее верёвку, огромный нож-тесак и вскарабкался по стволу пальмы, как обезьяна.
— Ой! — проговорила Светлана и захихикала.
Вид на меня снизу был, наверное, пикантный. В труселях семейных-то… Хм! Так и засмущаю девочку…
Быстро привязав себя к дереву, я, тем самым, освободил себе руки и нарубил этими руками с тесаком крупных зелёных кокосов.
Осле спустился на песок и кокосы надрубил в нужных местах, проковырял дырочки и отдал Светлане.
— Пей! — сказал я.
Она наклонила отверстие над губами и, естественно, сладкая водица полилась мимо, смочив щёки и подбородок. Светлана рассмеялась и отстранилась.
— Прохладная! — радостно сказала она и снова попробовала попасть струйкой в рот. Получилась и девочка закатила глаза и зажмурилась. Она жадно глотала, пока не задохнулась. Тогда она отстранила орех и перевела дыхание.
— Какое блаженство! — проговорила она. — А ты чего не пьёшь?
— Подожди, у нас в челноке есть коктейльные трубочки.
— Ах ты! — замахнулась она на меня. — Не мог сразу достать. Я тут обливаюсь…
— Это такая была картина, что я её обязательно напишу, — сказал я тихо, но восторженно.
Она шагнула ко мне, я к ней, мы обнялись и поцеловались. Светлана была сладкой и вкусно пахнувшей кокосом. Однако, я не позволил себе злоупотребить положением, а оторвавшись от пряных ароматных губ, шагнул в челнок.
— Ах! — сказала Светлана и нашла меня глазами уже выходящим из челнока. Взгляд у девушки был до предела расфокусирован.
— Ну, всё-всё-всё, — сказал я и ей, и Пашке.- Продолжаем отдыхать… Поверила теперь, что это не цирковой номер.
Я показал на челнок, смутно прорисовывающийся в туманной дымке.
— А как мы так? Раз и уже здесь! Ты говорил — самолёт. Дирижабль… Я и думала медленно, как на воздушном шаре полетим.
— Он может с любой скоростью перемещаться, — сказал я, пожав плечами. — Ты же сказала, что боишься высоты. Вот я и подумал…
— Правильно подумал. Я бы умерла от страха на высоте. А так и не заметила. Раз и всё.
Девушка обвела, принявшими сфоксированное состояние глазами, берег, лагуну, пальмовый лес.
— И вправду одни кокосы! — восхитилась она. — Привезём маме, ага?
— Привезём, — кивнул я. — Пошли купаться!
— А ты не хочешь, что ли кокосового молока? Хм! Хотя и не молоко оно вовсе. Не похоже совсем на молоко.
— Попью, конечно, — сказал я и, в два удара отрубив бугорки, проковырял там отверстия и просунул в одно «соломинку» и снова отдал Светлане.
— Пей ещё, если хочешь, — сказал я.
— Хочу!
Мне тоже нравилось «жидкое кокосовое молоко». Да и мякоть этого ореха тоже нравилась. Поэтому я тоже расправился с двумя «упаковками» молока.
Потом мы купались, загорали и ничего не делали. Потом Светлана проголодалась.
— Я бы сейчас шашлык съела. Но твоего. Ты его так классно готовишь!
— Сейчас пожарим. У нас в челноке есть мясо.
Светлана со странным выражением лица посмотрела на меня.
— У тебя не челнок, а холодильник, что ли?
— И не только холодильник, — сказал я. — Скоро ты всё про него узнаешь.
— Почему скоро? Почему
