не сделает то, что велено.
– Виселицей? Ты же не думаешь…
– О-о, я ничего не думаю. Сильверу Пайн был нужен живым, поэтому вряд ли ловушку устроил он. Халдее Пайн тоже не мешал, потому что она влюблена в тебя, значит, и она не виновата. Гарвингтон тоже вряд ли, Пайн был ему надеждой и опорой… ну, Ламберт, продолжай, предложи кого-то еще.
– Некого предлагать. И двое из троих, упомянутых тобой, были внутри поместья, когда прозвучал второй выстрел, – выходит, у них алиби.
– Надо искать не стрелка, – неторопливо произнесла мисс Гриби, – а того, кто написал письмо. Как только найдем любителя подделок, вскоре обнаружим и убийцу.
– Верно, но как это сделать?
– Я вызову Сильвера и заставлю его отдать письмо.
– Попробуй.
– Да уж как-нибудь справлюсь. Коротышка трусоват, я надавлю на него, и он уступит. – Мисс Гриби говорила очень уверенно. – Тогда мы увидим, на какой бумаге написано письмо, возможно, есть конверт, который укажет, откуда его отправили. Конечно, этот мастер подделки хорошо знает почерк Агнес.
– Бесспорно, – быстро сказал Ламберт. – Похоже, для начала ты хочешь сделать верный ход. Но у нас всего четыре дня, а дальше – ход Сильвера.
– Когда я получу письмо, ходить ему будет нечем, – с решительным видом сообщила мисс Гриби.
– Будем на это надеяться. Но, Клара, пока ты здесь, хорошо бы тебе повидаться с матушкой Ракушкой.
– Это старая цыганка-гадалка, похожая на вдову из богадельни? Зачем мне с ней видаться?
– Она ненавидит Халдею, и я подозреваю, что Халдея как-то в этом заговоре замешана.
– Ха! – мисс Гриби потерла свой орлиный нос. – Заговор. Может, ты и прав. Но должна быть причина.
Ламберт покраснел.
– Халдея хочет, чтобы я на ней женился.
– Шалунья! Про это мне известно. Я предупреждала тебя – не надо звать ее позировать. Но это не причина, мой дорогой. Зачем ей убивать Пайна? Тогда его жена получит свободу и сможет выйти за тебя.
– Согласен. И все же… и все же… черт возьми, – молодой человек в отчаянии схватился за волосы и уставился на огонь. – Должен же быть мотив!
– Я тоже его не вижу. Может, его надо искать в Лондоне?
– Цыганам закон не писан еще больше, чем лондонцам, – быстро заметил Ноэль. – Скорее, врагов надо искать у Хирна, а не у Пайна.
– Я так не думаю. – Мисс Гриби поднялась, собираясь уходить. – Хирн был никем, а Пайн – миллионером. У преуспевающих людей от врагов нет отбоя.
– На дознании было сказано, что у Пайна врагов не было.
– Чепуха. Сильный человек, сколотил состояние – как тут без завистников? Держу пари, что его убийца ходит во фраке и шелковой шляпе. Но я поищу матушку Ракушку – почему не узнать, что она думает о твоей смазливой шлюшке из цыганского племени?
– Никакая она не моя. Я к ней абсолютно равнодушен.
– Это не имеет значения. Всегда есть тот, кто любит, и тот, кого любят, как говорит Гейне, отсюда все трагедии в нашей жизни. И эта вряд ли исключение, хотя, возможно, Пайна застрелил какой-нибудь завистливый биржевик – убрать удачливого финансового конкурента. Однако посмотрим.
– Еще одна просьба, Клара, – быстро сказал Ламберт. – Загляни к Агнес и скажи ей, пусть о Сильвере не беспокоится. Она ведь думает, что через несколько дней грянет всемирный потоп.
– Напиши ей, что за дело взялась я и беспокоиться о Сильвере больше не надо. Я все улажу.
– Не слишком ли ты самоуверенна?
– Не слишком. Я сверну ему шею, если он меня не послушается. Без зазрения совести.
Ламберт окинул взглядом ее мужской облик и рассмеялся.
– Вполне тебе верю, Клара. Выпьешь перед уходом чая?
– Нет, спасибо. Между приемами пищи – никакой еды.
– Послеобеденный чай – это не еда.
– Чепуха. Это слабость. Я не Гарвингтон. Кстати, где он?
– В Париже, вернется через несколько дней.
– Только не позволяй ему вмешиваться в это дело, он все испортит.
– Не позволю никому, кроме тебя, Клара, Гарвингтон ничего и знать не будет.
Мисс Гриби кивнула.
– Только так. Узнай Гарвингтон о наших секретах – и все, о чем мы хотим умолчать, попадет в газеты. Он болтливый обжора. Что ж, будь здоров, старина, и береги себя. Хороших людей мало.
Ламберт пожал ее большую руку.
– Я ужасно тебе признателен, Клара.
– Не благодари раньше времени, старина, – рассмеялась она и направилась к двери. – Кстати, не позвать ли тебе доктора?
– Нет. К черту доктора! Со мной все хорошо. Через несколько буду на ногах, вот увидишь.
– Тогда возьмемся за дело вместе. Крепче держи флаг, дружище, раз у штурвала судна стала я.
И, попрощавшись на морской лад, она удалилась мужской походкой, насвистывая веселую мелодию.
Оставшись один, больной уставился в огонь и задумался: не ошибся ли он, доверившись ей? Поразмыслив, он пришел к выводу: это было лучшее, что он мог придумать, ведь он сейчас беспомощен и без помощника не обойтись. К тому же мисс Гриби полностью избавилась от страсти, какую когда-то к нему питала, – можно в этом не сомневаться.
«Надеюсь, Агнес это тоже поймет, – подумал Ламберт, начиная писать ей письмо. – Она ведь всегда относилась к Кларе с легким сомнением».
Глава XIV
Мисс Гриби, детектив
Мисс Гриби сказала Ламберту, что намерена оставаться в «Гербе Гарвингтонов», пока не раскроет тайну смерти Пайна. Но после беседы с молодым человеком планы пришлось изменить – появилась важная улика, компрометирующее письмо. И мисс Гриби решила немедленно вернуться в Лондон, чтобы это письмо заполучить. Сильвер, несомненно, будет сопротивляться, но его хозяйка была настроена решительно: со своим секретарем она справится и добьется своего, нажмет на него и принудит к сдаче. Когда письмо будет у нее, она покажет его Агнес и послушает, что та скажет об этой искусной подделке. От этого будет зависеть ее следующий ход в этой сложной игре. Но раз уж она здесь, надо собрать все возможные улики, связанные с возможным участием в преступлении Халдеи, – и мисс Гриби прямо из хижины Ламберта отправилась в цыганский табор.
Там она застала бродяг, взбудораженных предстоящими выборами. Если точнее, суета объяснялась появлением на повестке дня серьезного вопроса: низложить с цыганского трона Джентиллу Стэнли, а на ее место поставить Халдею. Мисс Гриби смешалась с толпой, раздала несколько шиллингов, чтобы развязать языки, и быстро поняла, что происходит. Халдея, хорошенькая и беспринципная, хитростью приобрела огромное влияние среди младших членов племени и вот теперь хочет, чтобы главой племени избрали ее. Цыгане постарше мудро решили, что опытный правитель лучше хорошенькой пустышки, поддержали матушку Ракушку, и табор разделился надвое. В ход шла брань, а иногда и кулаки – цыгане шумели возле шатра старухи, слушая перепалку между ней и молодой претенденткой на трон. Мисс Гриби, скрестив ноги и опершись на дубинку, слушала
