он покинул плот и махнул рукой парням. Те тут же кинулись к своей поделке и оттащили плот чуть выше по течению, после чего оккупировали сразу десятком человек. Сам Роман вышел на берег отдохнуть. К нему тут же подскочила служанка, подав кружку с чаем. Аленка посмотрела на нее с ненавистью и завистью. Вот кому повезло-то! И статями — грудь такая, что все парни шеи себе сворачивают, вслед ей глядючи, и тем, что она уже подле барина оказалась.
Девушка не знала, когда барин пойдет к ней. «Да и пойдет ли?» мелькнула у нее тревожная мысль. При взгляде на служанку становилось понятно, что если та уже в полюбовницах ходит, то у Аленки мало шансов с ней тягаться. Остается лишь верить слухам, что та нос воротит, и барин ее еще к себе в постель не затащил по доброте душевной.
Но вот Роман вновь пошел в воду, правда уже не к плоту — а просто поплавать. На берегу засуетились его младшие братья, которые принялись быстро раздеваться. Тоже купаться пойдут. Аленка же заметила иное — барин, попав в воду, сделал несколько гребков да перевернулся на спину и поплыл по течению. В ее сторону! Это ее шанс. Надо просто его подождать и вот тогда… Она своего не упустит!
* * *
Понырял я знатно, аж самому понравилось. Под конец так еще решил и немного выпендриться, да не просто нырнул, а сальто вперед сделал. Не скажу, что у меня все получилось, но и полным провалом попытка не закончилась. Вышел на берег я с чувством приятной нагрузки на мышцы. Да и солнце уже не казалось столь жарким, а наоборот — ласково пригревало тело. Иван с Игорем с завистью смотрели на меня, но со стульев не подскакивали.
— Хороший прыжок, братец, — старательно подражая тону отца, сказал Игорь. — Не желаете ли чаю?
— Желаю, — рассмеялся я.
Пелагея тут же налила и мне чашку. Отпив пару глотков и так и не дождавшись от братьев никаких просьб отпустить и их покупаться, я решил заканчивать с наказанием.
— Можете тоже в воду окунуться.
Те чуть ли не подпрыгнули и сначала даже с недоверием и подозрением посмотрели на меня
— Я не шучу. Корней, проследишь за ними.
Мужик молча кивнул, скинув портки и оставшись в одной рубахе. Близнецы, убедившись, что им и правда разрешили купаться, и мучение закончено, наперегонки принялись раздеваться.
Люда купаться отказалась, оставшись сидеть под зонтиком и попивая чай.
Оставив близнецов под присмотром Корнея, я сам вновь пошел в воду. Хотелось просто полежать на спине, ни о чем не думая, и понаслаждаться тем, как волны качают мое тело.
Я даже в какой-то момент глаза прикрыл от удовольствия. И вздрогнул всем телом, да чуть не ушел под воду, когда услышал над ухом девичий шепот:
— Как я рада, что вы пришли, барин.
Всю расслабленность с меня как ветром сдуло. Приняв вертикальное положение, я повернулся к девушке. Рядом со мной с лукавой и предвкушающей улыбкой держалась на воде Аленка. Девушка придвинулась ближе, почти вплотную, заглядывая мне прямо в глаза.
— Не слушайте, мою матушку, барин. Не ей моей судьбой распоряжаться. Только пожелайте — и я вся ваша.
Тут она обхватила меня руками и прижалась всем телом. От ощущения, как мягкая девичья грудь прикасается к моему обнаженному торсу, накатило возбуждение. Хорошо хоть не такое крышесносящее, как в прошлые разы. Сказалась все-таки близость с Пелагеей! Но молодое тело давно «отдохнуло» от прошлого раза и было не прочь снова «в бой». Это почувствовала и сама Аленка.
— Барин, давайте уединимся в овраге? Я вам покажу, насколько могу быть страстной. Вы не разочаруетесь.
— Оставь свои попытки, — мягко отодвинул девку я от себя. — Меня твое тело не интересует. Если кроме него ты ничего не можешь предложить, то мне тебя даже жаль.
Та вспыхнула от возмущения и обиды.
— Да как вы⁈.. Я вам самое дорогое предлагаю, а вы нос воротите?
— Ноги раздвинуть — дело нехитрое, — усмехнулся я. — А что ты кроме этого можешь, чтобы мне интересна стала? Ничего? Спрашивал я про тебя. Никто не сказал, что ты мастерица справная, или хозяйка ответственная и умелая. Или еще в чем-то выделяешься средь других. Все твердят — ленивая, даже самых обыденных вещей нормально сделать не можешь. Только хороводы водить, да задом перед парнями крутить. Так с этим тебе в ночные бабочки самая дорога. Знаю я в Царицыне сутенершу одну. Могу пристроить тебя к ней, коли ты так откровенно хочешь своим телом торговать.
На глазах у девки навернулись слезы.
— Я только вам… только к вам… а вы… — зашептала она.
— А мне ты неинтересна, — оборвал я ее всхлипы.
Жестоко? Может быть. Но давать ложных надежд и создавать проблемы себе и ей я не хотел. Уж лучше сразу оборвать любые фантазии, что она там себе навыдумывала, чем потом разгребать последствия неумных поступков.
Аленка судорожно вздохнула и резко развернулась, хлестнув меня своими мокрыми волосами. После чего быстро поплыла в сторону берега. Вот и хорошо! Пускай идет домой. Может, поревет конечно. Но потом успокоится, а как старше станет, так еще и благодарна мне будет, что не пошел у нее на поводу.
Единственное, за что я переживал — как бы она какую глупость не совершила. Руки на себя от горя не наложила или еще что. Потому тут же погреб к берегу, где подозвал Пелагею.
— Слушаю, барин, — отвлеклась она от ухаживания за Людой.
— Я сейчас Аленку видел, — лицо служанки помрачнело. Чтобы тут же смениться радостной улыбкой от следующих моих слов. — И отказал ей в ее желании пойти ко мне в любовницы. Но переживаю, как бы она чего не учудила. Ты поговори с ее подругами, чтобы приглядели за ней. Хорошо?
— Я их не очень хорошо знаю, — растерялась Пелагея.
— Но ведь видела их? — та
