творческого драйва. Сергей и София договорились встретиться у главного входа, рядом с книжным магазином. София уже ждала его, изучая афишу с анонсами лекций. На ней было элегантное пальто цвета кэмел и яркий, связанный вручную шарф. Сергей подошёл сзади и легонько коснулся её плеча. Она обернулась, и её глаза засветились. — Привет! Я уже начала думать, что ты заблудился в лабиринтах современного искусства, — улыбнулась она. — Пробки — это тоже часть московского кода, — отшутился он — Ну что, идём к нашим будущим кураторам? Они поднялись на третий этаж, где располагались офисы галеристов. В небольшом, залитом светом кабинете их ждали два куратора — строгая женщина в очках и молодой парень с дредами. На столе были разложены распечатки фотографий проекта Софии и Сергея. — Итак, господа художники, — начала женщина, поправляя очки. — Мы посмотрели ваш материал. Концепция «Москва: Код доступа» нам очень близка. Это не просто пейзажная фотография, это попытка взломать визуальный код города. — Мы хотим показать Москву не глянцевой, а живой, дышащей, — добавил парень с дредами. — С её ритмом, усталостью и красотой. Обсуждение было бурным. Говорили о формате (выставить решили не только фото, но и несколько коротких видео-артов), о печати работ на металле для эффекта объёма и о названии. — «Код доступа» звучит слишком технологично, может быть... — начал Сергей. — Нет-нет! — перебила София. — Оставь так. Это современно. Это про то, что город пускает к себе не всех. А твои работы — это твой пропуск. Кураторы одобрительно закивали. Встреча прошла успешно: договорились о весне как о времени открытия, набросали предварительный список работ и наметили следующие шаги.
*** Выйдя на улицу, они решили согреться в уютной кофейне неподалёку. Внутри было тепло и пахло корицей. Они заняли столик у окна с видом на канал. Сергей смотрел, как София размешивает ложечкой какао с маленькими зефирками, и наконец решился. Он взял её за руку через стол. — Слушай... я хотел тебя кое о чём спросить. Она подняла на него взгляд, улыбаясь. — Звучит серьёзно. — Не то чтобы... Хочу пригласить тебя встречать новый год у меня дома, соберутся мои однокурсники, друзья. Будет шумно, весело... Я бы очень хотел, чтобы ты была там. Со мной. София замерла на секунду. Её улыбка стала мягче, но в глазах мелькнула тень сожаления. Она сжала его руку в ответ. — Серёж... это так мило с твоей стороны. Правда. Но у нас в семье есть устоявшиеся традиции. Мы всегда встречаем Новый год все вместе: я, родители и их родители. Это огромный семейный круг. Мы играем в Тайного Санту, это очень весело... А потом мы все вместе летим в Монпелье. Это тоже традиция, мы делаем так уже много лет. Сергей кивнул, стараясь скрыть разочарование. — Да, я понимаю. Традиции — это важно. — Это не значит, что я не хочу быть с тобой, — поспешила добавить она, заглядывая ему в глаза. — Просто так сложилось... Зато у нас будет вся весна впереди. И выставка. Он заставил себя улыбнуться в ответ. — Да. Выставка — это отличный план. Давай думать об этом. Они ещё немного посидели в кафе, обсуждая детали будущей экспозиции, но лёгкая грусть от несбывшихся новогодних планов незримо повисла в воздухе между ними.
***
Квартира Сергея, обычно напоминающая поле битвы между учебниками по высшей математике и разбросанными проводами от ноутбука, к вечеру 31 декабря преобразилась до неузнаваемости. Это была не просто уборка, а настоящая спецоперация по созданию праздничной атмосферы.
Игорь, назначенный главным по логистике и настроению, притащил откуда-то старую, слегка облезлую, но настоящую живую ель. Установка дерева превратилась в инженерную задачу: «Так, Сергей, держи ствол ровно! Марина, подай мне тот конец гирлянды! Игорь, не лезь под руку со своей гитарой!». В итоге ель заняла почётное место в углу, мигая разноцветными огнями и распространяя по комнате густой, смолистый аромат, который перебил даже запах холостяцкого быта.
Марина, взявшая на себя роль шеф-повара и ответственного за эстетику стола, развернула бурную деятельность. Салат «Оливье» был нарезан с геометрической точностью, достойной задачника по аналитической геометрии. «Шуба» была выложена слоями так аккуратно, что напоминала стратиграфический разрез. В центре стола, на почётном месте, стояла огромная миска с мандаринами — главный символ праздника и источник витамина С для грядущей сессии.
Сергей, как хозяин дома, был занят стратегическими вопросами: проверял запасы напитков (шампанское для курантов, сок для Марины и что-нибудь покрепче «для сугреву» в процессе танцев), составлял плейлист (от старого рока до модных электронных треков) и мысленно репетировал тост. Он то и дело поглядывал на телефон. Сообщение от Софии «С наступающим!» он перечитал уже раз десять.
К восьми вечера начали подтягиваться остальные одногруппники. Первыми пришли неразлучные Ваня— пухлый и добродушный, который привёз с собой огромный казан с домашним пловом («Мама передала, сказала, без горячего нельзя!»), и Лена, девушка Вани, с двумя огромными пакетами мандаринов.
— Ну что, господа интеграторы и дифференциаторы! — громогласно объявил Игорь, пританццовывая с гитарой наперевес. — Праздник начинается! Кто не спрятался, я не виноват!
Первые аккорды песни «Группа крови» заставили всех притихнуть. Даже Марина отложила телефон и начала подпевать. Голоса у всех были разные — кто-то фальшивил, кто-то пел слишком громко, но вместе это создавало удивительную гармонию. Это была их песня. Песня их поколения студентов.
Когда отзвучал последний аккорд, Игорь хитро улыбнулся:
— А теперь — танцы! Но не просто так! У нас же мехмат! Мы должны всё оптимизировать! Танцевальный баттл!
Он вытащил Марину в центр комнаты.
— Правила простые: кто первый устанет или повторит движение — тот проиграл!
Это было феерично. Игорь выдавал акробатические этюды, которым позавидовал бы любой брейкдансер: вращения на голове (ну, почти), прыжки с группировкой. Марина отвечала ему убийственной иронией: она идеально копировала популярные движения из TikTok'а с таким серьёзным лицом, что все просто покатывались со смеху. В итоге они оба рухнули на диван, обессиленные от смеха.
— Ничья! — провозгласил Сергей. — Приз — шоколадка «Алёнка»!
Бой курантов встретили шумом и гамом. Все высыпали на балкон с бокалами (и пластиковыми стаканчиками), откуда открывался вид на Москву, расцвеченную огнями.
— Десять! Девять! Восемь!.. — скандировала толпа.
Сергей стоял у окна, сжимая в руке бокал с шампанским. В пепле сожжённой бумажки было его
