её сохранности и безопасности.
– А у нас уютная комната, – заметил Роб, оглядываясь.
Играющий камин и тени от пламени на стенах напоминали о тех вечерах, когда они вот точно так же сидели перед огнём в собственном доме.
– Главное, что мы больше не стучим зубами от холода. – Алекс, наконец, закончила свои манипуляции и приготовилась к работе. – Когда приезжает Демид? – внезапно спросила она. – Ты связывался с ним?
– Звонил днём, – непроизвольно поморщился Роберт. – Говорит, будет через три дня. Я хотел уточнить, ждать ли нам его, чтобы осмотреть пещеру, но, вероятнее, мы будем делать это без него. Да, в любом случае, он нам не помощник. Как таковых знаний у него нет.
– Одна лишь страсть к истории, – кивнула Алекс и тут же добавила: – Да и та материальная.
В голосе её прозвучали еле различимые нотки раздражения.
– Ты можешь зарисовать по памяти, что было изображено на второй половине?
– Попытаюсь, – честно ответил Роб и, взявшись за карандаш и бумагу, принялся чертить витиеватые символы в своём блокноте.
Алекс наблюдала за его сосредоточенной работой. Между бровей залегла морщинка, взгляд серьёзно скользил по бумаге. Несколько раз Роб перечёркивал написанное, что-то стирал, внося коррективы.
– Чёрт, – выдохнул Роберт, зарываясь пальцами в чёлку. – Там слишком много всего изображено было. Запомнил я не больше половины.
Он кинул блокнот в сторону Алекс, и она поймала его, пройдясь взглядом по ровным строчкам значков и округлым символам, сливающимся в непрекращающийся орнамент.
– Я историк, а не художник, – добавил Роб.
Напрягая свою память, Саша извлекла из глубин сознания изображение листка. Оно было нечётким и размытым, но приблизительно напоминало начертанное Робертом.
Какие-то элементы сами всплыли в памяти, и она подрисовала их, что-то подправила, но, в конце концов, признала тщетность их совместных усилий.
– Если бы мы могли срисовать с неё копию, – досадливо протянула она. – Или сфотографировать.
Только перед посещением сокровищницы их попросили не брать никакой фото-техники или телефонов. И сдать уже имеющиеся. Возможно, в коллекции были и незаконным путём добытые экспонаты, то-то владельцы так пеклись об анонимности, когда и похвастаться хотелось.
Роберт хмыкнул.
– Кто же знал, что на ней будет столько всего написано? Ты пыталась что-нибудь прочесть, пока разглядывала?
– Я складывала ряды, – серьёзно, словно студентка на первом занятии, кивнула Алекс. – Но времени было немного, поэтому где-то я могла ошибиться.
– Ты можешь воспроизвести хоть что-нибудь?
– Сначала попробую записать, что вспомню.
Алекс взяла свой блокнот и, на секунду задумавшись, написала первое слово, затем второе, затем застрочила быстрее.
Несколько раз она сверялась со значками, зарисованными Робертом, но на её месте он бы настолько не доверял его записям. Совершенно очевидно: в них, наверняка, были ошибки.
– Точнее не скажу, – Алекс подняла на него свои прекрасные, казавшиеся почти чёрными в полумраке комнаты глаза, – но, по-видимому, что-то наподобие следующего, – она даже откашлялась воодушевлённо.
– Я весь во внимании, – подбодрил он.
– Им предстоит дорога в никуда. Какой итог их ждёт, никто не знает. Мы провожаем наших братьев в этот путь. Пока над нами не сомкнулась тьма, – серьёзные слова, прочитанные мягким, но твёрдым голосом, постепенно обретали смысл.
Роберт протянул руку, забирая блокнот из рук Алекс.
– Поэтесса моя. И это ты называешь: запишу, что помню? – он удивлённо вскинул брови, тихо посмеиваясь. – Алекс, по-моему, это довольно точно и конкретно.
– Ну, я всегда рифмую, будто балладу сочиняю, знаешь, помогает обычно. Так лучше запоминается, плюс я старалась вчитываться.
Алекс уставилась на мечущееся по камину пламя и переливающуюся золу углей.
– Как я мог забыть, что ты ко всему подходишь серьёзно, скрупулезно и творчески, – словно досадуя на самого себя, воскликнул Роберт и покачал головой. – Мисс Мэрион.
– Ого, – она резко повернулась к нему, округлив глаза и возмущённо воскликнув, – а ты значит у нас Индиана Джонс. Вперёд, навстречу приключениям?!
– На поиски Святого Грааля, – подыграл он, и её охватило абсурдное детское желание запустить чем-нибудь в Акимова.
– Тогда до встречи через двадцать лет, – взяв в руки стопку листов, она аккуратно собрала их вместе и постучала об пол, чтобы те сложились ровнее.
Роберт что-то пробормотал. И Алекс была готова поклясться, что это прозвучало как «я три года-то еле вынес».
Акимов изучал строки, которые она записала.
– Это ведь не всё? Мне как минимум запомнилось ещё четыре ряда, – резюмировал он.
– Да, а это два конкретизирующих предложения, – она досадливо ударила кулачком по раскрытой ладони. – Мне совсем чуть-чуть не хватило времени, чтобы прочитать их. А ведь они-то самые важные. Наверняка?
– Но, и этой информации немало, – успокоил Роб. – Смотри, – он снова опустил взгляд в блокнот. – Им предстоит дорога в никуда… Скандинавы постоянно находились в состоянии поиска новых земель для расширения влияния. Но зачастую они продумывали заранее, куда бросить силы. Здесь же явный намёк, что конечная точка маршрута неизвестна, – подчеркнул он. – И следующие строки: какой итог их ждёт, никто не знает, как раз намекает на это. Правда, через твою поэтизацию, что-то может выглядеть не совсем верно.
Алекс возмущённо вздохнула, чем вызвала новую улыбку Роберта.
– Всё там верно, Акимов.
Роб предпочёл никак не реагировать и просто продолжил свои рассуждения.
– Пока над нами не сомкнулась тьма, – прочитал он финальную строчку. – Уж не намёк ли это на тот конец света, на который нам указывала первая часть.
– Возможно, – аккуратно согласилась Алекс, – а возможно, и нет. – Она задумчиво посмотрела на огонь. – Знаешь, ведь не все скандинавы были викингами. Ошибочно полагать, что их жизнью руководили лишь походы. Были и земледельцы, и ремесленники. Почему-то многие представляют их чуть ли не дикарями, этакими варварами, охваченными жаждой наживы. Но ведь по тем временам они создали потрясающую, я бы даже сказала, колоссальную культуру, которая, к сожалению, очень быстро растворялась в культуре порабощённых ими народов. Увы, история капризна, и так странно, что завоеватели теряли свою индивидуальность в среде завоёванных. К сожалению, их языческая культура была изничтожена христианством, а ведь они были даже более образованны, чем христиане, умели читать и писать. Возможно, эти две половины – уникальный памятник прошлого, чью тайну нам предстоит узнать, – последнее предложение она произнесла шёпотом. – Нам надо сопоставить обе части, но не раньше, чем мы ещё раз посмотрим на вторую страницу пергамента, если это вообще будет возможным.
– Хозяева больше не откроют запертых дверей для гостей замка, а если проситься на индивидуальный экскурс, боюсь, нам просто откажут.
– Что же делать?
Алекс переплела пальцы, сжимая их до тех пор, пока те не побелели. Роберт медленно протянул ладонь и коснулся её, заставляя расслабиться. Алекс не отрываясь, смотрела на их соединённые руки.
– Я
