отдавать. А я сейчас предложу ему иной вариант.
«Полагаю, что мы может заключить выгодную сделку, совершив погашение оружием и снаряжением моей армии».
Я начал перечислять, загибая пальцы. Деций этого, само собой этого не видел, я был один, но так мне было проще соображать.
«Нам требуется: девять тысяч комплектов средней и тяжёлой брони со шлемами. Пять тысяч одноручных мечей для сражения в строю. Две тысячи копий и две тысячи двуручных секир. Пятьсот арбалетов, лёгкие средние щиты, ростовые щиты, ремни, поясные сумки, тесаки, малые топоры, болты. Часть снаряжения — по индивидуальным меркам, в том числе на троллей. Также потребуется две сотни пружинных метателей — наручных арбалетов с комплектом малых болтов».
Писарь снова демонстрировал удивление. Заказ был колоссальным, на целое состояние. Да, я прекрасно помнил, что Особая Сводная рота в составе Штатгаль уже более-менее вооружена и бронирована, но запас карман не тянет. Наручными арбалетами я собирался вооружить всех командиров своей армии, такой аргумент ни в каком споре лишним не будет.
«Пиши, Деций».
«Я всё записал».
«В конце добавь стандартные заверения в уважении. И подпись: „Твой друг и союзник, герцог Рос Голицын“. Завтра утром приеду и подпишу».
* * *
На следующий день я перепроверил работу Деция, подписал, запаковал, запечатал сургучом с личной печатью.
Письмо было логичным, чётким и выгодным. Если он согласится, мы составим контракт и пропишем подробную спецификацию на оружие и снаряжение. Ну, хотя бы оружие.
Я лично отнёс это послание в Гоблинскую яму, где встретил контрабандистов.
Кроме письма я принес образцы артефактов с болот, но обсуждение начал с письма:
— Скажи мне, эльф, чьего имени я не спрашиваю и поэтому именую Леголасом… Ваше сообщество оказывает услуги гонцов, то есть почты?
— Только в исключительных случаях. С другой стороны, мы не только торговцы, но и перевозчики, а письмо можно рассматривать как груз. Это Ваше письмо, герцог?
— Да, моё. Пока не забыл, надеюсь то, что моя рота сбила с пути Вашего курьера, не обидело вашу организацию? Или мне нужно как-кто урегулировать ущерб?
— Нет, это всё вполне себе рабочий момент. Ваши орки не тронули груз и нашего эльфа, Вы его покормили и всё такое… Словом, никаких претензий. Так что там за письмо?
Я подал ему конверт.
— Ого, Туманные горы Оша. Мы не сталкивались, не работали с этим подгорным народом.
— Это проблема? — честно спросил я. Понятия не имел про торговые пути контрабандистов
Я достал кошель с золотом.
Контрабандист принял кошель и убрал в сумку на поясе.
— Нет, не в этом дело… Пожалуй, я лично отвезу письмо. С одной стороны, мы не особенно дружны с гномами.
— Это ещё мягко сказано, друг-эльф.
— Да, но не сказать, чтобы у нас вражда. К тому же… Вы пишете королю Оша дружелюбное письмо? Вы знаете его?
— Да, общался накоротке, как с Вами. В письме деловое предложение о закупке оружия. Если он согласится его изготовить для нас, мы сможем адекватно вооружиться.
— А как Вы будете его доставлять? Официальные пути повлекут громадные таможенные пошлины, — улыбнулся эльф.
— Даже если это поставки для нужд королевской армии? — искренне удивился я.
— Конечно. Вы просто плохо знакомы с таможенными службами Маэна и приграничных королевств. На оформление уйдут нервы и деньги.
— Это Вы так тонко намекаете, что можно воспользоваться Вашими услугами? А Вы себе представляете, сколько это будет груза? Оружия на целую армию!
— Много груза, много дохода, — не испугался эльф. — Итак, если я сбегаю к тому гному и он захочет поставлять оружие, могу я рассчитывать, что наше сообщество и я лично возьмёмся за логистику?
— Да, товарищ Леголас, я согласен, если Ваши услуги не окажутся дороже, чем таможня.
— О, не волнуйтесь, Вы здорово сэкономите. К тому же мы доставим груз Вам до Штатгаля.
— Хорошо.
— А я заодно получу возможность завести торговые отношения с Туманными горами, — рассуждал эльф.
— Столицу там называют Алатор. Ну, если король Фольктрим не перенёс её в географический центр.
— Кузницы и рынок в Алаторе?
— Да.
— Значит, не перенёс. У гномов так, где кузни и рынок, там и душа. Вот когда сможет переместить кузни и торговлю, тогда и столицу переместит.
Я протянул ему руку, чтобы пожать. Он пожал мне руку, но указал на образцы артефактов.
— Это мне? Подарок?
— Под реализацию с Вашей комиссией в двадцать процентов.
* * *
Неделя тянулась, как смола. Каждый день был похож на предыдущий. Тренировки на острове Штатгаль, новые роты, новые рейды.
Шот работал на износ, я даже придал ему пару гоблинов, которые таскали для него кресло-качалку, чтобы он мог отдыхать, пока роты маневрируют.
Закупки, работа госпиталя и кухни, отчёты капралов о сломанном оружии и стёртых в кровь ногах.
Местные сапоги — дерьмо!
Вечерами я сидел над картами, пытаясь найти в монотонных квадратах Кмабирийских болот путь к сердцу болот. Там кругом были топи, не пройти.
Но болота оставались болотами, а ответа из Туманных гор всё не было.
На восьмое утро, когда промозглый туман только начал неохотно отступать от стен Чёрной крепости, дозорный боец Зойда продудел в медную дудку, которая у них была для подачи сигнала.
Один «ту-ду», просто обращают внимание, а если три, то тревога.
Гость.
Я как раз стоял в центре, наблюдая за построением очередной орочьей роты.
Я направился к воротам и был несказанно рад увидеть, что по болотам к нам направляется одинокий эльф.
— Привет, Леголас! — я помахал ему рукой и велел открыть ворота.
…
— Ну что сказать. Его величество король Фольктрим шлёт свои приветствия, — эльф протянул мне туго свёрнутый кожаный тубус, скреплённый тяжёлой сургучной печатью с королевским гербом.
— Я восхищён скоростью отправки и ответа, друг-эльф. Восемь дней — это что-то невероятное. Будешь завтракать?
— Пожалуй, что буду. Судя по тону короля Фольктрима, ты напишешь ответ на его письмо, так что читай, думай, я передам ответ. Поработаю гонцом между сиятельными персонами.
— Вот уж не думал, что войду в список сиятельных.
Прямо у стены я сломал печать. Пальцы слегка дрожали. Развернул плотный пергамент. Текст был написан на кхуздуле, руническом языке гномов, который входил в «языковой пакет попаданца».
Первые строки были просто формальным уважением. Приветствую, бла-бла-бла. Формализм.
Затем тон письма изменился. Он стал более деловым. Фольктрим подтвердил, что помнит о долге королевства Оша передо мной. Подтвердил, но не написал, что спешит и падает его вернуть.
А потом я дошёл до абзаца, который показался мне ключевым.
'Я готов вооружить твоих воинов лучшей сталью, что куётся в моих горах, — писал
