рот становилось больше, я всё чаще позволял командирам действовать в полуавтономном режиме (само собой, после того как гоблины-болотники исследовали этот участок).
Каждая операция приносила тонны барахла, от ржавых мечей до остатков доспехов, которые гномы в кузницах перековывали в качественную сталь.
Но попадались и ценные находки, за которые роты получали премии.
Я платил и жалование. В увольнительную отпускали пока всё больше по острову погулять, но иногда разрешалось съездить и в Бинндаль, где солдаты пили пиво и покупали что-то на свой вкус.
Правда, для этого пришлось арендовать у Юрбана здание под постоянное размещение военного патруля, а Сводная рота постоянно присматривала, чтобы солдаты не шалили.
Всё же я помнил, что они в первую очередь бывшие каторжане.
На некоторых участках, которые были очищены от скелетов трудились сапёры.
Под слоями ила, в затопленных подвалах и под завалами лежали древние артефакты. Тут сапёры трудились вместе с магами. Древняя магия, запечатанная на века, которую мы извлекали на свет.
Пришло время для сбора урожая.
А попутно я налаживал и тылы. Гномьи роты отчасти были кузнецами и ремонтниками. Как мы и договаривались, они имели право выполнять частные заказы для солдат и для населения, в частности для гоблинов Бинндаля.
А я выдернул из одной роты капрала Бихунца, гоблина и сейчас разговаривал с ним.
— Ты дружен с Зайдом?
— Да, командор, а что?
— Ты показал себя хорошим организатором, дисциплинированным и любящим порядок. Я хочу перевести тебя в медицинскую роту.
— Что? Почему?
— Ну, во-первых, в последнем сражении у тебя пострадала кисть и ты не можешь крепко держать меч. То есть, ты небоеспособен.
Капрал напрягся. Такие недостатки, как правило, влекли перевод в обоз, наименее ценную часть армии.
— А, во-вторых, до того, как податься в бунтовщики, ты был брадобреем и зубодёром.
— Да, я умею выдирать больные зубы.
— Здорово, но это означает и некоторые медицинские навыки. Знаешь Зульгена?
— Все его знают и уважают.
— Правильно. Он хороший и добрый командир роты. Но под его началом рота разленилась и не слушает его. Потому что он добрый орк. А в армии так не должно быть. Да, я мог бы начать спускать на него негатив, орать, гонять, наказывать и он бы озлобился, стал бы гонять подчинённых. Но мне такой путь не нравится.
— Пока ещё не понимаю, к чему Вы, командор?
— Есть хороший стражник, есть плохой стражник. Метод такой, слышал? Ну, не важно. Смысл в том, что ты будешь восполнять его недостатки. Как боевой капрал, ты сможешь гонять его подчинённых. Вот представь, кто-то напортачил. Зульген просто глупо улыбается и все считают, что им их ошибки сходят с рук. А тут появляешься ты и вваливаешь люлей нарушителю. И всё. Зульген у нас добрый и в медицине здорово соображает, а ты злой, ты за порядком следишь. Но будет и минус. Тебя не будут любить.
— Ну, командор Рос, я вообще-то не монета в золотую марку, чтобы всем нравиться. Не будут любить и ладно. Только это… В медицинской роте есть уже четыре капрала, я буду просто одним из них? Так меня никто не будет слушаться.
— А ты молодец, пытаешься выиграть от ситуации. За последнее сражение я повышаю тебя до сержанта. Так выше тебя в роте будет только Зульген. Согласен на такой вариант?
— Да, командор. Вы могли бы и не спрашивать. Мы тут в Штатгале учим, что такое дисциплина и приказ.
— Можно приказать, но можно и поговорить. Каждый солдат должен знать свой манёвр.
— В бою мы так и делаем, командор.
— Правильно. Но эта мудрость работает и вне поля боя. Твой манёвр присматривать за Зульгеном, как за дитём малым, но при этом быть в его подчинении. Задача тонкая. Справишься?
— Справлюсь. Спасибо что даёте шанс. Сейчас, с повышением, и вообще, когда подобрали в Каменном тюльпане. Я думал, ещё немного и повешусь. То есть, я буквально собирался повеситься и отправиться к предкам. А так… У меня есть шанс стать почтенным уважаемым гоблином и с деньгами.
— Да, причём в данном случае, медиком. Ты читать умеешь?
— Немножечко.
Я дал ему переведённый Децием «Справочник по общей анатомии. Полковая краткая версия».
— Прочитай и отдай Зульгену.
— Есть! Разрешите выполнять?
— Разрешаю. Всё, иди, сержант, ты переведён к медикам. Штабные приказ оформят.
Глава 19
Офицерская школа
Большой зал Чёрной крепости постепенно заполнялся моими лучшими бойцами. Четыре мощные масляные лампы с рефлекторами отбрасывали танцующие тени на каменные стены, освещая импровизированный класс.
Ряды парт, лёгких столов, их собрали гномы сапёрной роты, доска для рисования мелом. Вообще-то гномы так и не поняли, зачем она мне, но она тоже была.
На доске короткая надпись «Армия».
Странная картина. Тайфун едва смог войти в дверной проём, согнувшись почти вдвое. Камнедробителя выписали из госпиталя, он был худым и болезненным и всё же пошёл на поправку. Сейчас они с Тайфуном сидели в дальнем углу, скрестив массивные ноги.
Гришейк и Хайцгруг заняли парту на первом ряду, явно намереваясь не пропустить ни слова. Эльфы Фаэн и Лиандир расположились в стороне, сохраняя привычную эльфийскую красоту, заточенную под надменность и лёгкую отстранённость.
Фомир, которого закономерно сопровождал Ластрион, притащил с собой записную книжку и уже что-то чертил.
Около сотни разношёрстных воинов (каждого выбрал я) смотрели на меня с разной степенью интереса и недоумения. Половина из моих бойцов едва умела читать. Но именно из этого материала мне предстояло создать офицерский корпус.
Я вздохнул. Ну да, задачка нетривиальная. Современные армии королевств поступали проще. Офицеры были либо просто рыцари, либо талантливые представители горожан. В числе первых были в том числе не наследные, но обученные командовать с детства (тут я сразу вспоминал рыцаря Нэйвика). Среди вторых — выходцы почти всегда из богатых классов, образованные, те, чью военную карьеру поддержали их семьи, обучили, вооружили, дали взятки для первоначального карьерного роста. В общем, все те, кто мог высоко продвинуться, если повезёт и если будет хоть какой-то талант (целовать ноги начальству или воевать, у всех свои пути для карьерного роста).
В моём случае среди бывших заключённых не было ни рыцарей (ровно ни одного), ни детей богатых купцов или там вельмож. Это объяснялось тем, что судебная система Маэна, да и, пожалуй, других государств мира Гинн, позволяла богатому избежать тюрьмы, нанимая адвокатов и давая взятки. В конце концов при отсутствии паспортизации можно было просто заплатить, и какой-нибудь нищий крестьянин сядет в тюрьму вместо тебя, чем прокормит свою семью.
Вот и получается,
