начнём видеть, как днём.
И тут по подземелью, как будто бы пронеслась какая-то тень. Поначалу Кулешов посчитал, что это ему просто показалось, игра света в тёмном пространстве. Однако то подозрительное движение, через пару мгновений повторилось. Нечто прозрачное, вовсе не имеющее чётких контуров перенеслось от одной стены к противоположной. Теперь у Сергея не осталось ни малейших сомнений. Глянул на Марченко, тот так же устремил свой взгляд на подозрительную стену.
– Пётр, тебе не кажется, что в нашей пещере происходит нечто мистическое… – пробормотал бывший офицер, непрерывно оглядываясь по сторонам. – …Уж очень это похоже на происки какой-то нечисти.
– Прошу хорошенько запомнит… – усмехнулся Марченко. – …Первым о потусторонних силах заикнулся вовсе не я.
– И как нам быть?
– Да, никак. Занимайся своими делами и меньше оглядывайся по сторонам… – взяв в руки небольшое бревно, предельно спокойно ответил промывальщик. – …Если б нам хотели причинить какой-то вред, уж будь уверен, давным-давно причинили. Нам бы не позволили сделать и шага, ни то, чтоб дойти до конца штольни…
– Ну, и как тут?.. Спокойно?.. – обращаясь к Панову, поинтересовался Кулешов.
Мужчины вернулись. Кое-как им удалось дотащить пару рассохшихся длинных досок.
– Похоже, бандиты действительно решили взять нас измором… – ответил Владимир – …Полнейшая тишина.
– Вот и отлично. Давай-ка я тебя подменю… – Сергей принял из рук механика карабин. – …Занимайтесь костром, ужином. Минут через двадцать, на дежурство заступит Пётр. Ему так же необходимо немного передохнуть. Ты глянь, как он запыхался.
В одном из подземных закутков мужчины оборудовали нечто похожее на временный лагерь. Стащили туда все вещи, развели огонь. Как заправский мясник, Марченко ловко управился с тушей убитого ранее кабана. Сняв шкуру, он разделил «свинину» на отдельные порции. Там же, в подземелье, отыскали нишу с инеем и ледяным наростом, вполне пригодную для использования в качестве холодильника. Именно туда и было перенесены излишки кабаньего мяса.
– Рассказывай, как сходили, чего видели? – поинтересовался механик, обращаясь к вернувшемуся к костру Марченко.
– Ничего особенного. Обычный коридор, длиной в полкилометра… – отмахнулся промывальщик. – …Дрова нашли, вот и вся польза от недавнего хождения.
– Пётр, тебе не кажется, что дым от нашего костра уходит вовсе не вверх, не в тот самый лаз, через который мы, собственно, и проникли в пещеру. По-моему, дымок струится в сторону ещё неизведанного нами тоннеля.
– Так и есть… – более пристально вглядевшись в струйку дыма, исходящего от открытого огня, повеселел Марченко. – …Значит, в той стороне вполне может быть ещё один выход, какой-то лаз, окно или ещё что-то в этом роде. Завтра посмотрим.
С горем пополам, приготовили мясо. Получившийся кулинарный «шедевр» вряд ли можно было назвать шашлыком, хорошо прожаренным или пропечённым мясом. В условиях вовсе не предусмотренных для приготовления пищи, обитатели подземелья, как смогли, довели куски свинины до более и менее пригодной для еды кондиции.
Развели спирт. Пропустили по сто грамм. Тишина успокаивала, притупляя бдительность обитателей штольни. Все былые страхи и переживания сами собой отошли на второй план.
– А неплохо, скажу я вам, получилось… – попробовав мясо на вкус, удовлетворённо кивнул головой Сергей. – …По крайней мере, мне нравиться.
– Эй, лишенец!.. – обращаясь к раненому режиссёру, выкрикнул Марченко. – …Подтягивайся к нашему шашлыку.
Эдуард Бордовский не заставил себя долго ждать, он тотчас поднялся со своей самопальной лежанки. Ну, а как иначе – голод не тётка.
– Друзья, я намерен извиниться перед вами за свой идиотский поступок… – едва подсев к костру, режиссёр обратился сразу ко всем присутствующим. – …Имею в виду тот самый случай, когда я побежал в сторону прибывших на прииск выродков. Честно сказать, сам не знаю, что со мной в ту минуту случилось. Быть может, сильно перепугался, потерял контроль… Возможно, то было какое-то наваждение, помутнение разума…
Я тут в пол-уха слышал ваши разговоры. Дескать, на меня нельзя положиться. Так вот, я обещаю быть вам полезным; чем смогу, тем помогу.
– Как твоё плечо? – поинтересовался Марченко. Похоже, простые и понятные слова Эдуарда несколько размягчили душу промывальщика.
– Уже лучше.
– Эх, Эдик-Эдик!.. Тут тебе не город. Здесь, брат, дикая тайга… – продолжил промывальщик. – …Вдали от цивилизации необходимо держаться вместе и уметь за себя постоять. Тут всегда полно врагов. Причём, опасность может исходить не только от дикого зверя, но и от человека. А впрочем, какие они люди? То же самое зверьё.
– Главное, выбраться… – тяжело вздохнул Бордовский. – …Не поверите, но я пережил такую встряску. У меня столько впечатлений… На несколько лет хватит. Обязательно напишу сценарий на данную, таёжную тему. Попробую снять фильм о наших с вами злоключениях. Будет вдвойне обидно, если нам не улыбнётся удача.
– Ну, вот. Это уже по-нашему… – Сергей дружески похлопал Эдуарда по спине. – …По данному поводу можно и выпить. А то обиделся… Рожу свою принялся воротить.
– Так я разливаю? – уловив вполне благоприятный повод, поспешил уточнить Марченко.
Глава 20
Опасаясь возможной каверзы или некой подляны со стороны бандитов, заявившихся на прииск, обитатели пещеры спали по очереди, не на секунду не оставляя без внимания вход в подземелье.
С самого утра, попив крепкого чая, Пётр с Сергеем куда-то засобирались.
– Вы куда? – едва открыв глаза, поинтересовался Владимир.
– Попробуем разведать, куда ведёт левая ветка штольни, – пояснил Кулешов.
– Механик, мы ж вчера с тобой об этом говорили… – удивился Марченко. – …Вспомни дым от костра…
– Вчерашний вечер я не совсем хорошо помню… – потирая затылок, неуверенно ответил Панов. – …Похоже, я малость вчера перебрал.
– Там скорее не «малость»… – усмехнулся в ответ промывальщик. – …Серж, ты помнишь, как наш механик порывался выбраться на поверхность, дабы в одиночку перебить всех беспредельщиков. Мы вдвоём кое-как сумели тебя удержать.
– Да, ладно тебе… С кем не бывает… – Сергей потянул Марченко за собой. Сделав пару шагов, он оглянулся. – …Всё. Мы пошли. Володя, остаёшься за главного. Если что, стреляй. Надеюсь, мы услышим и тотчас вернёмся.
– Как считаешь, этому супчику можно верить? – когда мужчины отошли на приличное расстояние, поинтересовался Пётр.
– Имеешь в виду механика? – уточнил Кулешов.
– Причём здесь механик? Я спрашиваю о нашем режиссёре, который вчера извинялся и прилюдно изливал душу, дескать, если останется жив, будет благодарен нам до гробовой доски.
– Хрен его знает… – пожал плечами Сергей. – …Тип он, конечно же, скользкий. Однако в ситуациях, когда жизнь каждого из нас и ломаного гроша не стоит… В общем, в этих ситуациях, люди, как правило, предельно искренни.
– Хотелось бы в это верить, – сплюнул Пётр.
Сплюнул так, как обычно
