видимо, важный человек. Но если он племянник Этаби, то и мой друг не простой хуррит. Об этом я у него спрошу потом, сейчас Этаби был занят — перед ним на коленях стоял Арами. Тот самый Арами, что заставил меня встать на колени в каменоломнях.
— Арт, — Этаби помахал рукой, подзывая меня. С появлением соплеменников, хуррит словно выздоровел.
— Целуй ногу Арта, сын собаки, — Этаби пнул Арами носком ноги. Хетт пополз в мою сторону: дважды я оставлял ногу, чуждый такому проявлению страха, но Арами был упорен. Поймав мою ногу, хетт осыпал носок зимнего сапога поцелуями.
— А теперь встань сын собаки, — Арами поднялся на ноги, не смея взглянуть на Этаби.
— Дайте ему меч, — распорядился хуррит. Высвободив одну руку из своего «сари», кузнец поднял свой меч.
— Я дам тебе возможность умереть достойно, хотя ты оскорбил мою мать, — видимо, часть хурритов понимала язык хеттов, среди них послышались возмущённые возгласы, переходящие в гневный ропот.
Арами всучили меч, но этот жирный и трусливый хетт не хотел сражаться. Меч дважды выскальзывал из его рук, словно его тяжесть была непосильной. Мне приходилось видеть такое состояние — хетт был парализован страхом. Подойдя, отвесил ему пощёчину со словами:
— Приди в себя и сражайся!
Это сработало, на лице Арами выступил уже осознанный страх и беспокойство. Он оглядел круг хурритов, прошёлся взглядом по Этаби, чья рана снова стала кровоточить.
— Сын доступной ослицы, — проревел хетт, бросаясь с мечом на моего друга.
Легко отбив его меч в сторону, Этаби бросил свой меч и обрушил кулак на непокрытую голову хетта. Этими ручищами можно было раскалывать орехи, да что там орехи, камни. Арами зашатался, выронил меч из рук. Вторым ударом, Этаби заставил хетта пасть на колени. Упёршись рукой о землю, хетт сделал слабую попытку встать. Третий удар я почувствовал, словно его нанесли мне — отчётливый хруст теменных костей и хетт распластался на земле.
Он ещё был жив, когда мы собрались в путь, тонкая струйка крови стекала по углу рта и впитывалась в песок. Палящее солнце превратит в мумию это подобие человека, но меня занимало другое: какова страна этих необычных хурритов…
Глава 19
Прошло уже две недели, как мы жили в Вешикоане, так называлась столица западных земель хурритов. Только попав сюда, узнал, что есть ещё восточные земли хурритов, именуемые Аррапха. Аррапха номинально считалось независимым государством, но в последнее время находилось под сильным влиянием эсоров. В свою очередь Ашшур и Асур, как именовали государство эсоров, постепенно набирало силу, всё ещё находясь в зависимости от Миттахни, основной страны хурритов.
За две недели, что мы находились в Вешикоане, узнал столько информации о Месопатамии: голова шла кругом. Ещё во время встречи охотников во главе с Эрби, понял, что Этаби не простой воин — хуррит. Мой друг оказался голубых кровей, являясь двоюродным племянником царствующего в Миттахни Шутарны III. Отец Шутарны III и дед Этаби по имени Артадам, являлись родными братьями.
— То есть, ты можешь претендовать на власть?
— Нет, уже не могу, — хуррит уселся поудобнее. — Моего деда звали Арташшумар, безродные хетты подкупили придворного стражника по имени Утхий, и он убил моего деда во сне. Мой отец в то время был слишком молод, и хурре посадили править младшего брата моего деда — Тушратта. Сын Тушратта Артадам II является отцом правителя Шутарны III. Его сына Эрби ты уже знаешь, — Этаби с облегчением откинулся в огромном кресле. Мы жили в одном крыле дворцового флигеля. Правитель Миттахни очень обрадовался возвращению двоюродного племянника.
Всё оказалось не совсем так, как рассказывал ранее Этаби. При нашем знакомстве он поведал, что убил знатного чиновника и скрывается от мести. Причина была немного иной: отец Этаби претендовал на престол, но придворная знать предпочла линию Тушратта, хотя ветвь Арташшумара была старшей. Возможно, что не обошлось без козней хеттов, их царь Супилилиум считался опытным политиканом, успешно строившим козни против восточных соседей.
После того, как знать, предпочла на троне сына Артадама вместо сына Арташшумара, Этаби устроил скандал и даже поднял руку на двоюродного брата. Сака-Тешуб, отец Этаби прогнал сына из дворца, запретив ему появляться там пока сам не призовёт. Мой друг посчитал это слишком серьёзным наказанием — оставив родные земли, он устремился на запад, в надежде добиться положения в государстве хеттов.
— Что? — Я не поверил своим ушам, — Ты хотел служить хеттам?
— Чтобы добраться до Супилилиума и убить его, — хмуро отозвался хуррит, хрустя пальцами.
— Получилось? — Этаби не заметил иронии в моих словах. Его взрывной характер и неуживчивость не дала ему сделать карьеры среди хеттов. Отслужив две недели, хуррит покалечил хетта, посмевшего насмехаться над ним. Так как бой был честный, наказания не последовало, но из «армии» его погнали. Ещё мальцом Этаби нравилось бегать на кузни в Вешикоане. Чтобы добывать себе пропитание, он стал подмастерье у кузнеца лувийца по имени Расм. Немного поднаторев в работе, Этаби перебрался в Кулиш, чтобы оттуда перебраться в Хаттуш. Именно там мы и познакомились с ним во время моей первой торговой поездки в город Атры и Энии.
— Помнишь торговца в Хаттуше, мы у него покупали жареного козлёнка, — спросил хуррит. Торговца я помнил, как и помнил, что с Этаби они говорили на незнакомом языке.
— Он из хурре, — Этаби улыбнулся, видя, с каким интересом я, слушаю, — он сказал мне, что мой отец умер, а дядя ищет, чтобы вернуть домой.
— Но ты не вернулся, — констатировал я, вспоминая их оживлённый разговор с торговцем.
— Нет, — просто ответил хуррит, — мы должны были спасти твою женщину.
— Жену, — автоматически поправил хуррита.
— И ты мог умереть в Хаттуше, хотя дома тебя ждала роскошная жизнь? — Понятие роскошная жизнь включала в себя прислугу, коней, оружие и золото. Несмотря на то что род Арташшумара не занял престол, обеспечен он был неплохо.
В городе у Этаби имелся и собственный дом, вернее дом его умершего отца. Но Шуттарна III настоял, чтобы племянник жил с ним. А Этаби пристроил и меня с Элсу рядом с собой. Официально мы числились дворцовой стражей, но никаких должностных обязанностей, кроме ношения меча и периодического обхода дворца, у нас не было. Меня это сильно тяготило, я по-другому представлял себе хурритов, делая
