Его тянет ко мне, но он, как и обещал, не переходит выставленных мною границ. Только касается меня, задерживая руки на талии, плечах. Каждое утро я просыпаюсь в его объятиях и делаю вид, будто ничего не происходит.
Меня тянет к нему. По ощущениям, еще сильнее, чем месяц назад. То ли дело в ребенке, то ли в том, что Идар не перестает показывать себя настоящим мужчиной. Сильным, заботливым, любящим.
Он рядом со мной.
С работы приходит раньше, но ложится позже меня, заканчивая то, что не сделал в офисе.
Мы идем друг к другу медленными шагами, но окончательно еще не сблизились.
Всю неделю я думаю о том, насколько глупой была идея скрыть беременность. Сейчас это совершенно лишено смысла.
Проблема лишь в том, как снова ему открыться.
Но я сделаю это. В ближайшее время, но обязательно сделаю.
Паркуюсь у клиники, в которой работала.
Недавно мне позвонили с ресепшен и попросили забрать кое-что из забытых мною вещей.
Я выхожу и направляюсь по знакомому пути, ничего не чувствуя, кроме облегчения.
Жаль, что теперь у меня могут возникнуть проблемы с приемом на работу.
Здороваюсь с администратором и иду в комнату для персонала.
Не постучав, так как это общее помещение, я дергаю дверь на себя, но в комнату так и не захожу.
Картина, которую я вижу, омерзительна.
Со стола, за которым иногда работают врачи, спрыгивает девушка, одергивает подол медицинского халата и, краснея, проносится мимо меня.
Кто это, я не знаю. Возможно, новая медсества, новый гинеколог.
Старый в этом учреждении только козел, который не может удержать член в штанах.
— Надия? Что ты тут делаешь? — Миша поправляет брюки, а я, морщась, отворачиваюсь, чтобы не видеть ни его самого, ни того, чем он занят.
— Забираю свои вещи, — отвечаю ему холодно и принимаюсь поочередно открывать дверцы шкафов в поисках забытого пакета.
Наконец я нахожу его, забираю с полки и собираюсь молча уйти. Подальше, чтобы снова забыть о том, какой дурой была.
— Подожди! — Миша перехватывает меня за локоть, чем вызывает во мне приступ тошноты.
— Убери руки, — вырваю локоть. — Знать не хочу, где они были.
Миша, поняв, что я настроена решительно, даже отходит от меня.
— Дай мне все объяснить, — говорит вдруг.
Опешив, я оборачиваюсь и смотрю на него в шоке.
— Миш, ты с дуба рухнул? Мне вообще нет никакого дела до того, чем ты тут занимаешься.
— Я просто скучал по тебе. Ты ушла, даже попрощавшись.
— Не надо винить меня в собственном блядстве, — отвечаю, порядком обалдев от этой наглости.
— Ну брось, Надюш, — Миша обманчиво-мягко улыбается. — Признайся, ты пожалела, что уволилась, и теперь ищешь повод, чтобы увидеться со мной.
Я даже теряюсь, не понимая, как вообще можно ответить на эту… ересь.
— Миш, у меня другая жизнь. Я счастлива со своим мужем, — говорю искренне.
— Брось, Надь. Вот уж не поверю, что ты влюбилась в этого неотесанного горца.
У меня вырывается смешок, который превращается в хохот.
— Что смешного? — хмурится.
— Ты, — стираю слезы и успокаиваюсь. — Ты смешон, Миша. Я вычеркнула тебя из своей жизни так давно, что даже, признаться, не вспоминала о тебе.
— Не верю, — вот баран, качает головой. — Думаю, говоришь это, чтобы позлить меня.
— Да? А забеременела я от мужа тоже, чтобы тебя позлить?
Надо видеть выражение лица Миши. Там такой спектр эмоций, что я задумываюсь, не хватит ли его удар.
Не о чем нам больше говорить, и так сказала ему больше, чем нужно.
Разворачиваюсь, чтобы уйти отсюда подальше.
— И что, ты вот так просто уйдешь? — летит мне в спину холодное.
Я оборачиваюсь и окидываю его взглядом с ног до головы.
— Я очень надеюсь, что твоя жена бросит тебя и найдет счастье с достойным мужчиной.
Закрываю эту дверь, потеряв от нее ключ.
По дороге из клиники заезжаю к брату, потом направляюсь домой.
Идар уже приехал, и я захожу в дом.
С порога в нос ударяет запах жареного мяса. Неожиданно на меня накатывает тошнота, но я дышу, стараясь держаться.
Идар на кухне, разбирает пакеты.
— Привет, — подходит ко мне, целует в щеку и возвращается к пакетам. Достает лоток с едой, снимает фольгу. — Я купил нам на ужин по стейку. Тебе из семги, ты же рыбу больше любишь? А себе из говядины, но можем поменяться.
Голова кружится, и я чувствую, что ребенок впервые дает о себе знать.
Лечу в туалет, который находится на первом этаже, и успеваю там закрыться.
— Надь, я врача собираюсь вызвать, — слышу через дверь. — Кажется, у тебя последствия сотрясения.
Я мочу полотенце и прикладываю его к лицу, закрывая нос и рот, чтобы не чувствовать запахов.
— Не надо никуда звонить. У меня последствия вовсе не сотрясения.
Прохожу мимо него и закрываю дверь на кухню.
— Надь, что происходит? — Идар ходит за мной по пятам.
— У меня последствия не сотрясения, а ночей с тобой.
Прохожу мимо него, собираясь подняться на второй этаж, чтобы избавиться от запахов.
— Не понял, — догоняет меня. — Каких ночей?
Убираю от лица полотенце и поднимаю взгляд на мужа.
— Я беременна, Идар. Вот о каких последствиях я говорю.
Муж открывает рот, видимо переваривая информацию, а когда мои слова доходят, его лицо озаряет такая светлая, чистая и искренняя улыбка, что она вызывает во мне волну злости на себя.
Ведь это и его ребенок…
Идар подходит ко мне и бережно обхватывает за талию, притягивая к себе, зарывается носом в мои волосы.
Даже если бы захотела, я не смогла бы оттолкнуть его.
Обхватываю Идара за плечи и сама прижимаюсь к нему, прикрываю глаза.
— Я еще в больнице, две недели назад, узнала, — шепчу. — Прости, что сразу не сказала.
Он кладет руку мне на затылок и заглядывает в лицо.
— Ты же не собиралась…
— Нет, ты что! — округляю глаза. — Просто… я была растеряна, наверное.
— Понимаю, — кивает серьезно, и его губы растягиваются в широкой улыбке: — Я буду папой!
Закусываю губу, смеясь.
А Идар поднимает меня на руки и кружит.
— Я буду папой! Отцом! — кричит счастливо.
Может, все будет непросто с его семьей.
Да, вероятно, все будет очень сложно, но эту ненависть надо излечить… Чтобы у моего ребенка была полноценная семья.
Он заслуживает любви.
Глава 59
Надия
— … так что, к сожалению, у меня не получится выйти на работу, — заканчиваю свою речь тихим вздохом.
Ольга из отдела кадров несостоявшегося места моей новой работы смотрит на меня внимательно:
— Надия, ваше решение связано с тем, что вы бы хотели провести беременность в спокойной обстановке или думаете, что наша клиника откажет беременной женщине в трудоустройстве?
— Работодатели не очень-то любят нанимать на работу беременных, — пожимаю плечами. — Так что все верно, я не хочу подставлять коллег и начальство.
— Но работать вы бы хотели?
— Да, конечно.
Идар будет против, я уверена.
Но не работать я не могу. Я привыкла быть занятой и иметь средства. Да и свою работу я тоже очень люблю.
— Давайте мы поступим так: я уточню у руководства по поводу ставки и вашей ситуации, а вы пока подождите. У нас уже был опыт приема на работу беременных сотрудниц, так что все может решиться вполне благоприятно.
— Правда? — спрашиваю удивленно.
— Конечно, тем более мы ждали вас… — улыбается мне приветливо.
Знаю я, как они меня ждали.
В наше время связи решают даже больше, чем деньги. Так что, думаю, дело именно в этом.
Но, черт возьми, я так долго тянула все одна! Должен и на моей улице перевернуться фургон с помощью!
— Предлагаю вам подождать в холле, а я пока пообщаюсь с начальством.
— Конечно, — окрыленная, иду в холл, где находятся стойки администраторов, и присаживаюсь в кресло.
Я не особо слежу за тем, кто приходит и уходит, но когда слышу знакомый голос, резко оборачиваюсь.
