свою вечность! Тот, кто готов осыпать тебя розами и комплиментами! Выходи за меня замуж, о прекраснейшая из смертных!
Ну ничего себе! Вот это достойный соперник Тэйгару выискался. Не то что Альстер.
Мысли были больше истеричными, чем реальными. Как бы объяснить ему доходчивее и не словить проклятье, что у меня жених есть? И менять его в ближайшее время я не собираюсь. А может, вообще не собираюсь…
Но дух не ждал ответа. Он бросился ко мне, его рука прошла сквозь меня, но быстро вернулась на место. Сразу после этого он принялся изображать страстные поцелуи воздуха в районе моей кисти, причмокивая и закатывая глаза от удовольствия.
– Я покорю для тебя все королевства! Я уничтожу любого, кто посмеет косо на тебя взглянуть, пышечка моя! Только скажи слово, и все булочки мира будут у тебя на завтрак!
– Всех не надо, – содрогнулась я, представив, во что превратится моя фигура и само поместье Риатонов. – Как бы помягче сказать?.. Понимаете, у меня жених есть! И он, знаете ли, ревнивый. И, между прочим, принц. С ледяными стрелами. Которые очень болезненны даже для духов. Да-да.
Ой, не переборщила с угрозами? Вроде предупредить хотела, но прозвучало как-то слишком грубо. Своей силой хвастаться не стала – а если оценит и еще ретивее замуж звать будет?
– Жених? – Дух скривился так, будто я предложила ему съесть лимон вместе с кожурой. – Фи! Фи, я сказал! Да любой мужчина рядом с тобой – просто изюм на фоне пышащего жизнью винограда!
Я подавилась воздухом. Нет, у этого духа какая-то фиксация на еде. И вообще… назвать Тэйгара изюмом – это слишком! Он еще молод и в самом расцвете сил!
Ну, я надеюсь. Брачной ночи у нас еще не было.
– Зефирка моя, я буду идеальным мужем! Стану твоей идеальной глазурью и посыпкой, булочка моя! Не ем, не пью, не храплю, комплименты сыплю круглосуточно! Никакой принц не выдержит такой конкуренции!
– А спать когда? – ляпнула я первое, что пришло в голову, лихорадочно соображая, как от этого полупрозрачного нахала избавиться.
– А зачем спать, когда можно любоваться тобой? – Он снова попытался приблизиться, и я сделала еще шаг назад.
– Вообще я имела в виду, когда мне спать с таким ретивым ухажером, – буркнула я.
– Р-р-ра! – раздалось откуда-то снизу, и дух испуганно подпрыгнул.
Я опустила глаза. Лазурит стоял в боевой стойке, хвост вверх, крылья расправлены, а в зубах у него был зажат медальон. Старинный, серебряный, с какими-то вензелями, с распахнутой настежь крышкой.
От медальона к духу вела нить из едва заметного свечения. Я сразу поняла, в чем тут дело. Дух был заперт в медальоне, который Лазурит каким-то образом нашел!
Нужно захлопнуть медальон!
– Лазурит, ко мне! – скомандовала я, наклоняясь к медальону.
Дракончик подлетел, явно гордый собой. Я собиралась взять медальон, но Лазурит решил, что я хочу его погладить. И… разжал челюсть! Медальон грохнулся на пол и закатился под стеллаж.
Шаардан великая, да за что мне это все?
А вот дух обрадовался такому исходу и начал пританцовывать:
– Мы созданы друг для друга! Я твой! Навеки! Мы справим свадьбу, потом первую брачную ночь я буду петь тебе дифирамбы…
Ох, не тем бы я хотела заниматься в первую брачную ночь. И вот вообще не с ним!
– Не надо! Мы не созданы друг для друга, – пояснила я, пытаясь подобраться к медальону, чтобы захлопнуть проклятую крышку. – Мы даже прикоснуться не сможем – ты пройдешь сквозь меня. О какой первой брачной ночи тогда речь?
Лицо духа вытянулось.
– Какие нынче булочки пошли… сексуально раскрепощенные, – наконец выдал он. О, мне удалось ввести духа в ступор! Надо же. И вдруг его голос стал игривым: – Мне такое нр-р-равится! Мр-р, моя пышечка-тигрица!
– Да не пышечка я!
О ком он вообще толкует? Будто и не меня видит. И вообще, женщины прекрасны и красивы в любом теле, и не нужно их сразу сравнивать с хлебобулочными изделиями! Вот конфетка еще куда ни шло.
Я наклонилась и попыталась поддеть пальцем, но медальон лежал дальше, чем я дотягивалась.
– Ах, эта дерзость! – Он закатил глаза, продолжая порхать под потолком. – Как это прекрасно! Как это возбуждает! Я погиб! Я уничтожен! Я твой навеки! Хочешь, я прямо сейчас наколдую тебе корзину цветов?
– Не хочу!
– Хочешь, я спою серенаду?
Представив, как удивится королева и лорд Риатон, я нервно хохотнула. А что, вполне себе как месть королеве годится. Акланда я ей в комнату не подкинула, подкину хотя бы духа. Вот пусть ей серенады поет и дифирамбы тоже. И пышечкой называет.
– Не хочу!
– Хочешь, я уничтожу твоего жениха и займу его место?
Я представила, как Тэйгар вынужден сражаться с полупрозрачным усатым духом, и меня передернуло. Принц, конечно, сильный маг, но объяснять ему, откуда в библиотеке взялся этот любитель булок, желания не возникало совершенно.
Лучше развоплотить его до прихода жениха! Не хочу вводить традицию: Тэйгар приходит, а у меня мужчина прячется. Ладно, с Акландом, подброшенным королевой, он все понял, с духом еще куда ни шло, но тенденция пугает!
– Сгинь! – фыркнула я и огляделась в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать, чтобы вытащить медальон.
Дверь в библиотеку открылась. Я тут же выпрямилась, а дух юркнул ко мне за спину. Вскоре из-за поворота показалась Асмина. Вот так мы и застыли перед ней.
– Добрый день, – выдавила она и посмотрела на нас с открытым ртом, особое внимание уделив духу.
А он неожиданно приосанился и полетел к ней на всех парах.
Беги, несчастная, беги!
– Что за сладкая булочка? Конфетка! Зефирка! Пастила с абрикосом! Сочный гранат! Плюшечка-ватрушечка! Моя!
Где-то я это уже слышала…
Я усмехнулась. Вот же дамский угодник!
Асмина перевела на меня заинтригованный взор.
– Не моё, – тут же ответила я, увидела на стеллаже писчее перо и, наклонившись, все-таки достала медальон с его помощью. Перевернула артефакт и прочла надпись: – Моей дорогой Аламинде, с любовью, Джордж.
Тем временем дух продолжал сыпать комплиментами. Но Асмина тоже не была падка на них и, отмахнувшись, прошла мимо, к нам. Нахмурилась, тоже смотря на медальон, а потом её озарила догадка.
– Точно! Я вспомнила, что это! Это подарок моего прапрапрапрадеда моей прапрапра… в общем, своей жене! Она докучала ему
