наблюдал за хозяйкой. От одного вида купающейся девушки мне стало холодно. Я присела, зачерпнула воду ладонью, плеснула на лицо и поёжилась. Вчерашний сумбурный день постепенно отходил на второй план, в голове крутились мысли о предстоящих поисках шамана.
Я оглядывала окрестности озера и думала о том, что на розыск может уйти не один день. Побережье было неровным, местами поросшим лесом. На другой стороне озера возвышались сопки. Не знаю, сколько я бы так простояла, если бы меня не осенило – карта, которую дало мне блюдо! На ней был только кусочек озера. Если понять, какой именно, то можно сузить поиски.
Облегчённый смех почти вырвался наружу, но застыл в горле. Я заметила кое-что странное. Красавица Ныкирит плыла вдоль берега, а за ней по озёрной глади скользил луч холодного, едва различимого днём света. Олень на берегу заволновался, ударил копытами по твёрдой земле и прыгнул в воду. Никогда в жизни я не видела, как плавают олени. Ныкирит повернулась к нему, увидела луч света и в страхе нырнула. Свет переместился в сторону, а спустя несколько секунд рассеялся.
Я стояла на берегу и наблюдала за тем, как красавица вынырнула, зацепилась крепкой рукой за упряжь, надетую на оленя, и вместе с ним поплыла к берегу.
Что за новая напасть? Не хватало нам Волка и медведей. Я передёрнула плечами, выпрямилась и, убедившись в том, что Ныкирит с верным другом вышли на берег, вернулась к костру. Лийнич проснулся и теперь сидел возле костра, помешивая угли под котелком с водой.
Когда Ныкирит оделась и вместе с оленем присоединилась к нам, я не стала спрашивать у девушки, что это был за луч. Почему-то мне показалось, что это может быть что-то личное. По её поведению я видела, что Ныкирит явно знала о том, что произошло на озере. А ещё я видела, что она не хочет об этом рассказывать. Она вела себя обыкновенно, только чаще, чем вчера, бросала тревожные взгляды на своего рогатого спутника.
Глава 15
После скромного завтрака я достала из рюкзака карту, которую дал мне папа, и кусочек, полученный от блюда. Мои спутники с любопытством сгрудились возле меня.
– Нам нужен северо-восточный берег озера.
С этими словами я вытащила из поясной сумки компас.
– Значит, нам надо обойти озеро. Вон туда, – я показала рукой на противоположный берег.
– Откуда у тебя волшебный указатель? – спросила Ныкирит, заворожённо разглядывая компас.
– Он не волшебный, – улыбнулась я. – У нашей земли есть магнитное поле…
Я посмотрела на растерянное лицо девушки, перевела взгляд на такие же лица Вувыльту и колдуна и вздохнула. Как можно объяснить принцип работы компаса тем, кто никогда не слышал ни о магнитном поле, ни о силовых линиях? Я даже сомневалась в том, что мои спутники знали о том, что земля круглая.
– Эта стрелка всегда указывает на север. В ней нет ничего волшебного, – подытожила я.
– А как она находит север? – спросил Лийнич.
– С помощью магнита, – я показала пальцем на стрелку. – Эта стрелка магнитная, и она всегда встаёт параллельно силовым линиям магнитного поля Земли.
– Ты какую-то несусветицу говоришь, – фыркнула Вувыльту.
– Это физика, Вувыльту.
– Что такое физика? – спросила Ныкирит.
– Это наука о свойствах и строении материи.
– Материи? – в глазах великого колдуна читалось непонимание.
– Материя – это то, из чего всё состоит.
– Как это всё? – растерялся Лийнич.
– Ну, земля, мох, деревья, вода, животные.
– Как всё может состоять из одного и того же? – изумилась Вувыльту.
– Всё состоит из разных веществ, но все эти вещества являются материей.
Мне начало казаться, что этот разговор никогда не закончится. Ведь каждый мой ответ порождал ещё несколько вопросов.
– Как олень? – удивила меня вопросом Ныкирит.
– Что как олень? – наступила моя очередь недоумевать.
– Ну у оленя же шкура с волосами, рога, вкусное мясо, кровь, кости и копыта – всё разное, но всё при этом олень.
– Д-да, – неуверенно ответила я.
– А небо? – никак не успокаивалась Вувыльту. – Как может быть олень материей и небо тоже материей?
– Небо – это наша атмосфера, – я потёрла лицо руками. – Это газы, которыми мы дышим. Они окружают нашу землю, как кухлянка тело, – попыталась я объяснить доступным древним сказкам языком.
– А как же другие миры? – спросил великий колдун.
– Что другие миры? – не поняла я.
– Они тоже состоят из материи?
– Я не знаю, – честно призналась я после минутного раздумья. – Но думаю, что да.
– Как всё странно стало, – задумчиво протянула Ныкирит. – Физика, материя, магниты. Это помогает охотиться?
– Нет, – я улыбнулась. – Люди стремятся к познанию мира. Им всегда было интересно, как всё работает.
– Почему они не спрашивают об этом у духов? Ведь есть же шаманы, – не унималась красавица.
– Понимаешь, Ныкирит, – я замолчала, подбирая слова. – Сейчас уже мало кто верит шаманам. Да и в самих шаманов.
– Как это? – три пары глаз удивлённо уставились на меня.
– Мир велик, – я развела руками. – В нём живёт много народов, и каждый из них верит в разное…
– У каждого народа свои духи – это понятно. Но ведь и у них есть шаманы, для общения с ними, – перебила меня Ныкирит.
Леонид и Вувыльту внимательно слушали.
– Ты не дослушала, – я покачала головой. – Сейчас в мире стала активно развиваться наука. Появились повозки, которые возят людей без оленей, машины, способные летать, и механизмы, способные опускаться на глубины океана. Люди даже научились летать к звёздам, – чуть приукрасила действительность я. – Люди ходили по Луне, Ныкирит. И многие решили, что никаких духов нет.
– Но ведь они есть, – упёрто твердила побледневшая при упоминании Луны красавица.
– Есть. Мы знаем, что они есть, и верим в них, но многие люди не верят.
– И куда же они попадают после смерти? – подал голос Лийнич.
– Они считают, что никуда. Что они просто перестают существовать.
Долгое время все молчали, пока Вувыльту не нарушила тишину.
– Наверное, это очень грустно, – она замолчала.
– Почему? – я улыбнулась. – Они считают, что грустно должно быть нам.
Никто не стал со мной спорить. Очевидно, нам всем было о чём подумать. В наступившей тишине быстро свернули лагерь. И снова я поразилась тому, как слаженно мы работали. Рюкзаки Ныкирит так же, как вчера, сцепила и закрепила на спине оленя. Сумку с блюдом и бубном я понесла сама. От одной мысли оставить блюдо кому-то другому поднималась волна тревоги.
Солнце ласково согревало землю. С волос Ныкирит стекала вода, что совершенно не беспокоило девушку – она даже не стала распускать косы.
