нервные окончания атрофировались, лишая мимики, потому при одном взгляде на него появлялся эффект зловещей долины.
— И без лишнего геройства, — подхватил Яровой. — Поняли? Никто не лезет вперёд Олега. Дождались паралича — только тогда атакуем. Если не вышло — отходим перегруппироваться. Разбегаемся, заранее приметив укрытия.
Все закивали. Яровой кивнул Николаю, и тот продолжил:
— Теперь про технику безопасности. После вскрытия труп начнёт пахнуть. Запах будет… специфический. Если не принять меры, к нам на огонёк сбегутся падальщики со всей округи.
— Поэтому, — Яровой пододвинул к себе картонную коробку, которая всё это время стояла на столе перед ним, — каждому выдаю респиратор.
Он раздал нам серые маски с чёрными фильтрами. Я повертел в руках — лёгкий пластик, внутри вставка, от которой слабо фонила магией. Эффект наподобие артефактов. Их, кстати, штатные, нам тоже выдали. Так себе по реальной потребности, но выбирать не приходилось. Конечно, будь у меня своя воля, я бы принёс свои артефакты, вот они мне и правда подходили идеально.
— Это не просто ткань, — пояснил Яровой. — Фильтр нейтрализует токсины и притупляет запах, но полностью не убирает. Так что готовьтесь к тому, что будет не сладко.
— А это? — спросил Дима, показывая на маленькие пирамидки в коробке.
— Уловители запаха, — сказал Виталий. — Их мы расставляем вокруг туши после вскрытия. Они создают барьер — запах не распространяется дальше определённого радиуса. Падальщики не почуют.
— Вопросы? — спросил Яровой.
— А если монстр окажется умнее, чем мы думаем? — спросил Матвей. — Или иллюзия не сработает?
— Тогда отступаем, — ответил Яровой. — Никакая охота не стоит ваших жизней. Правило первое — выжить. Всё поняли?
— Поняли, — ответили мы хором.
— Имейте в виду, мы отрабатываем технику забора органов, это наша основная цель как синего отряда. Специализация! Чтобы всё было чётко и просто. Становится сложно — отступаем. Важно, чтобы после нас это могли повторить другие отряды, по шаблону.
— Поняли, — повторили мы.
— Вот и замечательно, свободны. Завтра выходим в шесть утра.
Мы разошлись по комнатам. После «выпуска» нас расселили отдельно. Я, Матвей и Дима жили втроём в комнате на четверых. Остальные — в комнатах на двоих. Ветераны имели по личному пространству.
Я лежал на койке на верхнем ярусе и смотрел в потолок. Матвей внизу ворочался, Дима вообще не ложился — сидел, обхватив колени руками.
— Ты как? — спросил я.
— Не знаю, — ответил Дима. — Я должен первым добраться до этого чудища и коснуться его в надежде, что он не заметит. А если я замешкаюсь? Или разряд слабый? Или иллюзия спадёт?
— Ты справишься, — сказал Матвей. — Помнишь тренировки? Ты же нас парализовал за секунду.
— То на тренировке. А там — живой монстр, который может меня раздавить.
Я спустился вниз, сел рядом с Димой.
— Слушай, — сказал я. — Мы все боимся. Даже ветераны, уверен в этом, хоть те и не признаются. Даже Серёжа, — мы все улыбнулись. — Но мы вместе, я и Матвей будем рядом. Да и все остальные тоже. Мы прикроем. Уж Яровой так точно! Наши жизни на его ответственности. Ты ведь веришь в Артемия Игоревича?
Дима посмотрел на меня, выдохнул.
— Ладно, верю.
— Будто одолжение мне делаешь, — беззлобно рассмеялся я.
— Да просто, понимаешь… — он отвернулся, будто ощутил стыд. — Тогда в ангаре я чётко знал, что под иллюзиями люди, и как бы больно не было, меня не убьют и не покалечат. Сейчас же… Мне страшно, Алексей. А что, если… Моя мама ведь совсем одна останется, я единственная её надежда.
— Дима, — я взял его за плечи и тряхнул, строго смотря в его глаза, — ты пришёл сюда ради мамы, ради денег на её лечение. И ты правильно сказал, ты её надежда. Потому ты обязан выжить. Некогда бояться, нужно выполнять боевую задачу, чтобы в конце получить как можно больше выплат. И не забывай, за нами следят ветераны, всё будет в полном порядке. Такой шанс редко выпадет. Ты обязан справиться.
— Я справлюсь, — его голос наконец прозвучал уверенно, как и взгляд стал твёрже. — Я не подведу. Ни вас, ни свою мать.
— Вот, правильный настрой, — я похлопал его по плечу. — А теперь давайте спать, завтра тяжёлый день.
Ночь тянулась долго. Легко сказать — нужно поспать, когда волнуешься, это совсем не просто.
* * *
Лес встретил нас сыростью и гулом голосов всевозможных тварей. Вездеход мы оставили у подножия холма, дальше шли пешком. Вёл нас Виталий, так как он являлся следопытом группы.
Знаком он показал, что объект впереди. Мы замерли за огромными корнями дерева. Я выглянул и увидел Глыбу. Монстр был даже больше, чем я представлял — трёхэтажный дом из серой плоти и камня. Шкура мерцала в лучах света, покрытая наростами, похожими на базальтовые колонны. Огромная голова на длинной шее медленно поворачивалась, выискивая что-то в высоте. Видимо, листья посочнее.
— Размер впечатляет, — прошептал Дима одними губами. Я кивнул, а Яровой хмуро посмотрел на нас. Он жестом приказал, чтобы Фролов передвинулся к краю.
Мы были довольно легко одеты. Рюкзаки, карманы, набитые мелочёвкой в основном магического толка. И никакого видимого оружия. Да и что сделает даже автомат такой махине? Против внезапных атак у нас встроенные щиты, а оружие — мы сами, маги. Максимум, что можно было бы назвать подобием оружия — телескопические манопроводящие палки, которые сейчас были собраны. Они и как меч могли работать, и как кнуты, и как трамплин с усилением стихии выстрела.
Николай подал сигнал. Олег вылез чуть вперёд и улыбка сошла с его лица, появилась сосредоточенность. Он смотрел прямо на голову монстра. Я пригляделся и заметил нечто вроде сферы или тумана наверху.
Наконец, он подал сигнал одной рукой.
— Дима, — тихо скомандовал Яровой.
Тот побежал, не пригибаясь, так как знал, что в полной невидимости. Он должен был коснуться места на грудине, влить разряд и парализовать зверя. По крайней мере, на это рассчитывали все.
Приблизившись достаточно, он подпрыгнул, с силой оттолкнувшись.
Возможно, именно это стало триггером, так как Глыба замер, покрывшись базальтовым наростом абсолютно везде. По инерции Дима коснулся нужного места, но безрезультатно.
— Назад! — крикнул Николай.
Думаю, ему можно было и не говорить этого, так
