Противник слабел с каждым ударом и продвигаться вперёд становилось всё легче. Поняв, что проигрывает, Лекарь предпринял отчаянную атаку, обрушив на меня всю свою враждебность и свое отвращение, неприятие самого моего существования. Буря в стакане, тщетная попытка обречённого, предсмертные судороги.
Всё кончено. То, что осталось от Лекаря, уже нельзя назвать личностью. Логическая конструкция без стимулов к действию, механизм без топлива, воздушный шар без воздуха. Он плавал мёртвой каплей в бушующем океане моего сознания, пустая оболочка, совсем недавно бывшая такой живой и алчущей. Что-то шевельнулось во мне. Жалость? Может быть. Но сразу же пришла мстительная радость. Не я начал это, но я закончил. Полное исчезновение было совсем близко. И вряд ли Лекарь испытал бы жалость, добивая меня. Он, оказался на редкость злобным сукиным сыном. Даже не верится, я таким его не делал. Саморазвитие – одна из привилегий полноценной личности.
Что он успел натворить, пока я уничтожал его? Как оценить ущерб своим повреждённым разумом? Как измерить линейку самой линейкой? Что я потерял, стерев его? Ведь он был моим Образом, частью меня. Мне нужна оценка со стороны. Ани, Умник, Мастер. Что он сделал с ними? Я сосредоточился и пустота начала проступать линиями.
Очертания холмов, тропинка, весеннее утро. Вдох свежего воздуха, тепло восходящего солнца, запахи трав, стрекот кузнечиков. Мой мир. После вечности в пустоте всё это воспринимается особенно остро. Я стоял и впитывал ощущения, как губка воду, постепенно приходя в себя. Полностью расслабиться не давали мысли об остальных моих альтер-эго. Что с ними?
Я не мог сразу перенестись к дому, где обитают мои Образы, как бы мне этого не хотелось. Нужно соблюдать собственные правила, иначе искусственный мир разлетится как карточный домик. Я пошёл по тропинке. Беспокойство подгоняло меня, заставляя ускорять каждый шаг. Вскоре я уже бежал.
Неужели их действительно больше нет? Ани, её забота, ласка, почти материнская любовь. Умник, язвительный и педантичный до отвращения. Молчаливый и спокойный Мастер. Даже предатель-Лекарь, которого я раздавил, как ужалившую осу. Все они моя семья, ближе, чем братья и сёстры, ближе детей и родителей. Они часть меня, они и есть Я.
Холмы закончились. Мост через реку. Я поскользнулся на влажном булыжнике, но удержал равновесие и побежал дальше. Лес. Прохлада и зелёные гиганты, приносившие успокоение раньше. Теперь же стволы мелькали, почти слившись в сплошные стены. Воздух свистел в ушах, я нёсся по узкой тропинке, едва вписываясь в повороты.
Вот и поляна с домом. Я с разбегу влетел на лестницу и рывком открыл дверь.
Ани, стоявшая сразу за порогом, бросилась мне на грудь, крепко обняла меня и прижалась мокрой от слёз щёкой.
– Я так испугалась, – тихо прошептала она.
Облегчение, острое и очищающее, захлестнуло меня, и смыло все тревоги. Моё сердце неистово колотилось в груди, лёгкие качали воздух как кузнечные мехи. Наконец я смог перевести дыхание и сказать:
– Девочка моя, ты жива.
Я погладил её по голове и чуть отстранил, разглядывая покрасневшие веки и розовый нос. Невольно ухмыльнулся. Первый раз вижу, чтобы она плакала. Чуть дальше, за её спиной, стоял Умник, сутулясь и смущённо улыбаясь. Я обвёл комнату взглядом. В кресле возле камина сидел Мастер, как всегда безразличный. Он приветственно кивнул, когда мы встретились взглядами. Тут Умник шагнул в сторону, и я увидел Лекаря, сидевшего в другом кресле.
Откуда?! Я метнулся мимо Ани молнией, вспышкой безумной ярости. В три прыжка преодолел большую гостиную, по пути обогнув стол в центре и сбив один из стульев. Схватил Лекаря за горло обеими руками. Такое болезненно-сладкое ощущение. Я сдавливал и дергал шею одновременно, его голова бессильно болталась в разные стороны. Не знаю, хотел ли я его задушить или оторвать башку. Наверное, и то и другое. Жалко, что убить его физически я не могу. Зато, какое удовольствие.
– Нико, успокойся, – прозвучал за моей спиной голос Умника.
Я отпустил горло Лекаря и обернулся. Пока я развлекался, Умник и Ани подошли ближе, но выражение моего лица заставило отпрянуть назад их обоих.
– Его уже нет, – Ани покачала головой и выставила руки вперёд, словно обнимая меня.
Я взглянул на Лекаря. Он сидел в той же позе, в которой я его оставил, запрокинув голову на низкую спинку кресла. Его глаза бессмысленно уставились в потолок. Я почувствовал ладонь на своём плече.
– Это всего лишь оболочка без личности. Ты хорошо постарался, дорогой, – сказала Ани.
Я накрыл её ладонь своею, постоял так несколько секунд и, понемногу, начал успокаиваться. Мастер встал со своего кресла, пересёк комнату и закрыл входную дверь. Вот с кого надо брать пример, что-то я совсем расклеился. Хотя, обстоятельства располагают.
– Он сказал, – я кивнул в сторону Лекаря, – что вас всех уже нет.
– Как видишь, соврал, – ответил Умник, – Видимо, не мог окончательно избавиться от нас, пока есть ты, – он задумчиво почесал кончик носа и продолжил, – Сложно сказать, остались ли мы прежними. Нужно проделать массу работы, чтобы исправить причинённый вред.
– Как ему вообще удалось всё это? – спросил я.
– Очень интересный вопрос. Пока не знаю, – Умник пожал плечами.
– Это всё моя вина, я не досмотрела. Дура набитая. Никогда бы не подумала, что он способен на такое, – Ани пнула Лекаря по ноге, но тот никак не отреагировал, – Мы дали ему слишком много свободы и контроля над телом. Я подвела тебя, Нико, – она закрыла лицо руками.
– Эй, эй, – я легонько встряхнул её за плечо, – всё уже позади. Ну, почти всё. Теперь давайте сядем и поговорим. Есть о чём.
Мастер поднял опрокинутый стул и первым сел за стол. Мы с Ани сели рядом, она взяла мою руку и сжала её своими маленькими ладошками так крепко, словно боялась, что я вдруг возьму и исчезну. Умник уселся последним, откинулся на спинку и принялся разглядывать всех нас по очереди с каким-то непонятным мне весельем.
Вот уж на кого подумал бы, так это на него. Всегда опасался, что именно эта личность попытается стать главной. Мастер слишком пассивен. Лекарь казался таким добродушным. Ани, солнышко моё. Если не доверять ей, тогда уж лучше сразу камень на шею и купаться в море. А вот Умник был кандидатом номер один. Я пристально посмотрел на него, и он перестал улыбаться.
– Что… Я знаю… – Умник и Мастер заговорили одновременно, а потом оба замолчали.
Умник – балабол, его мнение я услышу ещё не раз. А вот Мастер говорит так редко, что я и забыл, как звучит его голос. Я кивнул нашему молчуну и тот продолжил:
– Я знаю, как Лекарю удалось запереть нас и напасть на тебя.
Глава 11.
Я открыл глаза. Серый свинцовый свет проникал сквозь занавески. Утро. Я пробыл в трансе всю
